Чтение онлайн

Модификация сенсорной системы – уровень 3 (завершено)

– ускорение раздражимости сенсорных рецепторов, повышение сенсорной адаптации – 75%

– адаптация к боли –10%

– распознавание запахов – 15%,

– устойчивость к перепадам температуры – 10%, давления – 10%

– обострение слуха – 15%

Модификация нервной системы – уровень 3 (завершено)

– усиление функций нервной системы – 30%

– улучшение координации – 8%

– ускорение произвольных реакций – 8%

– усиление восприятия – 8%

– повышение интеллекта – 10%

Мой рост и вес снова увеличились, теперь понятно почему меня так ломало. Но все же остается вопрос – я меняюсь также как остальные игроки? Хаунд и Фемида на моих глазах повысили два уровня, но я не заметил разницы. Может, все дело в том, что я прокачиваюсь неправильно. Душегуб намекал на возможные последствия для организма от чрезмерно высокой модификационной нагрузки, но что мне делать? Впрочем, мне и вправду стоит вести себя осторожнее. Не хочу снова испытывать такую боль.

Я зашел от Эволюционного центра на пару километров, выбрал дерево с широкими крепкими ветвями. Залез повыше, устроился и начал стучать по стволу дерева камнем. Уже через несколько минут из зарослей выскочил довольно крупный богомол. Он крутил головой, пытаясь определить источник звука, но ни разу не взглянул вверх. Я выждал момент, когда он окажется прямо подо мной, уцепился руками за ветку, свесился вниз и со всей силы толкнул Мантиру ногами. Богомол завалился на бок, и пока соображал откуда исходит опасность, я оказался рядом с ним и двумя пинками в основание головы отправил его к праотцам. Услышал шелест раздвигаемых кустов и снова оперативно забрался на дерево.

За три дня мне удалось выманить и убить восемьдесят тварей. С некоторыми удавалось справиться легко, другие оставляли на моем теле глубокие раны, но дело шло, и я упорно двигался к выполнению задачи. Так было проще – сосредоточиться на конкретной проблеме, выполнять ее и не думать, что будет потом. Иного способа закончить игру и вернуться домой я не знал. И не позволял себе пасть духом и сдаться.

Уничтожив очередного богомола, я заметил на его туше необычные маслянистые разводы. Осмотрелся и увидел, что, размахивая хвостом, он зацепил листья невысокого, но густого кустарника, названного системой Лангекорифой. Сок этих листьев напоминал густое темно-желтое масло и обладал терпким ароматом, похожим на запах хвои. Увидев его в первый раз, я не придал этому значения, хотя в сознании забрезжила некая мысль, так и не сумевшая оформиться до конца. Все сложилось, когда спустя пару дней я нашел цветы Корафалакуса – полуметровые бордовые кувшины. Растение было хищным и в кувшине, помимо всяких пестиков, тычинок располагались пищеварительные железы, но вычистив все нутро, я получил удобную емкость, объемом около пяти литров. И следующие сутки посвятил тому, чтобы заполнить эту емкость соком Лангекорифы.

Следующим этапом выполнения плана стал поиск подходящих материалов для розжига. Я не нашел в Справочнике ни одного растения, способного заменить трут, поэтому пришлось довольствоваться палкой и куском коры, добывая который я чуть не сорвал два ногтя. Дождавшись, когда кора подсохнет, я аккуратно отпилил стебель цветка кувшина, прижал к себе и медленно, стараясь не расплескать масло, отправился в путь.

Расположение колонии Иксоридов я помнил лишь приблизительно, и поиск ее растянулся на несколько часов. За это время мне дважды пришлось отбиваться от Мантира Грандис, довольно мелких к моему неожиданному везению, но в целом, путь оказался легче, чем я рассчитывал. И это снова возродило мысли о том, что в первой локации игры участникам были уготованы не столь уж трудные испытания. В этой части тропиков обитало меньше созданий, практически не росли хищные растения и под ногами вместо жестких корневищ чаще встречался густой мягкий мох.

Дойдя до лопухов, в которых мы впервые обнаружили кровососов, я испытал легкую ностальгию. Мне не хватало общения, людей вокруг, элементарной возможности поделиться с кем-нибудь своими мыслями. Но объективная реальность диктовала свои правила – играть мне придется соло, хочу я того или нет. И чтобы не тратить время на бесполезные воспоминания, я приступил к делу. Пристроил кувшин рядом с огромным лопухом, убедился, что он стоит достаточно крепко и не перевернется, расположил кору на небольшом камне и попытался разжечь огонь.

Довольно скоро стало очевидно, что создать необходимую силу трения у меня не выходит. Я постоянно отвлекался на шорохи и звуки тропиков, заботясь о собственной безопасности, прекращал крутить палку между ладонями, вглядывался в заросли и стволы деревьев. Помнил о том, что где-то рядом находится логово весписов и опасался очередной встречи с ними. Но в определенный момент увлекся монотонной работой и почувствовал, что дело сдвинулось с мертвой точки. Пару раз из углубления в коре вырывалась тонкая струйка дыма и наконец на кончике палки загорелся крошечный красный огонек – я получил тлеющий уголек. Осторожно раздув пламя, я провел пробный опыт – окунул ветку в сок Лангекорифы и убедился, что он прекрасно горит.

Теперь предстояло действовать быстро. Минута промедления и добытый долгим трудом огонь потухнет и мне придется начинать все сначала. Зажал горящую ветку в зубах, подтащил Корафалакус к дереву, на котором поселились иксориды, поднял повыше и опрокинул кувшин с маслом прямо на ползающих кровососов. Затем поднес ветку к стекающей по стволу темно-желтой капле. И еле успел отшатнутся от вспыхнувшего столба пламени. Огонь пожирал дерево с тихим треском и мне казалось, что я слышу, как пищат паразиты. Часть насекомых, не затронутая огнем, пыталась спастись бегством. Иксориды отцеплялись от ствола, падали на землю, расползались по траве и листьям. Я убил всех, кого смог обнаружить и когда огонь затих, убедился, что сдохли самки. Правда для этого мне пришлось основательно поковыряться в сгоревшем дупле. Я вычерпывал оттуда черные маленькие трупики, кривясь от отвращения и в конце концов нашел шесть самок – их тела были раздутыми и твердыми от яиц.

К Эволюционному центру я вернулся уже когда стемнело, во внутренних помещениях вновь сновали Форфикулы, и прежде чем лечь спать, мне пришлось снова уничтожать их. К счастью, сейчас я был уже достаточно силен, и они не могли причинить мне серьезного вреда. Поэтому, разобравшись с жуками и оттащив трупы подальше от люка, я расположился на лестнице и решил провести разбор собственных полетов.

– Подсчитай количество Мантира Грандис в локации на текущий момент, – попросил я Систему.

Согласно датчикам движения и оптическому сканированию локации число дикой популяции Мантира Грандис насчитывает триста восемь особей.