Чтение онлайн

Девушка зевнула, легла на пол и, приложив книгу к голове, чтобы лучше спалось, закрыла глаза. И хорошо стало, спокойно, тепло. Она не заметила, как заснула.

Илья, зайдя в свою комнату, оторопел: на завале из книг сладко спала девушка, положив на лоб иллюстрированный томик стрелкового оружия. Выглядела композиция и смешно и чудно. Степной постоял и пошел за Семеном.

Тот слушал очередную байку Петра вместе с остальными промысловиками.

– Семен, - тихонько окрикнул его мужчина и поманил ладонью, загадочно улыбаясь: поднимись наверх.

Колмогорцев подошел:

– Пойдем, покажу одну чудную картину маслом, - открыл дверь в свою комнату Илья и плюхнулся на табурет, поглядывая на пол. Семен протиснулся следом и удивленно выгнул брови, узрев спящую Фею.

– Вот умаялась девочка, - улыбнулся Илья.

– Почему на книгах?

– Проснется, спроси.

Семен присел над девушкой, разглядывая ее блаженную физиономию с улыбкой на устах, диссонирующую с обложкой справочника по стрелковому оружию с двустволкой и старинным пистолем во весь разворот, лежащим раскрытым на лбу.

Дитя, - головой качнул, не зная смеяться или плакать по этому поводу, как и по поводу чудачеств девушки.

Убрал книгу и поднял Фею на руки.

Помоги, - кивнул Илье. Тот дверь приоткрыл, пропуская Семена.

Мужчина положил девушку на постель, снял с нее мокасины, и задумался: комбинезон Феи его значительно напрягал. Он ей как вторая кожа стал - и спит в нем, и ходит. Но организм-то дышать должен, а какой воздух может попасть под плотную, блестящую как целлофан обертку?

С другой стороны раздеть - потревожить и Фею и себя.

И все же руки потянулись к застежкам. Он уже видел, как Фея их открывает. Странные штуки: с виду обычные швы, а пальцем вдоль проведи, и раскрываются.

Раздел девушку, укрыл, стараясь не смотреть на нее, не думать.

И всю ночь провел как в печи, слушая ее дыхание, зная, что она обнаженная, доступная рядом, совсем близко.

Сегюр прибыл на Фарагост без должной помпы - тихо, как простой смертный.

В шатер наследника зашли агнолики, зорко оглядели помещение и приоткрыли полог, пропуская императора.

Лоан молча прошел внутрь, посмотрел на притихшего и побледневшего отпрыска, повернул к себе кресло и сел, махнув ладонью воинам - свободны.

– Я слушаю тебя, сын.

Констант молчал. Ему нечего было сказать, хотя все десять дней он усиленно готовил оправдательную речь. Сейчас же, под строгим взором отца парень лишь опустил голову.

– Понятно, - холодно посмотрел на него Рэйсли.
– Прошло десять дней. Безрезультатно. Думаешь, я тебя накажу? Нет. Наказанием тебе будет понимание, на что ты обрек сестру. Показать тебе как выглядят клаоны окэсто?
– качнулся к сыну. Зрачки Константа стали вертикальными вслед отцовских, во вспышке двух взглядом отец передал сыну то, что испытывал сам, те страшные картины, что были повсеместным и нормальным явлением еще двадцать пять лет назад.

Парень отшатнулся:

– Нет! Эйфия не окэсто!

– Нет, слава Модраш. Но ей нужен постоянный допинг. Сейчас состояние пока не критическое, но буквально еще десять дней и начнутся необратимые последствия. Я не знаю, где моя дочь и сможет ли найти себе донора, что выберет гипотетическую жалость к канно или здравый смысл, что будет диктовать отличные от моральных, правила. Твоя сеста слишком хрупкой психической организации. Она не Марина, для которой бы не составило туда найти себе донора и успокоить энергетический голод.

– У нее сейкап. Монторрион подарил.

– Полный?

– Да. На гоффите я брал ей тэн.

Рэйсли откинулся на спинку кресла и кивнул:

– Тогда у нас есть время, а у нее шансы на жизнь. Ты нашел свой промах?

– Да. Поиском не охвачены еще три планеты. Я приказал Стейпфилу…

– Это я сделал до тебя. По данным отчета Арвидейф, взятым у уфологов и с локаторов наших баз, на Землю в тот день упало четыре метеорита.

– Кто такие уфологии?

– Не знаешь? Тебе нужно повышать образование, больше внимания уделять знаниям, а не мальчишеским бравадам.

– Я не изучал Землю.

– Теперь придется, - заверил сегюр, вставая.
– Будет, чем заняться пока сидишь под арестом.

– Ты берешь меня под арест?

– Да. Если с Эйфией что-нибудь случится из той области, что произошла на гоффите Люйстик, ты будешь лишен звания и в должности простого кэн пойдешь под начало Арвидейф. Будешь жить среди тэн на Земле, - сказал жестко и вышел из шатра. Следом появились агнолики и заняли позицию у выхода. Стейпфил подал сейти лэктор:

– Информация о Земле. Секретные данные.

– Чувствую, меня впечатлят, - уныло протянул Констант, оседая в кресло.

Сегюр прошел к арестованному.

Монторрион физически выглядел прекрасно, если не считать унылую меланхолию приговоренного к долгой и мучительной смерти, что проглядывала во внешнем виде, позе в лице и взгляде. Он не надеялся на помилование, прекрасно осознавая свою вину. Единственное что еще грело его, добровольное признание вины и раскаянье, что могло спасти его от мучительной смерти.

Рэй, замер над Монти, что был закован в магнитные наручники и посажен на цепь у столба.

– Что мне с тобой сделать?

– Все что посчитаете нужным. Мне нет оправдания.

Рэй прошелся по песчаному полу внутри старенького шатра:

– Ты мог бы стать троуви моего сына: Константа или Вейфила, или того, что скоро родится. Но тебе было мало, правда? Ты хотел сразу все. Должность советника для тебя молодого, полного сил и планов, слишком угнетающа своими рамками. Всего лишь второй голос, когда можно быть первым. Скажи, ты всерьез надеялся обольстить Эйфию?