Чтение онлайн

Домой вернулся с опозданием на сутки, но уже с полностью готовым планом моего дальнейшего поведения. Дался он мне не просто, были и сомнения, и тревоги, и другие варианты, но мой выбор пал именно на него. Так что решение моё окончательное и обжалованию не подлежит: буду менять свою прописку. Всё, перебираюсь на постоянное место жительства по ближе к источнику пресной воды. Надоело мне пить из болота, есть одни консервы и полуфабрикаты, и постоянно ловить на себе недружелюбные взгляды соседей. Что меня удерживает в нашей девятиэтажке? Да почти ничего. Друзей осталось, раз два и обчёлся, света и тепла нет, водопровод и канализация не работают, нормальную еду брать неоткуда. Крыша над головой, да дорогие сердцу вещи? Но это не повод, чтобы жить вечно на одном и том же месте, всю оставшуюся жизнь. Самое дорогое заберу с собой, а крыша, так её и построить можно. Деревья валить я уже научился, землянку выкопать сумею, опыт в этом деле тоже имеется, а дальше видно будет.

Тянуть с перетаскиванием "дорогих" вещей не стал, тем более мне придётся до тридцатого километра и обратно несколько раз подряд прошагать. За один заход продукты, без которых на первоначальном этапе жизни в лесу не обойтись, не унесу, а кроме них и кое что из одежды, и обуви не мешало бы с собой прихватить. Бегать за барахлом от речки, через холмы? Нет, уж лучше я сейчас поднатужусь, чем потом буду себе мозг выедать вопросом: "Почему его сразу не перенёс через бугры?". Да и стоит ли возвращаться в дом, если собрался навсегда его покинуть?

На оборудование временного схрона и перенос в него всего отложенного, из огромного многообразия полезных вещей, потратил шесть дней. На седьмой, сложил в рюкзак всё самое-самое, оценивающим взглядом проверил обе квартиры, а после плотного ужина пошёл в гости, к так и не поймавшему ни одного зайца, дяде Мише.

– Кто там?
– как всегда с огромным опозданием спросил он меня, из-за плотно закрытых дверей.

– Это я, Серёга. Открывай, дядь Миш - ответил я ему.

– Серёжа! Скиталец наш объявился!
– радостно заголосил сосед, запуская меня в свои осиротевшие владения.

– Я по делу - не воспользовавшись приглашением, объяснил я причину своего прихода, прямо на глазах сильно постаревшему, мужчине.

– Говори - коротко предложил, старый друг отца.

– Да говорить, собственно, нечего. Показывать надо. Пойдём со мной, там сам всё увидишь.

– Куда?
– также односложно, спросил дядя Миша.

– Да уж не зайцев ловить - не сдержался я, чтобы не подколоть ветерана.

Закрома Светланы, пускай не много и растранжиренные, потрясли моего соседа до самой глубины его щедрой души.

– Вот это баба покойному Юрику досталась. А мы её все, за стерву держали. Это же надо такие запасы сделать - обнимая то пачку с чаем, то упаковку макарон, сказал мужчина, крепко поражённый увиденным.

– Твоя правда, запасливая женщина - согласился с ним я.

– И чего, один будешь радоваться такому счастью?
– продолжая изучать содержимое пенала, спросил дядя Миша.

– Уже нет. Хотел было, но ситуация поменялась - сознался я.
– Вам отдаю всё. Вернее, тебе, а ты уж сам решай, чего со всем этим дальше делать.

– А ты чего же, стесняешься или скромничаешь, решение принять?

– Не угадал, не скромничаю. Просто некогда мне этим заниматься, завтра утром ухожу от вас, на всегда - сказал я ключевую фразу и посмотрел в расширившиеся глаза соседа.

– Куда это? На Дальний Восток пешком, по компасу?

– Почти что. В пяти днях пути отсюда, речку нашёл, туда и перебираюсь.

– Речку!? И молчал!? Там же вода должна быть, как слеза!
– запричитал дядя Миша.

– Так и есть. А кроме воды, ещё и рыба обнаружилась.

– Ещё и рыба нашлась?!
– переспросил он меня, на радостях.

– Нашлась. Много и вкусная. Захочешь попробовать, приходи. Бери компас и топай на юг не сворачивая. Пять дней, и ты там. Может, где и встретимся.

