Чтение онлайн

Если же смелый зритель выдерживал эту яркую вспышку и продолжал наблюдение, то дальше ему открывалось самое интересное. Что-то странное начинало происходить с тенями домов, деревьев, и вообще любых объектов. Они начинали вытягиваться и удлиняться, словно солнце, уже скрывшееся за горизонтом, продолжало светить на них прямо сквозь земную твердь... Особо внимательные личности могли заметить среди обычных теней иные, "странные" тени, что не имели хозяев. Словно их отбрасывало пустое пространство. И от очертаний этих теней, от их жутких неестественных дёрганных движений, не свойственных объектам реального мира, даже у самых храбрых волосы вставали дыбом...

Отсюда и пошло название сего мистического события. Момент появления длинных теней означал, что стоит срочно прекращать наблюдение, чтобы с тобой и твоими близкими не случилось худого.

В общем, не зря Барон выбрал для нападения именно этот день, когда мистические силы властвовали над Могильяком безраздельно.

Даже волшебники разводили руками, не в силах объяснить чертовщину, сопровождавшую Ночь Длинных Теней. Магические приборы сходили с ума, выдавая запредельные и нереалистичные показатели. Быть может, действительно сильные колдуны или инквизиторы смогли бы раскусить сей твёрдый орешек, но до сих пор никто так и не сподобился, занятый иными делами. Империя Арсамон огромна, а сам мир ещё больше, подобных аномалий в нём видимо-невидимо, куда более серьёзных и опасных. Подумаешь, одна ночь чертовщины раз в лунный месяц, пф-ф-ф-ф, эка невидаль... Потерпят, холопы, им не привыкать.

Как бы то ни было, вину за Ночь Длинных Теней народ возлагал на Могильяков. По легенде их род был проклят за службу Тёмному лорду Конраду и дальнейшее предательство. Покуда хотя бы один из Могильяков топчет землю, проклятие будет следовать за ним и обрекать местных жителей на жуткую ночь раз в месяц.

Если подумать, не самое страшное проклятие. Бывают и намного хуже. Просто одну ночь сидишь дома и не высовываешься. Но приятного всё равно мало. Полнолуние наступает через несколько дней. Сэр Викрам мёртв, но жив его сын, сэр Викберт. Убивать его точно не вариант. Во-первых, не факт, что его смерть снимет проклятье, зато Тёмный лорд гарантированно потеряет сильного союзника и не сможет прибегнуть к силе короны Могильяков. Во-вторых, не хочется лишний раз очернять свою душу подобным поступком. У Сергея всё внутри противилось подобному решению, хотя никаких дружеских чувств по отношению к буйному рыцарю он не испытывал.

Пока союзники отъедались в малом пиршественном зале, он решил подняться на верхние этажи, проверить леди Элеонору в её новых покоях. Или Эмили. О её тайне тоже не следует забывать. Быть может любимая Сколи или баба Фёкла смогут подсказать ответ?

– Странное поведение... — под нос пробубнил Сергей, поднимаясь по каменной лестнице. — Я, конечно, ожидал, что Барон будет орать, даже начнёт буйствовать, но чтобы вот так сразу пойти на максимальное обострение и атаковать из совершенно невыгодных для себя условий... де Биль, конечно, резок и горделив, но отнюдь не дурак. Он хитёр и расчётлив, никогда не будет действовать поспешно. А тут... как будто он последний разум потерял от злости.

Сэр Симон и сэр Горус так и не смогли ничего ему подсказать про Барона. Первый совсем мало знал про де Биль, поскольку родился гораздо раньше и пребывал в состоянии мёртвого сна. Познания второго по большей части ограничивались слухами и недомолвками о личности Барона. Всё же де Биль оставался для многих жителей Южных Земель Империи личностью полумифической. Эдакий закулисный кукловод. То ли он есть, то ли его просто выдумали.

Хотя Элеонора по прежнему находилась под домашним арестом, Сергей значительно изменил ей условия содержания. Графиню перевели в другие покои, пока каменщики восстанавливали повреждённую стену в старой комнате. Фантомы больше не обволакивали её комнату сплошным коконом, а просто находились поблизости, готовые в любой момент спасать либо саму графиню, либо окружающих от неё... В зависимости от обстоятельств.

Приближаясь к комнате леди, он услышал чьи-то приглушенные голоса. Один принадлежал самой леди, а другой, кажется, одной из её служанок. Хотя сама Элеонора-Эмили находилась под домашним арестом, слуги, конечно же, могли посещать её. Фантомы были проинструктированы соответствующим образом.

При приближении Сергея, чьи шаги эхом разлетались по коридору, голоса смолкли. Тёмный лорд постучался в дверь комнаты Элеоноры и громко произнёс:

— Леди, это я, Сергей. Мне надо с вами поговорить.

После некоторой паузы прозвучал ровный голос графини:

– Войдите.

Дверь приоткрылась, он вошёл в комнату, что выглядела точной копией предыдущей опочивальни леди. На стенах и полу висели всё те же ковры, в камине потрескивал огонь. Кровать, которая не пострадали во время нападения, перетащили из прежней комнаты.

Мимо Сергея, низко склонив голову, проскочила одна из многочисленных служанок леди и скрылась за дверью.

Сама Элеонора сидела за письменным столом, перед ней на столешнице лежала раскрытая книга. В этот раз на леди носила строгое голубое платье с закрытым верхом. Едва Тёмный лорд вошёл в помещение, она встала и склонилась в реверансе. Сергей ответил ей лёгким поклоном.

– Леди...

– Мой лорд...

Элеонора подняла взгляд, но смотрела ему не в глаза, а скорее куда-то в висок, избегая прямого контакта. Он чуть ли не физически ощутил возникшую между ними стену после той ночи, что они провели вместе. Тогда они, казалось, преодолели разногласия и стали очень близки, но... сейчас всё стало даже хуже, чем было.

— Я отбуду на некоторое время, – произнёс Сергей, решив особо не тянуть резину и перейти сразу к делу. — Барон де Биль, судя по всему, хочет проверить меня на прочность, и мне необходимо созвать моих союзников. Скажу честно, я не исключаю возможность войны.

Леди некоторое время молчала, обдумывая полученную информацию.

— Вот как... – сухо произнесла она, продолжая избегать его взгляда. – Полагаю, речь идёт не об Альберте де Биль, нынешнем главы их почтенного семейства?

– Речь идёт о Говарде де Биль, том самом полумифическом Бароне, хозяине мира духов Южных земель, — пояснил Сергей, решив сразу сказать, как есть. – Я предлагал ему договориться миром, но он подозрительно резко отверг все мои предложения... словно графство Могильяк он ценит очень дорого и готов вернуть его любой ценой... вы случайно не знаете почему, леди? Вы намного лучше меня знаете эти края. Да и покойный сэр Викрам наверняка делился с вами важной информацией, как со своей женой.

Взгляд леди остался всё таким же пустым. Словно вместе с блеском из глаз куда-то исчезла и душа Элеоноры. Как будто с Сергеем говорила лишь пустая оболочка, давая ответы на автомате.

– - Боюсь, я не смогу ничего вам подсказать, мой муж, – ответила она после некоторого раздумья. – Сэр Викрам не посвящал меня в свои изыскания. Он говорил, что женщины слишком скудоумны, чтобы понять все тонкости его деятельности... Я занималась только хозяйственными делами и отчасти экономикой графства.