Еврейское остроумие
Шрифт:
— Иди в пекари! Тогда у тебя всегда будет хлеб.
— А если все деньги у меня уйдут на муку?
— Тогда ты уже не будешь пекарем!
Йосель жалуется раввину на своего мошенника-поставщика.
Раввин говорит:
— Ты прав.
Вскоре приходит поставщик, обвиненный в мошенничестве, и жалуется на Йоселя.
Раввин говорит:
— Ты прав.
После того как поставщик ушел, жена раввина говорит:
— Так ведь не бывает, чтобы правы были оба!
— Ты тоже права, — говорит раввин.
— Ребе! Что нам делать? Мой муж свалился с лестницы, сломал обе ноги и теперь не может зарабатывать!
— Тут надо подумать. Приходи завтра.
На другой день. Ребе, строго:
— Мне интересно, что еврею вообще понадобилось на лестнице?
Ребе сидит, размышляет над чем-то. Тут вбегает еврейка и кричит:
— Помогите, ребе, мой муж собирается разводиться со мной!
Ребе ищет в одном фолианте, в другом фолианте, в третьем… Наконец, в третьем находит, что искал: очки. Он надевает их, смотрит на еврейку и говорит:
— Он прав.
Еврей всю жизнь был сапожником; однажды ему досталось большое наследство. Но в делах он разбирался плохо — и вскоре разорился. Он просит совета у раввина.
— Ты должен совершить тшуве ( покаяние, а также: поворот, возвращение), — авторитетно заявляет раввин.
Сапожник удивлен: вроде он таких уж больших прегрешений не совершал. Но раввину перечить не принято. Сапожник целый месяц проводит в молитве и посте. А дела у него идут все хуже. Он жалуется раввину: тшуве не помогло.
— Не может быть! Расскажи, как ты совершил тшуве!
Сапожник рассказывает.
— Ага, теперь японимаю, почему не помогло! Я ведь что имел в виду: ты был сапожником, вот и вернись к прежнему занятию, стань снова сапожником!
Раввину сообщили: в их общине умер достойный человек, причем умер безвременно, молодым.
— Что с ним приключилось? — спрашивает раввин.
— Он умер от голода.
— Еврей — и умер от голода? Не может такого быть! Почему он не пришел ко мне: я бы его поддержал.
— Рабби, он стыдился просить помощи.
— Тогда он умер от гордости, а не от голода! Евреи от голода не умирают.
К раввину приходит еврейка, очень расстроенная. Ее сын уронил свою шапку в мясное блюдо, приготовленное для шабеса. Остается ли это блюдо кошерным? (Го есть разрешенным для еды. Не разрешенной для еды, трефной, считается, среди прочего, смесь из мясных и молочных продуктов.)
Раввин полагает: это зависит от того, что было на шапке.
Женщина, подумав, говорит:
— Грязь на ней, скорее всего, была.
— Грязь — это кошер, — считает рабби.
— Наверное, насекомые.
— Насекомых можно поймать и выбросить. Кошерное.
— Ну, что еще? У бедного мальчика парша: может, что-то попало и на шапку.
— Парша — это кошер.
— Иногда мальчик ел бутерброд. Может, случалось так, что испачканными пальцами он трогал фуражку.
— Хлеб с маслом?! — в ужасе воскликнул раввин. — Трефное!
К раввину приходит бедный еврей, приносит зарезанную курицу.
— Скажите, ребе, эта курица кошерная? У нее нет желчи.
Раввин рассматривает куриные потроха: в самом деле, желчного пузыря нет. Он трогает пальцем место, где должен был находиться желчный пузырь, и облизывает палец: может, хоть вкус желчи остался? Желчи нет и следа.
— Попробуйте сами, — говорит он еврею. — Не чувствуете горечи?
Еврей тяжело вздыхает:
— Ах, мне ли не чувствовать горечи, ребе? Мой сын болен, врач велел давать ему куриный бульон, я продал свою подушку, чтобы купить курицу, а теперь ее нельзя есть. Скажите сами: разве это не горько?
И тогда раввин, совсем тихо, говорит:
— Если горько, значит, — кошерная!
К раввину приходит еврей за советом. Три часа он рассказывает несчастному раввину о своих проблемах. Потом спрашивает:
— Ребе, что мне делать?
— Ты должен принять христианство.
Еврей оскорблен.
— Как вы можете говорить такое?
Раввин:
— Тогда ты будешь морочить голову попу, а не мне!
— Ребе, что мне делать? У меня есть один петушок и одна курочка. Если я зарежу курочку, обидится петух. Если зарежу петуха, обидится курочка.
Раввин долго размышляет, потом сообщает свое решение:
— Режь петуха!
— Но тогда курочка обидится!
— Ну и пусть обижается!
— Ребе, можно мне зарезать курицу, если у нее есть цыплята?
— Можно.
— Но ведь тогда цыплята погибнут! Все равно можно?
Об этом раввин не подумал. Он просит дать ему время на размышление: "Может, Бог поможет мне найти решение".
Всю ночь он листает священные книги — и ничего не находит.
На другой день еврей приходит опять и сообщает:
— Ребе, ночью к нам забралась лиса и съела курицу вместе с цыплятами!