Чтение онлайн

– С 'Паллады' передают: 'Вижу дымы с норда', - прервал беседу адмиралов крик сигнальщика.

– Будем надеяться, что это наши крейсера нагоняют, - удовлетворённо кивнул Степан.
– Вовремя. Пригодятся они. Особенно 'Баян'. Передайте 'Диане' и 'Палладе' идти им навстречу. А то неровен час 'собачки' могут и отрезать Роберта Николаевича от нас.

– Кстати, Степан Осипович, а вам не кажется странным, что у японцев отсутствует 'Кассуга'?

– Да, я тоже обратил на это внимание. Вероятно ушёл вместе с крейсерами Камимуры в Японское море, хотя такой выбор кажется мне странным - логичнее было взять пятым 'Асаму' или 'Токиву' - кто там из них сейчас ведёт броненосные крейсера... Впрочем, чего гадать - нет 'Кассуги' в строю, и слава Богу, нам же легче придётся. Идёмте уже в рубку, Михаил Павлович.

Подкорректировать конструкцию боевых рубок на кораблях было одним из первых распоряжений Степана как только он оказался в данной реальности: смотровые щели, имевшие до этого высоту более фута заузили в два раза, зазор между стенами и грибовидной крышей прикрыли экранами из толстой стали. Кроме того, с эскадры свезли на берег все изделия из горючих материалов, если они, конечно, не являлись совершенно необходимыми для нормальной службы. Исключение составили рояли кают-компаний - вещь в бою совершенно не нужная, но, как говаривал герой Леонида Быкова в замечательном фильме 'В бой идут одни 'старики': 'Всё преходяще, а музыка вечна!..'

А вот гребных судов на борту командующий не пожалел - оставили лишь самый необходимый минимум, остальные сдали в порт. Так что в бой можно было идти не особо опасаясь хотя бы тех неприятных последствий, что возникали в прошлой реальности из-за недальновидности адмиралов Российского Флота...

Но непосредственно перед началом боя главных сил пришла информация, которая заставила Степана отвлечься от дебюта сражения.

– Ваше превосходительство!
– заскочил в боевую рубку лейтенант Азарьев.
– Радиотелеграмма с 'Баяна'.

– Да читайте уже скорее, лейтенант, - раздражённо отреагировал командующий, не отрываясь от смотровой щели.

– 'Четыре вражеских крейсера идут напересечку курса. Пробиться без боя к эскадре не смогу'.

Чёрт бы побрал этого Вирена - ведь на адмирала экзамен держит - на его счастье Рейценштейн, начальник отряда крейсеров, свалился незадолго до операции с какой-то 'инфлюэнцией'... Так мог бы и сам решение принять...

– Срочно передавайте: 'Разрешаю действовать по обстановке. Если сочтёте разумным - прорывайтесь в открытое море и возвращайтесь в Артур завтра'. Всё! Больше никаких... Да! Немедленно передайте на 'Диану' и 'Палладу' : 'Разрешаю возвращаться к эскадре, если соединение с крейсерским отрядом будет затруднительно' !

– Есть!
– козырнул флаг-офицер, и поспешил удалиться, а для Степана перестал существовать весь мир. Весь, кроме приближающегося кильватерного строя японцев, и этой боевой рубки, из которой предполагалось устроить максимальные пакости приближающимся четырём броненосцам и трём броненосным крейсерам врага.

Блеснуло выстрелом в шестидюймовом каземате 'Микасы', что значило, что первый снаряд уже в пути, что он уже несёт с собой смерть и разрушение.

***

– А собачки-то наглеют, как считаете, Виктор Карлович?
– обратился к своему старшему артиллеристу Вирен.

– Полностью с вами согласен, Роберт Николаевич, - немедленно отозвался Деливрон.
– Даже в башнях мы израсходовали меньше четверти боезапаса, так что встретить японцев у нас есть чем.

– Телеграмма от командующего, - поднялся на мостик лейтенант Подгурский.

– Давайте!.. Так... Нам разрешено уходить в открытое море, не ввязываясь в бой. Какие будут мнения, господа?

– А почему?
– недоумённо посмотрел на командира Деливрон.
– Почему мы должны драпать в море от этих...

– Где сказано 'должны', лейтенант?
– сурово посмотрел Вирен на своего офицера.
– Нам 'разрешают', но я этим разрешением пользоваться не собираюсь. Тем более, что 'Диана' и 'Паллада' идут навстречу. Оставаться на курсе!

