Фаворит
Шрифт:
Допустим Хром существенно подтянул навыки боя до того уровня, который по уверениям этого странного эльфа он имел будучи в человеческом теле. Но хватит ли тех навыков в борьбе за жизнь и свободу? Сомнительно.
Но отчего-то уверенность в словах Хрома присутствует.
Петра волновали многие вопросы касательно странного товарища. Но последние дни поговорить не удавалось. Пока все рабы выполняют дневные работы, Хром где-то пропадает… К этому все привыкли. Но последнее время он не появляется даже ночами. Приходит лишь на перекличку, при которой проверяют состояние здоровья раба, состояние Метки и взымают плату. Где всё время пропадает эльф, не знает никто. Пётр видел, как Клод много раз отправлялся следом за эльфом, но чаще всего старший раб возвращался быстро и всегда выглядел недовольным, словно его обокрали и обругали.
У человека возникли закономерные сомнения в том, что эльф забыл про обещание вытащить Петра. Очень уж старательно Хром втирался в доверие к Хозяину, который теперь души не чает в новом источнике постоянного дохода. Да еще эти старательные приготовления к Турниру… Ранее Петру казалось, что Хром собирается совершить побег, но никак не выиграть Турнир. Да и какие шансы были у того, кто не смог выдержать и одного удара Клода? Никаких. Но Хром тренировался весьма усердно, чему были многие свидетели. Его тренировки случайно замечали, хоть эльф и не желал никому показывать свои растущие навыки. Возможно, сейчас он и сумеет одолеть Клода, а значит имеет неплохие шансы победить. Вот только Петру от этого пользы нет.
Победит Хром и что? Ему разрешат загадать желание. Одно. Не станет же он его тратить, чтобы дать свободу человеку-рабу. Нет, конечно же. И Пётр не стал бы. Это правильно, в первую очередь заботится о себе. Да и что будет делать Пётр со свободой? Пойдёт в тот самый далёкий Хеггентор? А ждёт ли его кто там?
Поняв, что он в другом мире, Пётр возомнил, что сумеет стать кем-то значимым. За время рабство взгляды изменились: хотелось просто жить. Но как уже понял Пётр: вне стен Иолка человеку жить тяжело. Даже в Хеггенторе или НОДе Петра будут держать за животное, милостью эльфов оставленное жить. Вот только и в Иолке остаться уже нельзя будет.
Вот и выходит, что если Хром решит выиграть Турнир, то Петру от этого ничего не перепадёт. Если они сбегут, то Хром заживёт припеваючи где угодно в мире, а Пётр будет вынужден только сносить унижение и искать возможность вернуться на Землю. А вероятность отыскать путь назад не больше вероятности, что Пётр каким-то чудом станет великим магом или воином…
— Петь, есть разговор, — тихо прошептал Хром, незаметно подкравшись.
Союзники переместились в самый тихий угол Загона.
— Завтра всё решится, — продолжил эльф, когда убедился, что никто не подслушивает.
— Что решится? — не мог поверить человек.
— Побег. Всё готово.
— А как же Турнир?
— К чёрту его! Он лишь для отвлечения внимания.
Значит, сомнения человека были напрасны. Но так ли это? Побег ничего ведь не решит.
— Утром мы идём на Турнир, — начал раскрывать план побега эльф. — И уже оттуда убегаем…
— И как мы сбежим с Арены?
— А ты думаешь нас будут контролировать? — усмехнулся эльф. — Раньше никто таким не занимался, а завтра станут?
— Будет оружие в руках…
— Которым, как считают местные, никто не сможет воспользоваться против людей. Но в любом случае всем будет не до нас.
— Почему?
— Диверсия. Организованная диверсия.
— А как мы избавимся от Браслета?
— Это тоже решаемо.
— А что делать после того, как выберемся с Арены?
— Выходим из города в первую долину. Как ты знаешь, выход не охраняется и не запирается. Нас будут ждать кони, которых я позаимствовал у дочери Тэя. Мы доберёмся до последней долины и переберёмся через тамошний перевал. Его в незапамятные времена завалило, но снаряжение для перехода гор я уже подготовил. Я ознакомился с историей этих мест и уверен, что за тем перевалом лежит четвёртая долина. Дальше уходим по древнему тоннелю куда угодно!
План показался Петру странным и в основном опирающимся на информацию, почерпнутую из древних книг. Но сомневаться человек не стал. Лишь кивнул, подтверждая услышанное.
Хром оставил человека отдыхать перед так ожидаемым днём побега.
«Культ бога Войны, широко распространён на Триане. Его почитают не только профессиональные воины, но и многие обычные люди, старающиеся умилостивить аса и не допустить кровопролития, защитить детей, или унять буйство стихий. Помимо Войны, зона ответственности аса: агрессия, ярость, спортивные состязания, буйство природы и сила молний. Символом является либо меч, либо изображение молнии…
В отличие от большинства асов, почитаемых на Триане разумными, ас Войны вызывает некоторые споры. Как то, например, лайдоры называют аса именем Олдра, в то время, как дорийцы — Ундра. Есть мнение, что это имена двух братьев, оба из которых являются богами войны. Также существует верования в единого аса Войны Андра, символом и оружием которого являются парные клинки. Но культ Андра распространён не столь сильно, как культ Олдра, поэтому повсеместно аса Войны принято называть именно Олдра…
Месяцем аса Войны признан Апрель. В это время принято проводить различные спортивные состязания и сражения. Бог Войны был одним из последних Светлых Асов, который отказался от кровавых жертвоприношений в свою честь…
Изображаются асы Войны всегда примерно одинаково, вне зависимости от наименования. Отличия в незначительных деталях: Олдра — левша; Ундра — правша, с повязкой на глазу; Андра — обоерукий воин, также с повязкой на глазу. Но все они высоченные здоровяки с развитой мускулатурой и голым торсом. Мечи бога Войны имеют свою историю и имя. Левый клинок — Сет — выкован из ночного неба, оттого и пестрит всеми красками. Правый клинок — Трейс — выкован из дневного неба и раскалён лучами Амона, оттого и горит золотым светом. Помимо изображения самого аса Войны, часто можно заметить и изображения его воинства: асов низшего порядка, и вместе с ними лучших из смертных воинов, удостоившихся награды вступить в обитель аса Войны после смерти…
Храмов богу Войны обычно не строят. К храму приравниваются школы, обучающие бою, тренировочные площадки, арены спортивных состязаний и подобное им. Места великих сражений признаются священными для культа…
Встретив жреца Войны в нём невозможно угадать никого иного кроме как воина. Потому что жрецы не носят подобно служителям других культов никаких нарядов, символизирующих об их духовном сане. Многие жрецы культа Войны большую часть времени проводят в казармах и походах, чем в чтении проповедей и прочего, чем занимаются их собраться из других направлений. Жрецы этого культа превозносят не только силу духа, но и силу тела, доказывая собственным примером верность собственной религии…»