Чтение онлайн

– Заткнись!
– рявкнул марсианин.
– Времени на разговоры уже не осталось. Я спешу на спевку. Мы репетируем песни Шумана, в которых я солирую. Отвечай на вопрос: ты собираешься увильнуть?

– Ну, - проронил Форрестер, поигрывая бокалом, и бросая взгляд на Эдне.
– Да...

– Мудозвон! Провонявший потом мудозвон!

– Я понимаю твои чувства. Возможно, я ощущаю себя точно так же.

– Плевать я хотел на твои чувства! Ладно... Ничего не обещаю. Но снова обсужу все с адвокатом и проясню ситуацию. А ты тем временем устраивайся на работу!

Форрестер проводил марсианина. Но по непонятной причине, не поддающейся анализу, он чувствовал себя на подъеме.

Он постоял задумчиво у двери, тестируя ощущение человека, только что обнаружившего свою нищету и усилившего ненависть врага, поклявшегося убить его. Форрестер чувствовал себя достаточно хорошо. Вероятно, это фатальная иллюзия, подумал он.

Эдне, свернувшись на диване калачиком, наблюдала за ним. Она вновь поколдовала с освещением, и теперь туманно-голубой дым окутывал комнату. Кожа девушки призывно мерцала сквозь кружева накидки. Возможно, она что-то сделала и с одеждой. Казалось, тело Эдне раскрылось, стало более заметным. Форрестер извинился, прошел в ванную и холодной водой ополоснул лицо. И только тогда осознал причину приподнятого настроения.

Он выиграл очко.

Он не был уверен в ценности добытого очка.

Он даже не знал, в какой игре выиграл его.

Но, к лучшему или к худшему, он добился маленькой победы над Хайнцлихеном Джурой де Сыртисом Майджором. Все прошедшие дни Форрестер был пробкой, качающейся на волнах от проплывающих мимо судов. Теперь он готов отвечать ударом на удар. Улыбаясь, он вернулся в комнату и воскликнул:

– Заказывай выпивку!

Эдне по-прежнему лежала на диване, перешептываясь с инджойером.

– И не забудь проверить, закрыты ли двери, - повторила она.
– Не забудьте о профилактике и пожелай мне спокойной ночи, Мим.
– Она отложила инджойер, взглянула на Форрестера чуть угрюмо, но с явным интересом.

– Дети?

Она кивнула.

– Боже, уже так поздно?
– Он напрочь забыл о времени.
– Прости. А как же их ужин?

Угрюмость сменилась интересом, потом удивлением.

– О, Чарлз! Неужели ты считаешь, что я варю овсянку или чищу картошку? Они, разумеется, уже поужинали.

– Отлично. Думаю, теперь нам следует подумать о нашем ужине.

– Думаешь, следует?

Форрестер, быстро переориентировав мысли, согласился:

– Хорошо. Тогда выпьем?

– Я не хочу пить, глупышка. Сядь.
– Она подняла инджойер, сощурила глаза и, внимательно вглядевшись в Форрестера, поцеловала в ямочку на шее, потом прикоснулась к ней инджойером.

Волна, по типу слабого электрошока, напомнив дуновение кислорода, смешанного с мускусом, внезапно окатила Форрестера.

Эдне практически изучила Форрестера, затем нагнулась ему навстречу и поцеловала в губы.

Немного погодя он попросил:

– Еще...

Она подчинилась. Затем придвинулась, прислонившись спиной и положив голову ему на плечо.

– Дорогой Чарлз, - нежно повторила она.
– Ты такой глупышка.

Он ласкал ее, целовал волосы. Параллельные нити ткани не были грубы и жестки, он не ощущал их вовсе.

– Не знаю, правильно ли ты поступил с Хайнци, - в задумчивости сказала она.
– Это напоминает... Выглядит трусостью.
– Она повернулась в его объятиях и поцеловала-прикусила ухо.
– Я знаю, что биологические аспекты смущают тебя. Но причина тому личность естественного течения. Я девушка естественного типа. Ты понимаешь меня?

– Конечно, - солгал он, смутно слыша ее голос...

– Ты можешь принять пилюли и добавить к ним химиостимулянты, эффект останется таким же. Но я не использую этот путь. Хотя, если ты собрался "отправиться", иди, ради Бога, отправляйся по полной программе и воспользуйся менинджойером.

– Я понял, - начал было Форрестер, но девушка перебила его и продолжила.

– Но все же нельзя загонять себя в жесткие рамки условностей. Иногда, находясь в нижней точке депрессии, ты вдруг испытываешь нечто необыкновенное и желание резко улучшить настроение. Тогда - если на то есть желание - ты принимаешь пилюлю и все остальное... Тебе ясно?

– О да!
– воскликнул Форрестер в приятно-нетерпеливом возбуждении. Интересно. Не хочешь ли ты принять таблетку сейчас?

Она привстала, потянулась и обняла его.

– Излишне, - сообщила она, прижимаясь к его щеке.
– Я приняла таблетку заранее, когда ты впускал Хайнци.

Две победы в один день, подытожил Форрестер, пребывая в состоянии приятного триумфа и усталости. Этот мир приблизился к его первоначальным предполагаемым ожиданиям и надеждам. Девушка ушла, и он, проспав десять часов, проснулся с убеждением, что все образуется к лучшему. Он - отец президента и любовник Эдне Бенсен - представлял, по крайней мере, в его собственных глазах, неоспоримый объект поклонения. Существовали проблемы, но он справится с ними.

Он заказал завтрак и добавил:

– Машина! Как мне получить работу?

– Человек Форрестер, если вы заявите параметры, то я проинформирую о подходящих Вам вакансиях.

– Ты просишь узнать о характере работы? Неважно, главное условие хорошая оплата, - он закашлялся, прежде чем назвать цифру.
– Около десяти миллионов в год.

Но инджойер в ответ не закашлялся.

– Да, человек Форрестер. Пожалуйста, проинформируйте об условиях работы: надомная или внешняя; тип оплаты: наличная или комбинированная. В случае разрешения комбинированной оплаты указать: участие в прибыли, покупке акций, резервирование заработанных премиальных или иные условия; категории, не поддающиеся рассмотрению; религиозные, моральные или политические возражения; не заявленные в регистре личности, которые могут ограничить классы рабочих мест...

– Остановись, машина. Дай подумать.

– Непременно, человек Форрестер. Выслушаете поступившие сообщения?

– Нет. Вернее, - осторожно добавил он, - если в них не идет речь о жизни и смерти. Вроде того, в котором говорилось, что марсианин собирается убить меня.

Таких сообщений не было. И это, с удовольствием подумал Форрестер, ставило начинающийся день обособленно от других прожитых дней.

Он поел экономично, задумчиво, принял ванну и позволил себе выкурить чрезвычайно дорогую сигарету, прежде чем опять заговорил с инджойером.