Фаворит
Шрифт:
В Башне Тольда, где несёт стражу молодой лейтенант, срочно потребовались рабочие руки. Вот только стражникам не платят за грязную работу. Поэтому решено было нанять рабов.
Не спрашивая ни у кого разрешения, Орион прошёлся по двору поместья, высматривая какого-нибудь раба. Но в разгаре рабочий день и встретить незанятого раба просто невозможно. Но Ориону повезло, праздно шатающийся эльф был схвачен и реквизирован на нужды города. Жаль, конечно, что он не отличался особым телосложением, но и этого было достаточно. Всё же не один только Орион отправился на поиски рабочих рук. В любом случае задерживаться в родном доме дольше стражник не собирался, а то существует возможность встретить отца, которого Орион всё ещё побаивался.
— Для чего я понадобился? — спросил раб, когда Орион привёл его в башню.
Лейтенант перепоручил раба сержанту, который и должен отвечать за работу. Не дело гордому лейтенанту стражи Иолка разговаривать с презренным рабом. У лейтенанта своя работа есть. Вот только в данный момент она его совсем не интересует. Проверять посты — скучное и бессмысленное занятие, ведь всё равно никакой враг не придёт штурмовать Иолк. А если и придёт, то древняя защита справится с кем угодно.
Вместо несения службы мысли стражника переметнулись на прошлую ночь, когда он, преодолев высокую ограду, словно вор, проник в обитель жриц Демы. Он пришёл, чтобы увидеть её. Калиста — старшая жрица аса Демы. Пусть она и старше Ориона, но стражник влюбился. Она присутствовала при получении стражниками новых званий, и поэтому новоиспеченный лейтенант имел удовольствие её видеть. И именно тогда, в храме Демы, он и полюбил. Вот только смелости не хватает подойти и признаться. Слишком властно и недоступно выглядит Калиста, как и подобает главной жрице аса Власти.
Всё что мог Орион это смотреть и мечтать. И вздыхать… Вздыхать о том моменте, как служба закончится и можно вновь будет проникнут на территорию храма. Однажды его поймают и засмеют. Но Ориону всё равно, лишь бы увидеть её.
— Я могу помочь.
Орион посмотрел на подошедшего раба. Того самого, которого он лично привёл из поместья отца.
— Что тебе? — зло спросил он у раба, посмевшего прервать мечтания лейтенанта.
— Я могу помочь, — повторил эльф.
— В чём? — удивился лейтенант. — Давно не пороли, раб?
— Могу помочь тебе с Калистой…
Ярость возобладала. Могучий удар кулаком обрушился на эльфа, отбросив того к противоположной стене. Если бы не свидетели, то несдобровать рабу. А так Орион поостыл. Убивать раба за слова не стоит. Пусть он принадлежит отцу, но выплатить компенсацию будет не по средствам Ориону. Да и что такого сказал раб? Ничего предосудительного. Просто он удивил лейтенанта. Откуда он узнал о Калисте?
Последнюю мысль Орион и озвучил рабу, когда они удалились в кабинет лейтенанта.
— Я видел, как ты на неё смотрел. Любовь сложно не заметить.
— Ты кому-нибудь говорил об этом?
— Зачем? Это твоё личное дело…
Эльф говорил с трудом. Видя состояние раба, Орион подумал, что чуть было не убил бедолагу. Хиловатые рабы пошли у отца, видать дела не очень. Но раб говорил, несмотря на слабость:
— По мне не скажешь, но я пользуюсь популярностью среди женщин. Вот я и решил предложить тебе помощь… Я же вижу, что ты мучаешься.
— Много себе позволяешь, — злобно прошипел Орион, задумавшись.
А что лейтенант теряет, доверившись рабу? Ничего. Если тот решит обдурить его, то всегда существует возможность наказать зарвавшегося раба законными методами. И это будет страшнее, чем милосердная смерть. Это и передал Орион рабу.
— Я согласен, — эльф остался спокоен даже после угроз. — Если будешь следовать моим указаниям, то у вас с Калистой всё наладится.
— А зачем это тебе? — перед тем, как отправить рабов обратно в их загоны, поинтересовался Орион у своего эльфа.
— Может я в душе — купидон? — ограничился непонятной фразой эльф и скрылся.
«Культ аса Демы весьма распространён. Её почитают за мать всего сущего. Называют хранительницей домашнего очага. Её вотчина — луна, которую она завещала детям: асам Коре и Рему. Символом богини является «месяц в круге», но иногда и изображение очага. Отношение верующих к богине сугубо уважительное. Мать и хранительница дома — второстепенные её признаки. Она признана асом Власти. Королей венчают именно служительницы Демы, да и многие прочие важные мероприятия не обходятся без демиек.
Месяцем Демы назван Январь. В этом же месяце отмечается великий праздник в её честь.
Изображается Дема красивой взрослой женщиной, часто в окружении прочих асов, как то: детей и мужа — Амонарод. Постоянными атрибутами Демы являются Игнис и Яшек. Игнис — пламя очага. Яшек — домашний зверь у ног властительницы.
Признанной архитектурой при строительстве храмов в честь Демы, является деревянное зодчество. Все части храма покрывают ритуальными узорами и заповедями. Внутри храма постоянно горит центральный Очаг, пламя которого поддерживают служки. За исключением особых случаев, входить в храм Демы запрещено мужчинам. Служат богине исключительно женщины, отбираемые в служки ещё в детском возрасте…
Дема не признаёт рабства, являя собой власть. В храмах в её честь, венчают королей и совершают обряды бракосочетания. Любое разумное существо сумевшее переступить порог её храма, считается свободным…
Служек с малолетнего возраста воспитывают жрицы. Старшие жрицы руководят важными мероприятиями. Главная нимийка храма — верховная жрица. Порядки культа Демы строгие, особенно для служек и младших жриц. Старшие же жрицы вольны покинуть культ, создав собственную семью и защищая свой собственный очаг. Прежде чем покинуть культ они обязаны передать знания кому-то из младших, и только тогда уйти. Создание семьи угодно Деме. Верховная жрица также имеет право сдать полномочия и уйти. Но вместе с тем, верховная жрица имеет право остаться на своём посту в храме, ибо раз сама Дема является женой Амонарод и одновременно асом Власти, то никто не запретит подобного же и её жрице…»
Религия Триана: Культ Демы. Интерфейс
Вот Клод наконец-то и ступил на камни Арены, политые кровью. День турнира приближается. Скоро, совсем скоро раб получит долгожданную свободу. Всего-то и нужно, что одолеть с полсотни разумных противников и несколько десятков яростных животных. Ерунда. Когда на том конце моста ярко светит слово «Свобода», Клод готов пробежать по нему, игнорируя любые предупреждения.
— Шибче работать! — приказал он подчинённым, драящим этот Храм Войны.