Форпост - 4
Шрифт:
— СНГ? Документы в порядке?
Синеглазый мужик безмятежно улыбнулся и сначала кивнул, а затем отрицательно помотал головой.
— И зарплата мне тоже… не нужна. Работать буду до тепла. За еду и ночлег. Работать буду добросовестно.
Расул посмотрел на соискателя другими глазами. Он уже, если честно, задолбался искать хорошего чернорабочего. За таджиков его нещадно штрафовали и гнобили органы власти, а бомжи, обильно заселявшие привокзальную площадь, ничего кроме головной боли не приносили.
— Работы много. Очень много.
Дагестанец был вкрадчив и осторожен. Посетитель расслабленно осмотрелся и зевнул.
— Знаю. Ну, что? Договорились?
— Договорились.
Расул протянул руку. Русский ладонь хозяина проигнорировал и снова зевнул.
— Иваном меня зови. И ещё одно дельце у меня к тебе есть. Я смотрю, у тебя тут интернет-кафе имеется…
Интернет-кафе и игровой клуб для местных пацанов у Расула имелись.
— … я после работы час-другой в интернете посижу.
Иван произнёс это утвердительным тоном, словно всё уже было решено. У Расула внезапно свело живот — этот дворник вёл себя как хозяин.
— А…
— Да, Расул, — «дворник» обернулся в дверях, — не вздумай стукнуть, куда не надо. Сожгу.
Первой мыслью хозяина кафе, после того, как новый работник вышел из его кабинета, было — «дышать совсем забыл! «. Второй мыслью было — «надо позвонить «. Третей — «ладно, сначала посмотрю, что да как…»
Если бы Расул мог, то он сам себя бы расцеловал в лоб за то, что не звякнул знакомому капитану из ЛОВДТ. Вечно грязный и замусоренный задний двор кафе превратился в образец чистоты и порядка. Урны чистились, мусор выносился, куски грязного льда, намёрзшие за зиму у автомойки, волшебным образом испарились, хотя управлявший этой частью семейного бизнеса двоюродный брат, ещё неделю назад клятвенно заверял, что «таким айсбергом только Титаники топить!»
Иван «не утонул». Широкоплечий, вечно молчаливый дворник, дополнительно вытряс из нанимателя новую спецодежду, перчатки и резиновые сапоги — на этом все расходы Расула закончились. Даже доходы появились — пришедшая за очередной данью сотрудница СЭС получила жестокий облом и культурный шок при виде сияющего чистотой двора и блестящих ОТМЫТЫХ мусорных баков. Посмотреть на её рожу собрался весь персонал кафе, игрового клуба и автомойки. Все, кроме немногословного дворника.
— Ваня, — Расул залез в карман и вынул бумажник, — премию тебе хочу дать.
Переодевшийся в своё, в чистое, дворник сидел на краешке стула, и с нескрываемым отвращением юзал донельзя грязную, сальную, почти убитую клавиатуру.
— Премия — это хорошо.
Иван, не отрываясь от экрана монитора, забрал пятисотрублёвую купюру, сунул её в карман и, угадав, о чём хочет поговорить хозяин, просто сказал.
— Да, Расул. Я согласен. У тебя останусь работать.
Дагестанец с клацаньем захлопнул рот, довольно потёр ладони и пошёл на кухню своего кафе.
«Надо девочкам сказать, чтоб с этого дня Ивана лучше кормить стали»
Этой же ночью дворник Иван ушёл из подсобки, где он ночевал, в неизвестном направлении. Навсегда.
Идея, пришедшая на ум Ивану в санатории, была проста и непритязательна — нужен спонсор. Желательно богатый. Желательно вменяемый. А самое главное — доступный. В том плане, чтобы к золотой тушке будущего благодетеля имелся доступ.
Русский «Форбс» покинул санаторий-профилакторий нечитанным, через полчаса и через забор. Зато в подсобке первой попавшейся Маляренко по пути кафешки, журнал стал настоящей путеводной звездой Вани в мир больших, очень больших и неприлично больших денег. Читая бравурные отчёты и статьи о бурном росте всего и вся бывший менеджер по продажам продуктов питания только злобно ухмылялся, представляя что с этими упырями будет через год.
Мировой финансовый кризис, как припоминал Ваня, был не за горами.
«Этот — нет. Еврей»
Маляренко не был антисемитом. Ему вообще, если честно, было глубоко наплевать кто какого цвета кожи и какой веры. Главное — чтобы человек был хороший.
«Мда. И по-русски говорил…»
Этот олигарх Ване не понравился своей слишком сытой мордой, а вовсе не из-за своего острохарактерного профиля.
«Этот… хм. Нью-Йорк. Да и пошёл ты»
Страницы на экране монитора мелькали с чудовищной быстротой. Иногда Маляренко замирал и внимательно вчитывался, иногда пролистывал всё подряд и бегом. Сисадмин Вовка, подрабатывающий ночными вахтами, тоже, по собственному почину стал помогать дяде Ване, разыскивая на безбрежных просторах Сети нужную информацию. Всё-таки хоть какое-то полезное дело. Мочить монстров будущему студенту уже надоело.
«Этот… хм… этот»
Ваня перелистнул страницу назад.
— Вовка, посмотри-ка сюда.
Маляренко ткнул пальцем в экран. С монитора на них смотрел очень серьёзный человек в шортах, майке и с метлой. Надпись под фотографией гласила.
«Взлёт года. Олег Шабельский — человек из народа»
Маляренко выудил из кармана предпоследнюю тысячерублёвую бумажку.
— Вовка, ищи информацию по этому… из народа.
Глава 11
В которой Иван начинает биться головой в железобетонную стену
Если бы главе холдинга «Уральские сплавы» Олегу Шабельскому кто-нибудь сказал, что в интернете полно информации о нём, о его бизнесе — то он не удивился бы. Свои дела тридцатисемилетний «микроолигарх «, как его в шутку называла жена, старался вести открыто, соответствуя всем принятым на Западе стандартам прозрачности. Но вот то, что кроме обычных, мало чего значащих общих фраз о его личной жизни, любой желающий может найти в сети что-то большее, Олега сильно бы напрягло. Он и не подозревал, сколько обрывочной и косвенной информации о нём, о его семье и детях бродит по интернету.
Стоило только захотеть найти, потратить время на поиск и свести всё воедино. Впрочем, кому это нужно…
Как минимум одну человеку это, как оказалось, было нужно.
Иван Маляренко выбрал из троих кандидатов шорт-листа именно Олега по нескольким причинам.
Во-первых, владелец опытного металлургического заводика жил не в Москве или в Сен-Тропе, а вовсе даже на своём родном Урале. В маленьком городке, в двух сотнях километрах от областного центра.
Во-вторых, личное состояние, заключившего в прошлом году выгоднейшие контракты с «Эрбасом» предпринимателя, стремительно неслось вверх, всего за полгода перевалив отметку в сто миллионов долларов. Ваня «Форбсу» насчёт суммы не поверил, но и то, о чём сообщил журнал — впечатляло.