Чтение онлайн

Каждый раз, когда ты уходишь и прощаешься перед этим, я думаю, что вот он – последний раз… И что однажды ты и вовсе не вернешься.

– Но я все – таки возвращаюсь, – сглотнув царапающий горло колючий комок, отозвалась я. – Только потому, что я вас люблю. А ты прав… Мне лучше всего, когда я одна. И знаешь, почему? Да потому, что так я не причиняю никому вреда, так никто не причиняет боли мне, и мне спокойно… Но я так не хочу… пока не хочу. Но если ты хочешь, чтобы я ушла навсегда – достаточно одного слова…

– А ты так уж уверена, что ты нас любишь? То, что ты называешь любовью – это страсть, Королева. Ты не умеешь любить. Боги любить не умеют. Сегодня умерла твоя единственная дочь, а ты даже не заплакала… Ты далеко пойдешь. И никто тебя не остановит. И если уж ты так любишь одиночество – то уходи. И никогда больше не возвращайся. Мы тебе не нужны, хоть ты и нужна нам. Тебе нужна только наша любовь, без нее ты слабеешь, потому что сама на такие чувства не способна.

Ты сама не хочешь понять и принять себя… И я не хотел этого. Но все – таки я тебя понял. Вот только принять такое не могу.

Я молча соскользнула с его колен, встала посреди комнаты, раскинув руки, как крылья. Почувствовала, как тело сводит судорога, как оно пошло рябью, меняясь и переплавляясь. А потом, напоследок взгялнув на то, что когда – то было моим домом, шагнула в разрыв пространства, как на собственную смерть…

Каждый раз – как будто в последний…

И еще успела уловить тихое: " Прощай…"

И снова провал.

Я сидела за старинным роялем, и раз за разом играла "Лунную Сонату" Бетховена, вкладывая в эту игру всю свою душу, все те чувства, которые отказались принять те, кого я и впрямь любила. Я играла, плакала, и слезы, текущие по моим щекам, были кровавыми…

Я больше никому из них не нужна. Да и была ли я им нужна хоть когда – то? Ему,тому, ради кого я вернулась в этот мир? Почему он так поступил со мной? Мой Создатель, мой возлюбленный, мой учитель… И все закончилось именно так?

Или… или все – таки еще не закончилось? И я еще сумею завоевать его любовь, подарив ему ту жизнь и все то, о чем он когда – то мечтал? Я знаю, что тебе тоже больно сейчас, но ты все – таки сделал наиболее правильный в данном случае шаг.

Вот только кто бы тебе подсказал, мальчик, что я тоже могу чувствовать, и что мне тоже бывает больно? И что… нет, ни о чем не думать. Играть. Играть "Лунную Сонату", и ничего больше не видеть и не слышать. Никого, ничего, никогда…

Неожиданно мне вспомнился один давний разговор, который случился у нас с ним, мы еще были откровены, и было это уже после того, как у нас родилась дочь. Тогда мы вдвоем остались в его старом доме, уехав ото всех на неделю… И теперь я ясно понимаю, что с ним сейчас происходит. Жаль только, что для меня слишком важна я сама, иначе все было бы по – другому…

Март 2008 года Был обычный вечер ранней весны – хмурый и холодный, пронизывающий ветер задувал во все найденные щели и пробирал до костей. Не спасал даже огонь в камине, около которого мы лежали вместе с мужем.

Вся атмосфера располагла к откровенности, которая у нас, к сожалению, в последнее время бывала редкой гостьей. Мы оба хорошо знали, что стоит нам на миг расслабиться, и можно получить удар в спину, после которого уже не оправишься. И получить его от кого угодно.

– Удивительная штука – природа, правда? Она менятся практически ежеминутно, и капризна, как любая женщина, – усмехнувшись, сказал он, подбрасывая в огонь еще одно полено. – Но как все – таки хороша!

– Кто бы спорил, – вздохнула я, лежа на спине и глядя в потолок, по которому плясали причудливые тени от огня. Так чудесно – быть вдвоем и говорить о чем угодно… За это я его и выбрала давным – давно, только с ним мне никогда не было скучно или неловко, мы чувствовали друг друга и могли говорить без слов. И только ради него я вернулась, отказавшись от покоя и забвения, хотя могла бы уйти навсегда. – Сеня… расскажи мне о себе. Ты ведь так любишь это скрывать, а сама я мало что помню из своего прошлого. Просто расскажи.

– Хорошо… Если тебе так хочется услышать мою историю, – вздохнул он, неотрывно глядя на огонь. Я скосила на него взгляд и теперь украдкой любовалась четко очерченным профилем, нежным, почти детским овалом лица, серьезными темными глазами и всем тем, что я так в нем любила и считала родным. Кроме него, у меня никого не было. Да мне и не нужен был никто другой.

– Я помню ту ночь, как будто это случилось вчера, хотя прошло уже много времени.

Было так же холодно, как сегодня, только на дворе стояла поздняя осень. Ночь была бурной, ветер хлестал в оконные стекла ветками облетевших деревьев, а я сидел у окна и смотрел вдаль…Ты помнишь, что незадолго до этого я стал таким, как сейчас. Но та ночь окончательно отрезала меня от прошлого, не оставив дороги назад.

Когда все уже давно спали, послышался стук в дверь. Наш дворецкий, чертыхаясь сковзь зубы, пошел открывать позднему путнику… Зря он это сделал.

В дом ворвался отряд воинов – наемников, а кроме меня, никого, способного нормально сражаться, не было. Хотя я честно пытался. Но… Что мог сделать обыкновенный шестнадцатилентний мальчишка против толпы взрослых и вооруженных до зубов мужчин? Сама понимаешь, что ничего. Они неслись по дому, убивая всех, и скоро не осталось ни одного живого человека. Меня ранили, сильно, почти смертельно. Но я выжил.

Я очнулся через несколько часов. Дом был окончательно разорен, вокруг меня лежали трупы всех, кто жил вместе со мной. Наемники исчезли. Меня они добивать не стали, решив, что я и так погиб. Порой я жалею, что они этого не сделали…Жалел, пока не встретил тебя вновь.

Я с трудом собрался и пошел к тому, кто единственный мог ждать меня. Это была ты.

Я добирался долго, пару раз терял сознание, но все – таки пришел. Потому что никого, ближе тебя, у меня на этом свете не осталось. И ты приняла меня. С тех пор я стал таким, как сейчас.

– Вот, собственно, и все, – вздохнув, закончил он, глядя на меня. Я почувствовала желание притянуть его к себе, обнять и защитить ото всех на свете.

Ну что ты так не меня смотришь… Ты же знаешь, что я и впрямь этого хочу. И ты хочешь того же, я это чувствую. – А три года назад мы встретились вновь. Но ты и сама это знаешь.

– Ты вырос, мальчик из разрушенной усадьбы. И стал мужчиной. Моим любимым мужчиной. И поэтому – то я и стала твоей женой, – тихо отозвалась я, глядя ему в глаза. – Но иногда, вот как сейчас, я смотрю на тебя, и вижу того самого мальчика, которого когда – то встретила и полюбила.