Фаргал. Трон императора
Шрифт:
Его высохшая коричневая рука повисла над глазами лежащего мага.
— Ты силен и быстр, черная душа! — промурлыкал Мескес. — А нынче ж беспомощен, как младенец!
И грозно:
— Видишь его?
— Да, — вдруг севшим голосом ответил колдун. — О! Нет! Нет!
— Да! — В голосе Мескеса прозвучало торжество. — Вот я, червь, уберу эту границу, и он возьмет тебя, черная душа, возьмет слабого и беспомощного…
Воины с трепетом наблюдали, как меняется лицо лежащего на земле. То, что видел колдун, было так страшно, что панический ужас, выразившийся на лице чародея, тронул даже отважное и безжалостное сердце вождя соктов.
Один лишь Фаргал наблюдал за происшедшей переменой с холодным интересом.
— Нет, — чуть слышно пролепетал колдун. — Нет! Не смей! Я… скажу. Скажу!
— Вот и хорошо! — одобрительно произнес Мескес. — Я-то знал, что ты согласишься! Ну, повременим!
Чудовищное напряжение, исказившее лицо плененного чародея, ушло. Мышцы его расслабились. Колдун обрел несвойственный ему умиротворенный вид.
— Я знал, что нет таких тайн и такого страха, которые не стоило бы отдать под угрозой подобной участи! — проговорил Мескес.
Лицо колдуна опять свела судорога. Но — только на краткое мгновение.
— Ты послал тварь убить меня? — резко спросил Фаргал. — Кому ты служишь? Ладару?
— Я служу Ашу! Только Ашу! — прошептал маг, и тень гордости легла на его темное лицо. — Но моему господину не уберечь меня сейчас! По воле моего бога и силой его создал я хранилище для демона, что был прислан старшим моим собратом! Я — великий маг!
Последнее прозвучало довольно жалко.
— Демон должен был убить царя? — спросил Мескес.
— Нет, не убить. Царь должен был исчезнуть… исчезнуть навсегда.
— Зачем?
— Чтобы дать место преемнику!
— Кто он? — низко наклонясь над чародеем, прорычал Фаргал. — Кто? Как его имя?
— Я не знаю!
— Он — оборотень?
— Он человек! Не одни оборотни служат господину! И на трон, что принадлежал нам тысячи лет, снова воссядет слуга Аша!
— Где этот человек? — спросил Фаргал так, словно речь шла о новом коне.
Но никого не обманул его тон.
— Он здесь, в лагере!
— Имя?
Маг прикрыл глаза:
— Я не знаю!
— Он не лжет! — подтвердил Мескес. — Но ему ведомо имя твоего врага, которого мы вскорости встретим!
— Говори, жрец!
— Андасан, — прошептал колдун. Лицо его исказилось от боли. — Скоро! Он ждет вас!
— Злые силы терзают беднягу! — пояснил Мескес. — Ведь не мы одни слышим его речь! Но страдание сие — ничто в сравнении с тем, что уготовил бы ему…
— Нет, — не открывая глаз, прошептал колдун. — Не называй!
— Значит, Андасан! — с отвращением проговорил Фаргал имя взбунтовавшегося предводителя Черных. — Андасан и Ладар! Хорош бы я был, — произнес он, обращаясь к Люгу, — если бы послал Шотара с сотней Алых! Или сам пошел — с тысячей! Спасибо посланцу! Ничего! — Царь свирепо усмехнулся. — Я рад, что крыса выползла из норы!
— Царь, — проговорил Мескес. — Слуга Аша недолго протянет! Не мог бы ты оставить последние минуты его жизни мне?
— У меня много вопросов! — заявил Фаргал. — Но ответы на них я вполне могу получить и этим! — Он похлопал по ножнам меча. — Займись им, Верховный маг! Буду рад, если твоя сила возрастет! Но попытайся вытряхнуть из него все, что он знает!
— Да, повелитель!
Маг наклонился над лежащим и произнес что-то на древнем языке. Ответ прислужника Аша был чуть слышен. Головы Баурана и Мескеса приблизились к его лицу, почти соприкоснулись.
— До замка — три скорых дневных перехода! — произнес Фаргал. — Мы должны пройти их за двое суток! Если Андасан соединился с Ладаром, он наверняка знает, где я и сколько у меня людей!
— Естественно, — согласился сокт. — Он отличный военачальник!
— Предатель! — процедил Фаргал.
— Алые раздавят всех! — гордо заявил Шотар.
— Два дня… — задумчиво проговорил Люг. — Пехоте придется попотеть!
— Они дойдут! — уверил его царь. — Я поставил им таких начальников, что жилы из них вытянут, а дело сделают!
— Вроде Андасана?
— Царь! — вмешался Бехер. — Ночь на исходе. Не желаешь ли отдохнуть?
— Ты лекарь или начальник стражи? — осведомился Фаргал.
— Мой повелитель, — настойчиво проговорил Бехер, — тут в дело замешана магия. А я слыхал, что от недосыпа слабеет воля.
— Ты слыхал? — прищурился Фаргал. — Может, мне взять тебя четвертым магом?
Бехер смутился.
— Он прав, мой царь! — поддержал воина Люг. — Пошли-ка спать! Тем более что наш невольный гость, по-моему, преставился! А, Мескес?
— Верно! — откликнулся царский маг.
Он выглядел, как сытый кот.
— Сказал что-то ценное? — спросил Фаргал.
— Многое. Но сие предстоит обдумать!
Царь беглым взглядом окинул лежащее тело. Глаза колдуна слепо смотрели вверх. Волосы из черных стали серыми, как тусклое железо.
— Он получил свое?
— Да, мой государь: он умер сам!
Глава четвертая
Армия Фаргала двигалось по земле Реми, не встречая сопротивления. Вот только селения, мимо которых проходила дорога, были покинуты. Но для этого не требовалось особого приказа владыки Реми: своя ли армия, чужая ли — земледельцу от солдата хорошего ждать не стоит.
Итак, когда вечер застал войско в шести милях от Ремийской крепости, лишь несколько лазутчиков, пойманных патрулями, свидетельствовали, что хоть кто-то обращает внимание на шеститысячную армию.