– Я бы потопал, будь лет на двадцать моложе, а сейчас даже и не знаю. Туда, может быть, ещё и дойду, а обратно точно кому то нести придётся.

Проговорили с соседом до одиннадцати ночи. Потом я пошёл спать к себе, а он остался в квартире Юры. Боялся, что залезет в неё кто нибудь и ему не удастся распределить продукты по своему усмотрению. Вернувшись в квартиру родителей, почти сразу же засобирался спать, но неожиданно в дверь постучали. И кто бы это мог быть, в такое время?

– Кто?
– снова одевая джинсы, спросил я.

– Серёж, открой. Это я, Михаил - донёсся из подъезда знакомый голос.

О как, не прошло и пятнадцати минут, а он уже соскучился?

– Забыл чего то сказать?
– спросил я позднего гостя, улыбаясь.

– Да нет, сказал всё. Подарок принёс тебе, на добрую память, - с нескрываемым сожалением проговорил дядя Миша, протягивая мне, знакомый с детства охотничий нож, цены которому, по словам владельца, не было.

До реки добрался на пятые сутки и сразу же, без лишних предисловий, приступил к первоочередной задаче, изготовлению плавсредства, с помощью которого буду искать место для своего нового жилья. С собой приволок восемь самодельных скоб, изготовленных мной неделю назад из обрезков арматуры, осталось подобрать к ним пару крепких брёвен, из тех, что в огромном количестве валяются на берегу, распилить их и сколотить простенький плот. Огромный мне сейчас не нужен, надеюсь далеко плыть не придётся, красивых мест у реки достаточно, быстро отыщу единственное и неповторимое. А когда надо будет грузы к нему доставлять, вот тогда и озабочусь более мощной конструкцией.

Оказалось, что с кораблестроением не всё так просто, как это можно было предположить. Вроде бы, чего тут сложного? Нашёл, отпилил, прибил и вперёд. Но это только в теории для изготовления плота из пяти брёвен достаточно трёх слов, а на самом деле я вспомнил всех святых прежде, чем спустил его на воду. Когда у тебя в распоряжении всего две руки, туристический топорик и ножовка с ржавым полотном, даже матьки не всегда помогают. Колдовал над личным "кораблём" два дня и почти две ночи, спал по три часа в сутки, но назвать его идеальным, язык всё равно не поворачивается.

– Ничего, далеко от берега отплывать не буду. В случае чего подгребу обратно - успокаивал я себя, отправляясь в первое, в моей жизни, самостоятельное плавание.

За перекатами течение реки стало почти не заметным и мне всё время приходилось придавать ускорение моему неповоротливому судну шестом, длина которого не превышала двух с половиной метров. Да ладно бы только это, но кроме постоянной проверки глубины дна, необходимо было ещё следить за тем, чтобы самому не сорваться в воду, со ставших моментально скользкими брёвен и контролировать движение рюкзака, переваливающегося с одного бока на другой от качки, создаваемой моими резкими движениями. С первых же минут плавания стало ясно, оно лёгким не будет, но я упорно грёб и грёб вперёд, не обращая внимания на, показавшиеся первоначально незначительными, трудности, и вскоре всё же достиг, изученного с суши, поворота. Минут через сорок дотянул и до второго, такого же крутого, и также густо поросшего мелким кустарником, как и первый. Вроде можно было бы порадоваться маленькой победе, как же, добрался до неизведанного, но радость не приходила, как я к ней не взывал, а вот маленький пузырёк неудовольствия начал зарождаться, причём самостоятельно, постепенно превращая увлекательно познавательную прогулку по водной глади, в борьбу со стихией. Окончательно моё терпение лопнуло на пятом часу, этого нудного плавания по тихой воде. Нет, таких симптомов, как прежде, на своём теле не наблюдал, левая рука вела себя идеально, а о том, что когда то дёргалась половина лица я и вовсе забыл, но появились новые проблемы, создающие не меньше неудобств, чем старые. Кровавые мозоли на руках, образовавшиеся при рубке брёвен, так и норовили отомстить мне за их возникновение. То правая рука взбрыкнёт, вытягивая моё импровизированное весло из воды, то левая совсем отказывается с ним общаться, дёргаясь в испуге, от соприкосновения с мокрой деревяшкой. И в конце концов я сдался, этим неженкам на милость, пока они меня не утопили и причалил к берегу, правда мало чем напоминавший уютную гавань.