Чтение онлайн

Как-то раз я пришел в цех пьянее обычного. И наотрез отказался работать.

— Все, с меня хватит, — объявил я.

У эльфа случилась психологическая травма.

— Как же мы тут без тебя, Чинаски?

— Ну…

— Доработай хотя бы эту смену!

Я обхватил его голову борцовским захватом и сжал. Его уши побагровели.

— Ах ты, мелкая сволочь, — сказал я. А потом отпустил его.

В Филадельфии я сразу снял комнату и заплатил за неделю вперед. Ближайшему бару было лет пятьдесят, не меньше. Там пахло полувековой мочой, дерьмом и блевотиной, проникавшими в помещение сквозь доски пола из съемных комнат внизу.

Было полпятого вечера. На пятачке в центре бара дрались два мужика.

Парень, сидевший справа от меня, сказал, что его зовут Дэнни. Того, кто был слева, звали Джим.

Дэнни держал во рту зажженную сигарету. В воздухе просвистела пустая пивная бутылка. Пролетела, чуть не задев Дэнни по носу. Он даже не шелохнулся, не стал смотреть по сторонам. Просто стряхнул пепел в пепельницу.

— Чуть сигарету не выбил, козел! Еще раз так сделаешь, урою!

Бар был переполнен. Среди посетителей имелись и женщины. Несколько домохозяек, туповатых и жирных коров, и пара-тройка вполне симпатичных девчонок, переживающих трудные времена. Пока я сидел, одна из девчонок ушла с мужиком. И вернулась минут через пять.

— Элен! Элен! Как тебе удается?

Она рассмеялась.

Еще один парень сорвался с места, горя желанием опробовать эту девчонку.

— Должно быть, она хороша, чертовка. Надо попробовать и убедиться!

Они вместе вышли из бара. Элен вернулась через пять минут.

— У нее там, наверное, между ног всасывающий насос.

— Это надо попробовать, — заявил древний дедок, сидевший в самом углу. — А то у меня не стояло с тех пор, как Тедди Рузвельт отдал Богу душу.

Элен провозилась с ним десять минут.

— Хочу сандвич, — сказал толстяк. — Кто-нибудь сходит за сандвичем?

Я сказал, что схожу.

— С ростбифом, соусом и всеми делами.

Он дал мне деньги.

— Сдачу можешь оставить себе.

Я дошел до заведения, где делали горячие сандвичи.

— С ростбифом, соусом и всеми делами, — сказал я продавцу, толстому дядьке с необъятным животом. — И бутылочку пива, пока я жду.

Я выпил пива, взял сандвич, вернулся в бар, отдал бутерброд толстяку и нашел место за столиком. Передо мной появился стакан с виски. Я его выпил. Появился еще стакан. Я его выпил. В музыкальном автомате играла музыка.

Ко мне подошел молодой парень лет двадцати четырех.

— Мне надо вымыть жалюзи, — сказал он.

— Вымыть жалюзи, оно никогда не помешает.

— Ты что делаешь?

— Ничего. Пью.

— Так что насчет жалюзи?

— Пять баксов.

— Согласен.

Его звали Билли, но все называли его Малыш Билли. Он был женат на хозяйке бара, тетке сорока пяти лет.

Он принес мне два ведра, какое-то моющее средство, тряпки и губки.

Я приступил к первым жалюзи.

— Выпивка за счет заведения, — сказал Томми, ночной бармен. — Пока работаешь — пьешь сколько хочешь.

— Стакан виски, Томми.

Дело шло медленно; пыль на рейках слежалась в твердую корку грязи. Несколько раз я порезался о металлические перекладины. От мыльной воды порезы щипало.

— Еще виски, Томми.

Когда я закончил с первыми жалюзи, посетители бара подошли посмотреть на мою работу.

— Красота!

— Да уж, стало гораздо приличнее.

— Теперь тут, наверное, поднимут цены.

— Еще виски, Томми, — сказал я.

Я принялся за вторые жалюзи. Потом мы с Джимом сыграли в пинбол, я выиграл четвертак, потом сходил в сортир, вылил грязную воду, набрал чистую.

Со вторыми жалюзи я провозился еще дольше. Опять порезался, и не раз. Похоже, что эти жалюзи не мыли лет десять. Потом я снова сыграл в пинбол, выиграл очередной четвертак, а Малыш Билли начал орать, чтобы я шел работать.

Мимо меня прошла Элен, направлявшаяся в женский сортир.

— Элен, когда я закончу, я дам тебе пять баксов. Пять баксов — нормально?

— Нормально. Только, когда ты закончишь, у тебя вряд ли встанет.

— У меня встанет.

— Я буду здесь до закрытия. Если ты что-то сможешь, я тебе дам за бесплатно.

— Я смогу, солнышко. Я смогу.

Элен пошла в сортир, а я крикнул Томми:

— Еще виски.

— Эй, ты бы не увлекался, — сказал Малыш Билли. — А то вряд ли сегодня закончишь работу.

— Билли, если я не закончу сегодня, ты сэкономишь пятерку.

— Согласен. Народ, все слышали, что он сказал?

— Слышали, слышали. А ты, Билли, жмот, каких мало.

— Томми, давай еще виски.

Томми налил мне очередной стакан. Я выпил и вновь приступил к работе. Я реально настроился и по прошествии какого-то времени и еще нескольких порций виски закончил со всеми тремя жалюзи.

— Ладно, Билли, давай пятерку.

— Ты еще не закончил.

— Что?

— Там еще три окна, во втором зале.

— Во втором зале?

— Ага, в банкетном.

Билли провел меня в банкетный зал. Там было еще три окна, еще три жалюзи.

— Слушай, Билли, я согласен за два с полтиной.

— Нет, либо ты делаешь все и тогда получаешь деньги, либо не получаешь вообще ничего.

Я вылил грязную воду, набрал чистую, налил в нее жидкого мыла и приступил к первым жалюзи во втором зале. Вынул все рейки, разложил их на столе и принялся задумчиво их разглядывать.

Джим подошел ко мне по дороге в сортир.

— Ты чего?

— Я не смогу.

Джим сходил в сортир, потом отнес свое пиво на барную стойку, подошел ко мне, молча взял тряпку и принялся мыть жалюзи.

— Джим, не надо. Оставь.

Я сходил к бару за очередной порцией виски, а когда вернулся в банкетный зал, одна из девчонок снимала жалюзи со второго окна.

— Осторожнее, не порежься, — сказал я.

Потом подошли еще несколько человек. Среди них была и Элен. Мы все драили жалюзи, о чем-то болтали, смеялись. И уже очень скоро почти все посетители бара переместились в банкетный зал. Я хлопнул еще пару виски. Наконец все три жалюзи были вымыты, собраны и развешаны по местам. Они буквально сияли, чуть ли не искрились. Пришел Малыш Билли.