Чтение онлайн

Врата Ада откроются ровно в шесть часов вечера и закроются в двенадцать ноль пять.

Любой, кто останется в Энчантре после закрытия, будет немедленно уничтожен.

ОХОТА

Минимальная ставка — одна тысяча Монет Душ.

Ставки на Победителя, Первого Охотника и Первую Жертву должны быть сделаны до полуночи во время Маскарада.

Ставки на Финальную Двойку, Наибольшее Количество Убийств и Любимца можно менять в течение первых шести Раундов, но они должны быть окончательно зафиксированы до начала седьмого Раунда.

Любимец будет объявлен перед Финальным Раундом.

Как только Охотничий Клинок выберет Охотника в начале Раунда, тот решит, в каком варианте игры он будет участвовать.

Часы безопасности начинаются ровно через двенадцать часов после старта Раунда.

Вся трансляция будет вестись через односторонние Зеркала Наблюдения, приложенные к данному приглашению.

По завершении Охоты зеркала должны быть возвращены в поместье Ноксиума.

КАТЕГОРИИ ДЛЯ СТАВОК

Победитель

Первый Охотник

Первая Жертва

Финальная Двойка

Наибольшее Количество Убийств

Любимец

УЧАСТНИКИ

Действующий Победитель: Роуингтон Сильвер

Грейвингтон Сильвер

Ковингтон Сильвер

Ремингтон Сильвер

Севингтон Сильвер

Уэллингтон Сильвер

Эллингтон Сильвер

НЕВЕСТА

Как и обещано, в этом году Охота приготовила особый сюрприз. Роуингтон Сильвер и Женевьева Гримм произнесли свои клятвы, и теперь она — его партнёрша в Охоте.

Все ставки, сделанные на эту пару, будут удваиваться.

Скорректируйте свою стратегию соответственно.

Если Роуингтону удастся одержать свою шестидесятую победу подряд, это будет его последняя Охота.

Разумеется, в прошлый раз, когда кто-то из обожаемых братьев Сильвер пытался воспользоваться лазейкой с браком… это не слишком хорошо закончилось, не так ли?

НОЧЬ ВЕСЕННЕГО РАВНОДЕНСТВИЯ

Глава 16. МАСКАРАД

Энчантра сияла.

Когда колокола пробили шесть, Женевьева вошла в бальный зал, невольно раскрыв рот от изумления. В воздухе повсюду витали светящиеся шары, похожие на мерцающих светлячков, а в каждом углу зала высились огромные, позолоченные зеркала, из-за которых казалось, будто этих огоньков — бесконечное множество. Высоко над головой ленты из шелка тянулись от стен к единой точке в центре потолка, где медленно вращалась сфера из сияющих огней.

Маскированные гости стояли вдоль балкона, наблюдая за теми, кто уже танцевал внизу, и хохотали, изрядно опьянев. Танцпол был полон оживлённых существ, и все они приостановили сплетни и выпивку, чтобы уставиться на неё, когда она проходила мимо. Оркестр играл мерцающий вальс, мелодии которого витали в воздухе, как пузырьки шампанского — и Женевьева заметила, что шампанское действительно лилось из фонтана через весь зал. Она направилась прямиком к угощениям, жаждая той эйфории, что ждала её на дне пары бокалов этого золотого, искристого вина. Обычно она останавливалась после одного-двух, но сейчас решила прислушаться к совету Эллин и действительно повеселиться.

В конце концов, немногие могли веселиться на вечеринке лучше неё.

— Пошёл ты, Севингтон Силвер, совсем нет! — прорычала Эллин, как раз в тот момент, когда Женевьева осушила первый бокал и закинула в рот сочную клубнику.

Женевьева тут же обернулась на голос — Эллин, Севин и Ковин сгрудились неподалёку. Их наряды, как и следовало ожидать, были столь же замысловаты, как и её собственный — если не более. Маска Севина изображала серебряного волка. У Ковина — изящную змею, чешуя которой была того же алого оттенка, что и их с Севином глаза. А маска Эллин…

— Смотрите-ка, как раз вовремя — беспристрастное мнение со стороны, — заметил Севин, заметив Женевьеву. Привычной конфеты во рту у него не было.

Он изогнул два пальца, поманив её к себе.

Женевьева захватила ещё два бокала шампанского и подошла с любопытным:

— Да?

Ковин тихо присвистнул, оглядев её с ног до головы.

— Ты просто восхитительна, зайка.

— Осторожнее, Ковин, несмотря на миленький наряд, слышал, что наша новая сестрёнка кусается, — лениво протянул Севин.

— Слухи, как всегда, правдивы, — подтвердила Женевьева, отхлебнув из бокала.

— Счастливчик Роуин, — пробормотал Ковин с ухмылкой, и тут же за её спиной зашептались.

Женевьева резко обернулась — трое наблюдателей в масках лебедей смотрели на неё, с зеркалами в руках. В их разговоре отчётливо прозвучали слова Роуин, невеста и кусается.

— Всё время под наблюдением, — напомнила Эллин полушёпотом.

Женевьева сделала более длинный глоток.

— Нам нужно, чтобы ты рассудила один спор, — сказал Ковин. — Как ты думаешь, что изображает маска Эллин?

На самом деле — она не знала. Искусность маски разительно отличалась от великолепного серебряного платья Эллин. Это было какое-то животное — это ясно. Что-то между бешеным медведем и домашней кошкой.

— Она смастерила её сама, если ты не заметила, — сказал Севин, едва скрывая усмешку за кулаком, будто покашливая.

— Это должна быть Сапфир, и вы оба это прекрасно знаете, — прошипела Эллин. — Прости Господи, что у меня есть увлечения помимо драк, траха и вечеринок, как у вас!

— Тебе бы стоило пересмотреть рукоделие как хобби, — протянул Севин.

— Где, чёрт побери, Уэллс? — прорычала Эллин.

— Ага, ты же знаешь правила — близнецы не имеют решающего голоса, — напомнил ей Ковин.

Эллин всё равно удалилась с гордо вздёрнутым подбородком.

— Подожди, Эллин и Уэллс — начала Женевьева.

— Да, — перебил Севин, не дав ей договорить слово близнецы. Ей понадобилось мгновение, чтобы сообразить, что он прервал её не случайно — в их разговор могли подслушивать посторонние.