Эндана
Шрифт:
– Вы помните, какой сегодня день, ваше высочество?
Девушка недоуменно посмотрела на друга. Его усы топорщились от доброй улыбки, от прищуренных глаз разбегались в стороны лучики морщинок.
– Ваш день рождения, принцесса Леантина. И это подарок для вас. От меня и вашей большой подруги.
– Р’Омус… – У девочки не хватило слов, чтобы выразить всю благодарность.
Она снова стиснула гнома в объятьях и потащила за собой. Когда они уже подходили к покоям телохранителя, дорогу преградила высокая темная фигура.
– Ночная прогулка, Леон? Странную, однако, ты себе подобрал компанию.
Тиар всегда спал очень крепко, но даже самый крепкий сон разлетается на куски, если тебя тормошат изо всех сил. Король открыл глаза и увидел сияющие глаза энданца.
– Леон, ты знаешь, который час? И ты еще помнишь, что я король? – безнадежно пробормотал Тиар, пытаясь привести мысли в порядок, и, зевнув, попробовал урезонить побратима: – К королям не положено вваливаться среди ночи, знаешь ли, – но, глянув на счастливое лицо юноши, сдался: – Ладно, рассказывай, что случилось.
– Я хочу тебя познакомить с друзьями! Вставай! Они нашли меня, чтобы сделать подарок ко дню рождения! Нашли! В Кенлире! Они в моей комнате, одевайся, Тиар, ты не пожалеешь!
И вылетел из монаршей спальни, оставив сонное величество натягивать штаны.
Когда Тиар переступил порог покоев телохранителя, представшая картина заставила его замереть. За массивным столом сидела теплая компания, потягивающая сладкую настойку из винных ягод. Компания состояла из невозмутимого Марка, слегка хмельного Траеса, собственно самого нарушителя спокойствия и, если только Тиару не мерещилось, двух гномов! Судя по раскрасневшимся лицам, идея разбудить короля у пирующих возникла не сразу. На столе стояла полупустая бутыль, и беседа была в самом разгаре.
Тиар не поверил глазам: эти шалопаи даже не сразу его заметили!
Первым, как ни странно, обратил внимание на нового гостя гном. Он сполз с высокого стула и учтиво поклонился. Слишком счастливый, чтобы сохранить хоть каплю здравомыслия, телохранитель, наконец спохватившись, вскочил на ноги и представил гостей:
– Ваше величество, это Р’Омус из рода Трампа! Оружейник, купец, мой верный друг и товарищ. Он проделал весь этот путь, чтобы поздравить меня с днем рождения! И еще он привез мне подарок! Вот!
И юноша любовно провел пальцем по мечу. Тот и правда стоил восторга.
Тиар, вздохнув, попытался вразумить мальчишку:
– Леон, хочу напомнить, что еще вчера мы воевали с подземным народом!
Гном смущенно кашлянул, а король безнадежно махнул рукой, увидев, как вытягивается от огорчения лицо именинника, и добавил:
– Ладно, наверное, ты прав, с этим пора заканчивать.
Наутро, а если быть точнее, ближе к полудню придворные имели удовольствие лицезреть, как его величество беседует с рыжебородым крепышом из подземного народа. Выглядел король весьма довольным. Похоже, старинная вражда оказалась близка к завершению. Да и можно ли было назвать враждой вялотекущую войну, в которой гномы попросту старались не попадаться людям на глаза и шли на контакт только с подпольными торговцами?
На следующий день жители Бринли узнали: подписан мирный договор с гномами, отныне им разрешено жить, работать и торговать в любом городе королевства.
Ветер перемен пронесся этой осенью над Кенлиром. Сначала отмена гонений колдунов, теперь вот дружба с нелюдью. И пока народ решал, к худу или добру эти перемены, на рынках появился новый добротный товар из далеких стран. Да и торговля в лавках местных купцов заметно оживилась. Видно, по ту сторону гор не было ни таких красивых мехов, ни нежного пуха, который женщины собирали с гнездовий скальных уток, ни теплого тончайшего сукна, сотканного из длинной шерсти прирученных мерлогов.
И, немного подумав, многие решили, что все-таки к добру.
Правитель Кенлира стоял у окна, с удовольствием наблюдая за происходящим вне стен королевских покоев. В этом году зима пришла очень рано. Еще два дня назад в окна стучался холодный осенний дождь, и вот о нем напоминают только сосульки, свисающие с крыш. Снег укутал Бринли в белое покрывало всего за одну ночь.
В саду носилась веселая стайка дворцовой ребятни, которую возглавлял… Грозный воин, безжалостный истребитель демонов, лучший телохранитель королевства, иными словами – названый брат Леон. Лицо юноши светилось восторгом: он только что скатился с длинной ледяной горки.
Его величество усмехнулся – какой все-таки энданец еще ребенок, несмотря на весь свой воинский задор. Даже со смертью пока играет, как Алба когда-то с куклами, не веря и не принимая ее всерьез.
– Ваше величество, – скрипучий голос Верховного жреца, избранного брата Масгена, вернул Тиара на землю, – и все-таки я надеюсь, что вы задумаетесь над моими словами. Этот юноша опасен. Опасен для вас, вашей страны, вашей сестры, в конце концов! А вы не слушаете меня и только улыбаетесь!
– Не обижайся, Масген, а лучше иди посмотри в окно.
Тиар отошел в сторону, предоставив жрецу возможность полюбоваться на то, как счастливый «враг» государства выползает на четвереньках из огромного сугроба.
Жрец некоторое время молча лицезрел эту идиллическую картину, потом вздохнул:
– Я беспокоюсь за вас, государь. И за Албу тоже. Вы знаете, что она влюблена в этого юнца?!
– Да? – Тиар с интересом посмотрел на старика. – Правда? И как, взаимно?
Масген возмущенно потряс седой головой.
– Вы снова улыбаетесь, ваше величество! Неужели эта новость вас не тревожит?!
Тиар пожал плечами:
– Я не против такого союза. Все равно Албе предстоит выйти за кого-нибудь из моих воинов. – Молодой человек снова повернулся к окну. – Только сдается мне, Алба напрасно мечтает о мальчике, ему нет до нее дела.
– Хорошо, что вы сами затронули эту тему. – Жрец задернул портьеру и решительно продолжил: – Вам не кажется странным, что Леон не обращает внимания на женщин? И это в его-то возрасте! Ходят слухи, будто он больше интересуется мужчинами.
Тиар раздраженно повел плечами: