Чтение онлайн

Полковник осторожно перевел дух. Нельзя было сказать, что он вообще ничего не понимал, но это был далеко не первый формат, а что-то иное. При том, что гидроскоп редко произносил знакомые полковнику слова, он еще дергался, почесывался и шлепал по мокрой земле ногами-ластами, отчего вокруг разлетались капли загрязненного грунтом гидро.

– Значит, они бежали, вы их увидели и решили, что это шпионы канкуртов? – уточнил Эйкер, стараясь четко произносить слова на первом формате, от которого уже отвык.

Первый формат предназначался для общения неформатированных существ между собой, а также с существами высокого формата. Язык же четвертого формата применяли между собой отформатированные существа. Этот язык был значительно более информативным и менее энергозатратным.

– Кале бамбу этта самое. Правда, да, – согласился гидроскоп, который являлся то ли вождем здешнего племени, то ли деревенским бригадиром по заготовкам. Неподалеку стояла большая плетенная из веток корзина, наполненная какими-то копошащимися тварями. Полковник старался не смотреть в их сторону, подозревая, что там находится нечто ужасное. Ничего другого из гидроозера выловить было нельзя – сплошной яд. Но, видимо, гидроскопам эта еда нравилась, они всегда селились неподалеку от гидроозер и гидроканалов, а вот битумные озера их совсем не привлекали. Почему – это для полковника Эйкера оставалось загадкой.

– Что заставило вас думать, что это шпионы? – спросил он.

– Это ну да, – ответил бригадир, указывая на открытую цефанитовую коробку, которая стояла перед связанными веревками «шпионами».

Полковник подошел ближе и заглянул в коробку. Там были пачки контрабандного наноскоба без таможенных марок.

– Ваше благородие… – заскулил один из задержанных. – Ваше благородие, заберите нас отсюда, мы все расскажем. Мы скобуху из Друлема мимо постов таскали, мы все подпишем, только заберите нас отсюда…

Полковник кивнул и повернулся к гидроскопам. В этот момент недалеко от берега зигзагом прочертила свой путь водяная змея, и тотчас один из аборигенов нырнул в гидро, почти не подняв брызг. Этим он переполошил солдат, однако два других гидроскопа остались невозмутимы.

– Большое спасибо за сотрудничество, – произнес полковник и покосился на сержанта. Тот держал свой штуцер наготове, чтобы в случае необходимости срезать аборигенов одной очередью.

– Вы сделали большое дело, поймав опасных преступников и шпионов. – Полковник сделал паузу, чтобы понять, как реагируют на его слова селяне. Поначалу он не верил, что те могли съесть пленников, но, познакомившись с гидроскопами ближе, больше в этом не сомневался. – Какую награду вы хотите за этих шпионов? Скажите, и мы обязательно вас наградим.

Селяне переглянулись и заговорили на своем языке, больше похожем на звуки радиопомех.

В этот момент метрах в пятнадцати от берега показался третий гидроскоп, о котором все уже забыли. Со змеей во рту он быстро подплыл к берегу, выбрался на сушу, а затем, резко дернув головой, располосовал тушу зубами.

Полковник успел заметить, что это настоящая черная змея-парализатор, обладающая аннигилирующим ядом. Для длинного, упрятанного в ее теле стилета не был препятствием даже металл изометрической структуры.

На глазах пораженных солдат и полковника Эйкера аборигены съели змею целиком и только потом, словно вспомнив о посторонних, затихли и уставились на Эйкера.

– Я твоя тур нада три восемь чифу.

«Три восемь. Двадцать четыре, что ли?» – подумал полковник. Про чифу он догадался, это была старая имперская единица – чейтерфунт.

– Хорошо, мы дадим вам больше – три десять чифу. Хорошо? – спросил он, одновременно давая знак сержанту, чтобы пленников уводили.

– Дадай, – ответил абориген и кивнул.

– У кого есть деньги?

– У меня трек на пятьдесят роутов, – сказал один из солдат.

– Нет, нужны старые. Новые они не поймут, – заметил полковник.

– У меня есть, завалялись, – пришел на выручку капрал, подавая трек на сорок чейтерфунтов.

– Отлично.

Полковник взял у капрала трек и, шагнув к гидроскопу, подал ему награду. Тот секунду помедлил, похлопал глазами и только потом протянул руку с широкой, как лопата, ладонью. На ней еще оставались капли гидро, и Эйкера слегка передернуло, хотя он знал, что его перчатки с гидрозащитой.

– Прощайте, камрады, благодарю за помощь, – сказал он, пятясь под защиту штуцеров отряда. Пленников уже уводили в рощу.

И вдруг опять перед глазами Эйкера поплыла картинка – треск проволочника, разрывы снарядов, два рейдера… да, кажется, это рейдеры. Они несутся сквозь заросли, затем прыжок, брызги гидро и чей-то голос: с ними покончено, можно возвращаться.

«В архив, все в архив, – перенаправил полковник поток модельного построения. – Потом разберемся».

Вечер был посвящен большой разборке багажа. Бронированные краги, термостойкие ботинки, витые профили сверхпрочных конструкций, на которые навешивались элементы брони, – все это было вытащено из ящиков и разложено так, чтобы удобно было собирать защитные комплекты.

Отдельно, на кусках расстеленного на полу пластика, лежали пушки, патронопроводы и длинные, словно гвозди, снаряды.

Джим и Тони привыкли быть независимыми, поэтому не искали никаких начальственных лиц, не требовали для себя приказов и распоряжений. Им обеспечили сносные условия, а значит, о них помнят, и, когда потребуется, придут, и все растолкуют.

В самый разгар сборки в дверь постучали.

– Входите! – крикнул Тони, стараясь поточнее попасть в узел наногелевой масленкой.

Гость вошел. Напарники отвлеклись от своей работы и одновременно повернули головы.

– Здравствуйте, я майор Броут. Представляю плановый отдел контрразведки…

– Из центра? – уточнил Джим.

– Разумеется.

– Извините нас за беспорядок, майор, присядьте вон на тот стул у стены.

– Я присяду, но сначала, если не возражаете, посмотрю, что вы делаете. Я вижу тут незнакомые узлы, детали. Таких систем защиты мне не встречалось. Это индивидуальный проект?