Чтение онлайн

Через какое-то время дверь кабинета доктора Баркетта отворилась. Оттуда вышел плотненький Баркетт, явно довольный собой, потом Ульхасс и Ристин. Иджер не слишком умел распознавать выражение их лиц, но никакой особой тревоги он у них не заметил.

— Рядовой, мне нужно их видеть завтра в это же время, — сказал Баркетт.

— Мне очень жаль, сэр, — сказал Иджер, которому вовсе не было жаль, — но, согласно графику, они должны провести весь завтрашний день с доктором Ферми. Вам придется выбрать другое время.

— Я знаю доктора Ферми! — воскликнула Барбара. — Йенс работает с ним.

— Для меня это очень неудобно, — заявил Баркетт. — Я буду жаловаться соответствующим военным властям. Как можно полноценным образом выполнять экспериментальную программу, если подопытных объектов доставляют в неподходящее время или когда заблагорассудится?

Сэм понял, в чем дело: просто Баркетт, прежде чем планировать свои эксперименты, не удосужился заглянуть в график. Ему же хуже. Но вслух Сэм сказал:

— Мне очень жаль, сэр, однако ученых у нас больше, чем ящеров, и нам приходится распределять пленных между всеми.

— Слушайте! — возразил Баркетт. — Ферми же физик. Чему они смогут его научить?

Скорее всего Баркетт задавал риторический вопрос, но Иджер тем не менее на него ответил:

— Разве вам не кажется, сэр, что прежде всего его может интересовать то, каким образом они прилетели на Землю?

Баркетт удивленно поглядел на него. Возможно, он думал, что вступление в армию освобождает человека от способности думать самостоятельно.

— Доктор Баркетт, может, мне запланировать для вас очередную встречу с ящерами на самое ближайшее время? — спросила Барбара.

— Да, сделайте это, — ответил он таким тоном, словно Барбара была частью мебели.

Баркетт возвратился к себе в кабинет и с шумом захлопнул дверь. Барбара и Иджер переглянулись. Он усмехнулся, а она негромко засмеялась.

— Я надеюсь, Барбара, ваш муж в целости и сохранности доберется домой, — тихо сказал Сэм.

Смех прекратился, словно его отсекли ножом.

— Я тоже надеюсь, — сказала она. — Я беспокоюсь. Он отсутствует дольше, чем собирался.

Ее взгляд остановился на двух ящерах, ожидающих дальнейших распоряжений Иджера. Сам кивнул. Без ящеров всем было легче жить.

— Если кто-нибудь будет досаждать вам, пока его нет, дайте мне знать, — сказал Сэм.

Пока он играл в бейсбол, за ним не водилось славы крутого парня, но тогда у него не было и винтовки со штыком.

— Спасибо, Сэм. Может, это и понадобится. Ее тон был весьма прохладным, она снова давала ему понять, что ему не следует быть одним из тех, кто досаждает ей. Иджер ответил маяча, сделав серьезное лицо: да, он все понял. Потом повернулся к ящерам и махнул дулом винтовки:

— Пошли, важные персоны!

Сэм отошел, пропуская их к выходу. Барбара Ларсен подняла трубку телефона, стоящего на столе, поморщилась и положила обратно. Гудка не было.

«Все нынче работает с перебоями, — подумал Иджер. — Так что Баркетту придется подождать своей следующей встречи с ящерами».

Двигатель «плимута» неожиданно затрещал, словно по нему дали очередь из пулемета. Йенс Ларсен узнал этот предсмертный звук мотора. На приборной доске сигналы температуры и заряда аккумулятора светились красным. Двигатель не перегрелся, а в баке еще оставалось горючее. У Йенса только не было больше автомобиля. Машина прокатилась несколько сотен ярдов, после чего пришлось нажать на тормоз, чтобы не перегораживать другим путь по Шоссе-250.

— Дело дрянь, — произнес Ларсен, тупо глядя на сигналы приборной доски.

Если бы он не заливал в бак разную дрянь; если бы не пытался ехать по разбитым бомбами дорогам, а иногда и вообще без дорог; если бы эти проклятые ящеры не вторглись сюда, он не застрял бы где-то на востоке Огайо, за целых два штата от того места, где рассчитывал оказаться.

Йенс поднял глаза и взглянул сквозь пыльное, залепленное мухами ветровое стекло. Впереди маячили домики какого-то городишки. Механики из таких городков неоднократно помогали ему держать машину на ходу. Может, помогут и сейчас. Ларсен сомневался — прежде мотор его машины никогда так не трещал. Но все равно нужно попытаться.

Покидая машину, он не стал вынимать ключ зажигания — вот удача для всякого, кому вздумается угнать «плимут». С шумом захлопнув дверцу со стороны водительского сиденья, Ларсен несколько разрядил свой гаев. Он вытащил пиджак, перебросил через плечо и зашагал по дороге в город.

Движение на дороге ему не мешало. Фактически движения вообще не было. Йенс прошел мимо двух машин, которые, судя по всему, давным-давно торчали здесь на приколе. Дальше ему попался обгоревший остов еще одной; должно быть, по ней ударили с воздуха, отчего она съехала на обочину и перевернулась. Движущихся машин не было, так что собственные шаги по асфальту Йенс слышал без труда.

У самой окраины города ему попался щит с надписью:

Пониже и помельче было написано:

Йенс с шумом выпустил воздух. Так и есть: классический американский провинциальный городишко. И хотя «новые» выборы прошли еще два года назад, здешний мэр, или как там его, не почесался внести исправления насчет числа жителей. Впрочем, стойло ли, если за эти годы население изменилось на каких-нибудь две-три дюжины?

Йенс вошел в город. Первая бензоколонка, попавшаяся на его пути, была закрыта и заперта. Между двумя заправочными тумбами, соединенными паутиной, восседал жирный паук. Значит, бензоколонку закрыли не вчера. Это не слишком вдохновляло.

Дверь аптеки, расположенной в нескольких минутах ходьбы, была открыта. Ларсен решил зайти и узнать, как у них обстоит дело с прохладительными напитками. Сейчас он с удовольствием выпил бы чего-нибудь холодного, впрочем, не отвернулся бы и от теплого. Деньги в кармане еще оставались. В Уайт-Салфер-Спрингс полковник Гроувз оказался щедрым. С Ларсеном обращались как с национальным достоянием, и он легко привык к этому.