Чтение онлайн

— Хватайте его! — закричала Ирина. — Это он, хватайте его!

В коридоре поднялась страшная кутерьма. Грохот, вопли…

Ирина с перепугу так крепко прижала к себе сына, что тот вскрикнул. И вдруг она увидела странный отсвет — ее запястья и предплечья словно обвили тонкие шнурки синего пламени. Не успела Ирина испугаться, как мир вокруг исчез в ярчайшей вспышке…

… Дежа вю, однажды виденное. Не сразу, но Ирина все же вспомнила: такое было уже с ней, когда бандиты похитили ее после концерта Фарго. Ее и Кмеле.

Локальный термоядерный взрыв, кажется, это называлось именно так.

Мир умер.

… Игорек спал в терапевтическом саркофаге. Ирина сидела рядом, не в силах покинуть палату. Собственно, это был реанимационный блок на восемь мест, и посторонним здесь делать, по идее, было нечего. Но хозяин блока, врач общей практики, Тэйнхари ак-лидан, позволил Ирине остаться.

Все равно других пациентов здесь не предвидилось.

Ирина смотрела на сына и не знала, радоваться ей или плакать.

Настя била Игорька. Била изуверски и профессионально, так, что синяков не оставалось. Но медицинское обследование показало повреждения внутренних органов. С такими травмами мальчик долго не прожил бы. Особенно если учесть уровень медицины на Земле вообще и в Ставрополе в частности. И добавить тот факт, что лечить ребенка никто не собирался. Рустам был одурманен полем гипнолигатора, а сама Настя, естественно, и пальцем не колыхнула бы.

Сволочь.

Подруга, блин.

Ирину душило злобное бешенство. И успокаиваться она не собиралась. Она потребует от Клаверэля барлага Настин скальп. И кожу. Пусть идет на виселицу освежеванной!

Сволочь.

И Рустам погиб…. Погиб в смертоносной вспышке. Он единственный оказался лишен защиты. У гада-Артудекта защита была. И у Ирины — когда прицепили только. А впрочем, легко было догадаться, когда. Когда спала на этом чертовом корабле, идущем на Землю, он шел почти двое суток в какой-то гиперпространственной тирьямпампации, позволяющей путешествовать на галактические расстояния с максимальным комфортом и минимальной потерей времени… Разумеется, у барлага с товарищами защита тоже была. Настю уже держали за локти, она подпала под защитное поле автоматически. Игорька держала Ирина. Рустама…

Рустама не держал никто.

На всю жизнь. На всю жизнь Ирина запомнила, как исчезает, растворяясь в безжалостном свете родное лицо любимого человека. Запомнила… на всю жизнь.

… а если пристально разобраться, виноват во всем Клаверэль барлаг. Он обязан был защитить и Рустама тоже. Обязан был!

И не защитил.

Уже на корабле, очнувшись от шока, Ирина закатила мерзкий, свинский скандал. С воплями, слезами и попыткой выцарапать глаза должностным лицам при исполнении. За что огребла полный комплект хлестких плюх от барлага и дозу успокоительного от ак-лидана.

Но хоть с сыном ей позволили остаться…

И теперь она сидела рядом с мальчиком в тупой неподвижности. Наверное, это наконец-то одействовало лекарство. Скорее всего. Потому что как-то вдруг чувства отодвинулись куда-то в сторону, далеко-далеко, за глухую стенку. И на их месте образовалась пустота. Она навалилась внезапно, подмяла под себя и не хотела отпускать. Ирине никого не хотелось ни видеть, ни, тем более, слушать. Только сидеть здесь, рядом с сыном, сидеть неподвижно, и не шевелиться. Вообще.

Все закончилось. Так?

…Взрыв, сожравший целый квартал, даже маскировать не стали. Кому какое дело до истерии, которая поднимется на отсталой планете? Что, местные жаловаться побегут в Галатический Комитет по правам отсталых народов? Как же. Во-первых, очень уж "страшна" такая жалоба, во-вторых, местное человечество уверено в том, что оно одно-единственное во Вселенной разумное, а в-третьих — нет такого комитета в Галактике… Вообще.

Погибли все, у кого не оказалось защиты. Весь жилой квартал вместе с жителями, занимавшимися вечерними делами в своих квартирах, вместе с припоздавшими прохожими, и проезжавшим мимо транспортом.

Но хозяева и гости в одной отдельно взятой квартире уцелели все, кроме Рустама. И Настя. И тот гад, чей голос Ирина опознала как голос Артудекта, его тоже удалось доставить на корабль живехоньким. Это он активировал термоядерную гранату. И знал ведь, что делал, сволочь.

Вместе с кварталом погибло оборудование и порталы, ведущие на тайные базы. Если они были, конечно же. Подельники Артудекта погибли тоже. А сколько их было, поди угадай.

И сколько осталось в Галактике и в Анэйвале. И где теперь искать хвосты обрезанных в Ставрополе ниточек? Пленника подвергнут глубокому ментосканированию, само собой. Но Ирина крепко сомневалась в результатах.

Чтобы такой хитрый, циничный, расчетливый негодяй дал так легко поймать себя… Нет. Что-то здесь определенно было не то.

— Вам надо отдохнуть.

Тэйнхари ак-лидан. Ирина с трудом поняла, о чем он говорит.

— Я не могу…

— Вашему ребенку ничто не угрожает, поверьте.

— Он умрет без меня.

Ирина не могла объяснить, откуда у нее взялась такая уверенность. Но знала одно: от Игорька ее не оттащат никакой силой.

— Состояние вашего сына стабильное, — мягко напомнил ак-лидан. — Конечно, ему потребуется дальнейшее лечение. Я составлю вам рекомендацию и договорюсь со специалистами отделения детской терапии. Но его жизни — здесь и сейчас — ничто не угрожает. От того, что вы доведете себя до нервного срыва, лучше ему не станет.

— Я… не могу!

Ак-лидан крепко взял ее под локоть:

— Пойдемте. Вы нужны своему ребенку отдохнувшей и с ясной головой. Он спит и будет спать еще долго. Вам тоже не помешает выспаться.

Ирина неохотно встала. Проклятый доктор прав. Ей действительно необходимо выспаться.

Она не помнила, сколько проспала. Проснулась, и словно подбросило тревогой за сына. Торопливо привела себя в порядок, и вышла в коридор… Где благополучно заблудилась.

Коридор не представлял из себя ничего особенного. Длинная изогнутая кишка с совершенно одинаковыми дверями, сливавшимися со стенами так, что не разглядишь. Их выдавали только сенсорные панельки замков.