Чтение онлайн

— Дуэль, как в Голливуде, — сказал он. — Кто же выйдет победителем?

— Твою мать! — произнес опер. — Заводи машину, а то сейчас сюда явится победитель дуэли с мешком и пристрелит нас.

— Не пристрелит, — сказал Бубен.

— Почему? — спросил директор.

— Не успеет, любознательный ты наш, — ответил Бубен и поднял вверх руку, в которой находился инициатор.

— Взрывайте, взрывайте! — вдруг закричал опер. — А то будет поздно.

— Поздно лучше, чем рано, — хладнокровно ответил Бубен. — Мне трудно предположить, где находятся участники этой дуэли и где находится мешок, из-за которого собственно и разгорелась дуэль.

Выстрелы прекратились.

— Я же говорил, — произнес опер по имени Миша, — сейчас победитель явится сюда с мешком и пистолетом.

— Судя по последнему выстрелу, это был ПМ, — сказал Бубен. — Значит, дуэль выиграл ваш коллега. Разве вас это не радует?

— Нет, этот вариант еще хуже, — заорал опер Миша, — заводи машину.

— Правильно, — ответил Бубен, — это самый паскудный вариант, но мы не дадим ему развиться далее.

Сказав это, Бубен демонстративно поднял вверх левую руку, на тыльной стороне которой все присутствующие увидели старый шрам, и нажал на кнопку.

В здании раздался взрыв.

— А теперь заводи, — сказал Бубен директору, — отвезем Алину домой.

Уже через полчаса машина, ведомая директором, остановилась у дома Алины.

— Я должен представить вас руководству, — сказал Бубну опер по имени Миша.

— Подожди меня здесь, — ответил ему Бубен и, кивнув Алине и директору, сказал: — Выходите.

Он внимательно, словно опасаясь какого-то подвоха, наблюдал за тем, как Алина и директор выйдут из машины, а затем сказал директору:

— Оставь ключи в замке зажигания.

Директор дернулся было возразить, но посмотрел на опера и беспрекословно выполнил это приказание.

Когда все трое вошли в квартиру, Бубен закрыл дверь на ключ и тяжелым взглядом оглядел с ног до головы сначала Алину, а затем директора. Потом Бубен ударил директора по лицу, тот упал на пол, плохо соображая, что с ним произошло. А Бубен мгновенно достал из кармана наручники и застегнул один из браслетов на руке директора. Затем он подтащил лежащего к батарее и перебросил цепочку наручников через трубу-подводку.

— Подойди ко мне, — сказал он Алине.

Шокированная женщина сделала несколько шагов к батарее. Бубен взял ее руку и застегнул на ее запястье второй браслет, приковав обоих к батарее водяного отопления.

Затем он сел на журнальный столик и какое-то время смотрел на прикованных взглядом удава.

— А скажи-ка мне, любознательный ты наш спец по идиомоторике, — произнес наконец он, — тебя Петруха заставил привести меня в казино до того, как мы приехали в Брест, или после того, как мы засели в гостинице?

— Боря, я не хотел этого. Он заставил меня, он сказал, что знает, в какой школе учится мой сын, и если я не сделаю, как он сказал, то Валерка вернется из школы по частям.

— То-то к тебе приезжал этот хлыщ, который потом оказался начальником службы безопасности казино и одновременно «следователем». Так?

— Так, Боря. Но ты меня пойми.

— Уже понял, — ответил Бубен.

— А ты, милая. Когда Петруха посылал тебя в ресторан, была еще его любовницей? Или он уже бросил тебя? И у тебя не мелькнуло мысли, что, играя роль заложницы, ты сдаешь меня Петрухе за эти стекляшки?

— Боря, — всхлипывая, произносит Алина.

— Дался вам этот Боря, — сказал Бубен, — впрочем, можете не отвечать. Ваши ответы ничего не дадут ни вам, ни мне. Мысль изреченная есть ложь. Мне надо было оставить вас там, на «Светотроне». Но я почему-то не сделал этого. Теряю квалификацию. Впрочем, я успею сделать все это по возращении.

С этими словами он подошел к двери квартиры, извлек из кармана гранату, разжал усики чеки и надел кольцо на ручку двери, одновременно продев через него шпагат.

Закрыв дверь, он привязал шпагат к наличнику со стороны лестничной площадки и спустился вниз по лестнице.

— А я уже заждался, — сказал опер, увидев, что Бубен вернулся и садится на место водителя.

Но Бубен ничего ему не ответил. Взгляд его был направлен по ходу будущего движения машины. Там по дороге шли два хулигана, один из которых ударил его несколько дней назад. Бубен заглушил мотор и вышел из машины.

— Оба ко мне, — прорычал он, обращаясь к хулиганам, — я дам вам закурить.

Мужики узнали его, мало того, они увидели, что с ним произошла какая- то перемена, но не до конца осознали ее опасность. Они, набычившись, пошли на Бубна. Обидчик — впереди, второй чуть сзади. И тут произошло то, чего хулиганы никак не ожидали. Прямой удар левой в солнечное сплетение заставил первого согнуться. Бубен хлопнул его ладонями по ушам и положил поперек дороги второму. Второй, споткнувшись о первого, упал и тут же получил удар коленом в лицо. После этого Бубен начал избивать упавших обидчиков ногами. Но и этого ему показалось мало, ухватив за шиворот, он стал бить их головами об обшивку автомобиля. С каждым ударом приговаривая:

— Курить вредно, а просить закурить у некурящих еще вреднее.

Опер Миша, сидевший в машине, ощущал каждый удар Бубна, потому что от каждого удара салон автомобиля буквально подпрыгивал.

Закончив избиение, Бубен сел в машину, завел мотор, и автомобиль тронулся с места.

— Второго-то за что, — осторожно спросил опер, — он же тебя тогда не трогал?

— За компанию, — ответил Бубен, — раз уж попал под раздачу.

В кабинет генерала на Коммунистической они прошли почти без помех, если не считать небольшой заминки на входе. Потому что опер позвонил дежурному и тот выписал пропуск на Бубна, а паспорт был предъявлен на Бориса Бульбо- вича. Но Бубен так посмотрел на вахтера, что тот стушевался, промямлил что-то нелестное про тех идиотов, которые, наверное, не расслышали установочных данных, переданных по телефону, и пропустил Бубна в управление.