Чтение онлайн

Поднялся и потопал к дверям:

– Веди что ли?

– Одумайся, Лазарь!
– крикнул Митяй.

– Чего тут думать? Вот помогу там и кумекать буду. А так - чего зазря воздух сотрясать?

Вход распахнулся, и мужчин встретили роботехи и Констант. Когда стена закрылась за спинами тэн, Семен попросил парня показать Лазарю вертикальные зрачки.

– Зачем?
– поинтересовался Лоан.

– В-первый раз жутко, а во второй уже нет.

Юноша пожал плечами и посмотрел на мужчину вертикальными зрачками. Лазарь непроизвольно отпрянул и истово перекрестился:

– Святы Боже!

Лоан фыркнул и вернул зрачкам нормальное состояние.

– Фу, ты!
– выдохнул Лазарь.
– Все что ли такие?

Семен кивнул, заверяя.

– Вот ведь наградила природа аномалией, - сочувственно головой качнул мужчина.
– Ну, чего уж, идем что ли? Авось не спужаюсь.

– Постарайся.

– Ага. Сказать оно легко, а сердце-то трепыхается. Это ж кто мне сказал - не поверил. Вампиры реальные.

– Почему "вампиры"? Что это?
– полюбопытствовал парень.

– Так паразиты… - начал Лазарь и осекся. Лоан насупился, уставился на мужчину недобро и быть бы беде, если бы Семен не вмешался - подтолкнул парня в глубь коридора:

– Веди. Потом вендетту затеешь. Со мной. Если пыл останется.

Если бы не Эринния и не здравая мысль Семена насчет качества и-цы и подхода к донорству, Констант бы учинил наказание обоим тэн, на место их поставил, уму-разуму поучил, но выходило что не время. Пусть сначала действительно помогут, а потом по заслугам и призы получат.

Парень покосился на землян и пошел вперед, предупредив:

– Я запомнил.

– На здоровье, - заверил Горец.

Эринния произвела на Лазаря угнетающее впечатление. Мужчина вздыхал, сочувственно поглядывая на нее и стушевался узнав, что болезного ребенка поцеловать надо.

– Так это как же?…

– Ты ближе подойди, сам поймешь, - посоветовал Семен. Тот оробел, замялся, но Констант подвел его к Эринни и заставил склониться над девушкой. Дальше вес произошло само собой - Лазаря словно в омут затянуло, закружило и обессилило. Испугаться он не успел, хоть и почувствовал неприятный холодок в животе от близости вертикальных зрачков, изучающих его как удав кролика.

Как после Горец его на диван усадил, мужчина не помнил - забылся, потерялся. Семен посмотрел на невменяемого, растекшегося по сиденью Лазаря и попросил для него фэй. Констант и это проглотил, выдал просимое, но взгляд стал нехорошим. Парня коробило панибратское отношение к нему тэн и хоть что тот, что другой казались лояльными, все равно раздражали его. А что помощь оказали - в расчет Лоан не брал - это их назначение, всего лишь функциональные обязанности как у любого предмета.

– Вы будете наказаны, - сообщил глухо, как только Лазарь выпил фэй и чуть пришел в себя: порозовел, взгляд стал осмысленным.

Семен удивленно покосился на юношу: вам помогают - вы за то наказываете?

– Три удара хотто каждому за оскорбление господина.

Колмогорцев развернулся к Константу, прищурился, разглядывая юнца, как нечто в высшей степени неприличное. И мог бы ему многое сказать да понимал, что достойных и внятно объясняющих суть происходящего, слов не найдет. Не оратор он, не гипнотизер, и не психолог. Последнему бы в самый раз здесь появиться - работы у него с флэтонцами не початый край.

– Ладно, - нахмурился.
– Лазаря обратно отправляй и прикажи, чтобы хорошо покормили, а я за него наказание приму. Только учти - больше помощи у нас не проси.

Констант во все глаза уставился на Горца: он еще смеет указывать? Ультиматумы предъявлять? Да какой это к ляврам раб?!

Тут Эринния с постели встала, залопотала что-то, обращаясь к Лоан и к Колмогорцеву. Первый чуть растерялся, второй по обрывкам смутно знакомых слов понял, что его благодарят и возвеличивают, и вздохнул: девочка больная и то человечнее оказалась, чем этот холеный пацан с тупым гонором незрелой, но уже испорченной властью личности. Жаль что он брат Феи, а то сказал бы ему Семен все, что думает о нем, о его планете и о его сородичах. Отдельно бы папашу отметил, что жизни как спички ломает.

Констант не мигая смотрел на мужчину и чувствовал себя неуютно под презрительным и спокойным взглядом землянина. Он был рабом, но отчего-то именно Лоан ощущал себя таковым. И злился на здоровяка, которому неведомы проблемы господина, не знакомы сомнения и обязанности быть стойким, жестким, вдумчивым и всегда осторожным.

И вдруг понял, отчего взъярился на тэн - Эйфия.

Горец был силен, здоров, фантастически быстро восстановился после того как Эринния забрала его и-цы. И все это богатство стояло здесь, находилось далеко от нуждающейся в помощи Феи, помогало не ей.

Что-то отразилось в лице и глазах парня и насторожило Семена. У него появилось чувство, что Констант еле сдерживается, чтобы не расплакаться как ребенок навзрыд, с криками вымещая мутящие его душу обиды и претензии. Что-то угнетало его, разъедало как ржа железо и проникало болью во взгляд.

– Что тебя крутит?
– спросил тихо Семен. Парень развернулся и пошел к выходу, кинув на ходу:

– Сам вызвался. Шесть ударов и получишь!

Мужчина шагнув за юношей повернул его к себе за плечо:

– Чего бесишься?

И Константа прорвало. Этот незатейливый жест тэн стал последней каплей в чаше его терпения - Лоан ударил его как женщина хама - ладонью по щеке. Специально. Нет большего унижения, чем показать ничтожность оппонента, прировняв его мало к рабу так еще и не к мужчине.

Семен скривился, не сообразив, что Констант унизил его:

– Не знал что ты девчонка.

Парня вовсе это разозлило: недалекий раб перевернул все с ног на голову, переложив оскорбление с себя на господина!