Файл №701. Либерейторы
Шрифт:
Раздается отчаянный крик одного из мальчишек, стоявших рядом с Кайзерманном. Паренек тоже оглянулся только сейчас… И – стремительной тенью он бросается к Винхаяте-Пересу – тот упрямо пытается подняться. Мальчишка оказывается за спиной врага. Подставив колено, загибает ему голову далеко назад – кажется, что слышен хруст позвонков. Тут же, мгновенно, режет ножом по горлу – глубоко, от уха до уха. Голова откидывается назад еще больше. Кровь бьет вверх – высоко, сильно… Рональд шипит что-то злобное. Кеннеди отворачивается, видит Элис – она поднимается с земли, на вид живая и невредимая…
Вдруг Кеннеди понимает, что уже не слышит стрельбы, – и довольно давно. Он подходит к Элис медленно, едва волоча ноги; тело – внезапно, за доли секунды – налилось ртутной тяжестью. Пытается что-то сказать ей. Не получается, во рту нечто мерзкое и клейкое. Кеннеди сплевывает вязкий комок. С трудом хрипит, показывая на ее куртку с бахромой, залитую кровью:
– Зацепило?
Элис качает головой. Отвечает, тоже с трудом, делая большие паузы между словами:
– Не моя, чужая… Меня… По голове… Обломком… Не сильно… Но отключилась… И тут этот…
Тяжело ступая, к ним подходит Кайзерманн, стягивает с головы каску. Говорит глухо:
– Нордуик убит. Кейли убит… Все ребята погибли. Один я остался…
Пальцы Кеннеди словно сами собой разжимаются. Автомат – ставший вдруг неподъемным, свинцово-тяжелым – падает. Кеннеди хочется упасть рядом с ним.
Кеннеди, Элис и Кайзерманн, лесной аэродром
8 августа 2002 года, 21:17
Элис отбрасывает использованный шприц-тюбик. Достает новый, срывает колпачок с иглы, делает инъекцию у сгиба локтя – на этот раз себе.
Кеннеди стоит неподвижно, ждет результата укола, хотя сам уверен – не подействует. Подействовало. Свинцовая тяжесть уходит из головы – появляется чувство какой-то не совсем натуральной, звенящей легкости. Руки и ноги – о, чудо! – наливаются упругой силой.
Откуда-то появляется Рональд. Зовет их:
– Пошли! Надо колоть этого паскудника, пока теплый. Подыграете мне немного…
– Какого паскудника? – не понимает Кеннеди.
– Которого ты взял – Грега. Молодец, чистая работа. Не ожидал…
Они идут.
Грег полулежит, полусидит на земле, прислонившись к стене диспетчерской – почти на том же месте, где полчаса назад так неудачно схватился с Кеннеди. Ему оказана первая помощь: грудь перетянута бинтом, глаза смотрят зло и внимательно, боли в них нет, – похоже, и он получил анестезирующую антишоковую инъекцию.
Рональд нависает над ним. Говорит негромко – мертвым, лишенным интонаций голосом:
– Ты сегодня убил моего лучшего друга.
Звучит это страшно.
Рональд оглушительно орет:
– Ты убил моего друга!!!
Он выдергивает пистолет. С маху, изо всех сил тыкает стволом в лицо Грегу. Вопит что-то нечленораздельное, но оглушительное.
Кровь из рассеченной скулы заливает лицо пленника. Он верещит – испуганно и громко:
– Не я!!! Не я!!! Не я!!! Не я!!!…
Кеннеди подыгрывает. Говорит холодно и равнодушно:
– Не марай руки. Пристрели эту падаль, и пойдем.
Рональд, похоже, готов последовать совету. Ствол упирается Грегу в висок.
– Сдохни, гребаный козел! – выкрикивает Рональд.
Верещание Грега сливается в протяжный визг. В районе промежности растет темное пятно.
В игру вступает Элис:
– Постой! Может, он сообщит что-то важное…
– Кончай его, – стоит на своем Кеннеди. – Задержанных и так хватает, на хрен он нам сдался… Стреляй, Рон.
У Грега – издававшего нечто совсем уж невнятное – вдруг прорезается дар связной речи:
– Они ничего не знают! Ничего! – визжит он. – Только я! Я!!!
И тут Рональд, по мнению Кеннеди, слегка торопится:
– Говори, тварь! Считаю до двух!!! Быстро!!! Кто всё затеял?!
В глазах Грега что-то мелькает. Наверняка его тоже учили методам экстренного потрошения. Он заводит речь о гарантиях – и теперь голос звучит несколько тверже.
– Раз… – отсчитывает Рональд, не слушая. – Два! – И давит на спуск.
В последнюю долю мгновения ствол чуть меняет положение. Пуля рвет левое ухо Грега. Он вопит – и Кеннеди знает, что не от боли в кровоточащих лохмотьях, оставшихся от ушной раковины, – ее он сейчас не чувствует. Боль там, внутри, в разорванной барабанной перепонке.
Элис нагибается, почти кричит в уцелевшее ухо – со слухом у пленника сейчас проблемы.
– Вы правы, ребята! Ничего он не скажет! Кончай его, Рон!
Рональд – разбивая жертве губы и дробя передние зубы – вколачивает ствол в рот Грега.
– Отсоси напоследок, пидор!!!
Пленник пытается что-то прокричать – слов не понять.
Рональд выдергивает пистолет.
– Не слышу! Громче! Громче, падаль!!!
– Это Эмнуэльшон! – шепеляво вопит Грег. – Это вше он!!
Кеннеди достает диктофон, непонятно как уцелевший в передрягах сегодняшнего дня.
Кеннеди, Элис и Рональд, борт вертолета
8 августа 2002 года, 21:49
– Такого свидетеля в суд не вытащить, – кивает Элис на носилки с Грегом.
– Суда не будет, – хмуро отвечает Рональд. – Вы забыли, что говорил полковник? Молчаливый Пол замолчит навсегда – в результате сердечного приступа. Майор Грегори Левинс геройски погибнет при выполнении боевого задания. А нам с вами не стоит ожидать «Пурпурных сердец» или медалей Конгресса…