Чтение онлайн

Я спустился вниз, чинно пересёк холл и вышел на улицу. Неторопливо прошёлся по тротуару до поворота, повертелся возле светофора. Глянул на указатель: Ashwood-Danwoody Road. Движение здесь было вялое – отель находился не в центре Атланты.

Полицейские, проезжавшие мимо на белом «Форде», снизили скорость, задержали взгляд на пристегнутом к руке чемоданчике, но всё-таки не остановились. Ну Ерёмин, ну конспиратор хренов. Ну кому, в самом деле, могут понадобиться научные записи? Да в этих цифрах ни один нормальный человек с роду не разберётся. И секретного вроде бы ничего нет. Ну Ерёмин!

Дойдя до следующего светофора, я остановился.

Тихо, только ветерок шелестит в кронах деревьев. В просветах между листьями сереют высокие и не очень здания, редкие прохожие спешат куда-то, не обращая на меня ровно никакого внимания. Край-мечта. Даже скучно как-то без пьяного и обкуренного быдла и вечно злых на весь мир климактеричных тёток. Неспортивно.

Я вернулся в отель, поднялся в номер, открыл кейс. Включил ноут. На экране радостно вспыхнула заставка. Нет, не хочу. Нужна ещё какая-нибудь отмазка… Я огляделся, почесал в затылке и вернул взгляд на экран. Ноут загрузился, и с рабочего стола на меня уставилась россыпь звёзд. Люблю эти обои. Млечный Путь завораживает. Кажется, что сквозь его завихрения проглядывает едва различимый призрачный лик какого-то гиганта, наблюдающего за нами из глубин космоса.

Ну вот, теперь в сон клонит… Кстати! Чем не отмазка?

Захлопнув крышку, я отложил ноут. Улыбнулся в пустоту комнаты. Как всё же изощренно мы умеем оправдывать собственную лень. Просто мастерски.

Я откинулся на подушку, глубоко вдохнул, с наслаждением потянулся. Хорошо. Покемарить часок, а потом уж…

Как только я закрыл глаза, сон отступил. А и фиг с ним, можно просто поваляться…

Стук в дверь заставил меня вздрогнуть. Я открыл глаза, поморгал. Оказывается, усталость и смена часового пояса всё-таки взяли своё: я заснул.

– Come in.

Дверь распахнулась и возникшая в комнате физиономия Боба, казалось, бросила отблески на люстру и пустую пепельницу – так он сиял.

На учёном был тренировочный костюм и лёгкие кроссовки.

– Уже можно ехать, – объявил он, путая ударения.

– Иду, – ответил я, натягивая ветровку.

Исполинский внедорожник ждал на парковке.

Боб отточенным движением упаковал меня внутрь, повернул ключ в замке зажигания и расплылся в улыбке, словно радуясь тому, что движок заурчал.

Жизнелюбие в этом парне прямо-таки через край плещет. Интересно, он по любому поводу улыбается?

– Много странного около там, не… э-э… удивляться, – в очередной раз блеснул русским Боб, выводя машину на шоссе. – Техника странно работать. Э-э… совсем не работать. Человек странно мыслить. По-разному.

Я кивнул. Меня, разумеется, предварительно ознакомили с особенностями территории.

Открыли её необычно для аномальных зон. Как правило, подобные изменения первыми засекают сейсмологи или орбитальные средства обнаружения. А тут… в общем, действительно странно.

С полгода назад и впрямь случилось землетрясение, после которого, собственно, образовался каньон, но о нём вскоре забыли. С первого взгляда, в толчке не было ничего уникального: и землетрясения, и ураганы в Джорджии время от времени случались.

Но территория уже скоро напомнила о себе. Спустя пару месяцев среди фермеров и жителей окрестных городков поползли слухи о необычных узорах на горах по дороге на Мейкон. Некоторые говорили, будто они похожи на роспись на фарфоре. Другие утверждали, что всё это враки, и на самом деле узоры напоминают разлинованный лист тетради. Третьи видели непонятные иероглифы. Но было одно общее место в свидетельствах очевидцев: все без исключения видели в районе каньона сильную грозу.

Дело быстро дошло до властей штата. Необычным местом заинтересовались, стали к нему приглядываться.

Данные со спутников оказались бесполезны: территория была постоянно покрыта облаками, а вокруг этого «залипшего» циклона лил дождь. Но метеорологи заявили, что такое нередко встречается по всему миру. Удивились лишь, что циклон не движется, а словно бы завис над одной точкой. Геомагнитной активности, выходящей за пределы нормы, на территории не наблюдалось, сейсмической тоже. Радиоактивный фон был обычный.

А напуганные жители продолжали обращаться в полицию. Градус напряжения рос, по округе поползли слухи о вторжении инопланетян. Власти штата решили не брать ответственность на себя и обратились к федералам. Была сформирована специальная комиссия, которой поручили в сопровождении военных провести проверку территории.

Вертолёт с группой чиновников и учёных благополучно достиг заданных координат и… связь с ним прервалась. Вояки засуетились. Вскоре в штаб позвонил офицер из сопровождения и сообщил, что они попали в сильнейшую грозу, пилот справился с управлением и вывел машину из циклона, но через пару минут отказала вся электроника, и вертолёт рухнул.

Вот тут уже пошла настоящая «движуха». Периметр оцепили, доступ на территорию ограничили, ввели режим секретности. Жителей ближайших населенных пунктов эвакуировали, а дюжину журналистов, прилетевших на жареное, задержали и отвели подальше от объекта.

В каньон отправили подразделение морпехов. Бронетранспортер и военный джип проскочили завесу ливня и… заглохли в четырёх милях от границы зоны. Солдаты продолжили движение вглубь территории пешком. Через восемь минут связь с ними прервалась. Несколько часов томительного ожидания нагнали на всех ещё больше страху. Но морпехи в конце концов вернулись, хмурые и неразговорчивые.

Капрал, козырнув, доложил командиру, что отказали все электронные, радио– и даже механические приборы. Вырубились рации, дозиметры, взбесилось стрелковое оружие. Армейские винтовки будто с ума посходили, перепугав солдат – далеко не новобранцев. Магазины сами по себе отстегивались и падали на землю, предохранители вставали в положение no fire, а затворы передергивались и выщёлкивали патроны из стволов. Без участия людей.

Только жёсткий приказ заставил обалдевших солдат двигаться дальше, закинув за плечи бесполезное, разряженное оружие.