Макаров, отдавая приказ своим крейсерам действовать по обстановке, опасался того, что Того может отрядить один из своих броненосных крейсеров на перехват артурского крейсерского отряда, ведь имелось сильное опасение, что без такового распоряжения буквоед Вирен продолжит выполнять приказ полученный ранее до исчезновения под волнами последнего вымпела находящегося под его командой.

А теперь...

Крейсера типа 'Такасаго', находящиеся под командой контр-адмирала Дева, являлись весьма неплохими представителями своего класса, и лучшими из оных в японском флоте.

При водоизмещении чуть больше четырёх тысяч тонн они имели скорость в двадцать узлов, были очень мощно вооружены для своих размеров: два восьмидюймовых орудия, десять стодвадцатимиллиметровых и дюжина пушек в семьдесят шесть миллиметров...

Идеальный убийца кораблей слабее себя...

Но за всё нужно платить - валяло эти кораблики на волне весьма чувствительно, любое попадание в батарейную палубу выводило из строя сразу по несколько орудий, и выкашивало осколками значительную часть артиллерийской прислуги. Корпуса были слабенькие, и буквально пара-тройка шестидюймовых попаданий могла вывести крейсер из строя...

А грозные восьмидюймовые орудия располагались как раз на полубаке и полуюте, каковые создатели кораблей создали для улучшения мореходности. Мореходность улучшить удалось, но установить так высоко над ватерлинией тяжеленные артиллерийские установки было не самым мудрым решением - точность их стрельбы даже при небольшом волнении моря оказалась совершенно неудовлетворительной, если, конечно, огонь вёлся не на малых дистанциях...*

А сейчас, как оказалось, появился шанс схватиться с четырьмя же кораблями ('Диана' и 'Паллада' так же не свернули с курса), каждый из которых был на голову сильнее. Но не атаковать контр-адмирал Дева не мог - имелся всё-таки шанс зацепить огнём артурских 'богинь' минут на десять-пятнадцать до их встречи с 'Баяном', 'Аскольдом' и 'Новиком', а потом русские крейсера наверняка состворятся, и можно рассчитывать в скоротечном бою на контркурсах нанести противнику дополнительные повреждения, что хоть немного облегчит задачу миноносцам когда на море упадёт темнота...

'Читосе' начал пристрелку по 'Диане' находясь на двадцати пяти кабельтовых по её раковине. Первые всплески вставали достаточно далеко от её кормы, но неумолимо приближались. Когда дистанция была начерно нащупана, грохнула и баковая восьмидюймовка флагмана Третьего боевого отряда.

Чудеса на войне случаются: первый же снаряд весом более центнера и содержащий почти десять килограммов взрывчатого вещества, просверлив две мили пространства разделяющего корабли, лопнул на юте 'Дианы' уничтожив кормовую шестидюймовую пушку и выкосив осколками около полутора десятка матросов. Временно прекратил стрельбу весь кормовой плутонг русского крейсера. За 'сестру' отомстила 'Паллада' - сразу два шестидюймовых снаряда взорвались под клюзами 'Читосе', выдрав из борта солидные куски обшивки, причём один из них практически на уровне ватерлинии - в пробоину тут же стали захлёстывать волны... Кроме того по палубе прошёлся шквал снарядов из пушек калибром в семьдесят пять миллиметров - орудия, конечно, не слишком солидные, но когда таких 'подарков' получаешь в приличном количестве, то неприятности гарантированны - то трубу пробьёт, то орудийные расчёты повыбьет, то какой-нибудь паропровод перебьёт... Все эти мелкие неприятности постепенно складывались в крупные, а тут ещё подал голос подходящий 'Баян'. Вернее сказать, дуэтом стали исполнять свою партию в данном концерте басами 'Баян' и 'Аскольд'. 'Новик' пока ещё не пытался поддержать дискантом из стодавадцаток могучее 'пение' 'старших товарищей' - далековато для него было. Но те справились сами: пока противоборствующие крейсера разносило на контркурсах, 'Читосе' успел схлопотать, кроме всего прочего, ещё и восьмидюймовый снаряд с 'Баяна' в угольную яму - из борта выбросило чёрным дымом, и корабль стал уже чувствительно крениться на левый борт. Пришлось срочно отворачивать с боевого курса, щеголяя к тому же пожарами на орудийной палубе и на юте. Прошедшие за ним 'Кассаги', 'Такасаго' и 'Иосино' отделались значительно меньшими повреждениями, но тоже получили по несколько попаданий.