Чтение онлайн

— Что, чёрт возьми, с тобой не так?! — выпалила Женевьева и, задействовав магию, прошла сквозь его тело. Он развернулся. — А твои брат с сестрой? Угрожают «избавить меня от страданий»?! Вы тут все с ума посходили?

— Не задавай вопросы, ответы на которые не хочешь знать, — мрачно предупредил он.

— Уверяю тебя, я жажду услышать самое безумное объяснение вашей «гостеприимности», — огрызнулась она. — Я выросла в доме, полном мёртвых, и там было куда дружелюбнее. Вас что, звери с портретов воспитывали? У вас бешенство? Или, может, у вас проблемы с водой?

Он долго смотрел на неё молча. Взгляд был… непроницаем.

— Ты встретила моих братьев и сестру? — спросил он наконец.

Она изогнула бровь от смены тона, но кивнула:

— Эллин и Севин, верно?

— Кто-нибудь ещё? — потребовал он.

— Нет. Слава богу, нет, — пробормотала Женевьева. — А то мне пришлось бы уже обеими руками отсчитывать количество угроз, которые я получила за последние полчаса.

— И кто такой этот Нокс? И Грейв? Что за Охота? Где Баррингтон Сильвер? Почему они говорили со мной на языке, которого я не знаю, и я всё равно их понимала?

— Ответы получишь в ближайшее время, — пообещал Роуин, но голос его звучал так, будто это было скорее угрозой, чем утешением. — Надеюсь, тебя никто не ждёт. Родители? Муж?..

Он резко осёкся. И вдруг начал смотреть на неё иначе. Женевьева почувствовала, как внутри всё похолодело, и переступила с ноги на ногу. Он перевёл взгляд вниз — на её руки.

Она последовала за его взглядом. Перчатки — её любимые, из замши цвета нежной пудры, с меховой отделкой и маленькими жемчужными пуговками — были не при чём. Но не они его интересовали.

— Ты замужем? — спросил он, прищурившись, глядя на её безымянный палец.

Женевьева резко прижала руку к груди.

— И какое тебе до этого дело?

Странный вопрос. Очень странный.

Но уголки его губ поползли вверх, и в глубине души у неё тут же зазвонил тревожный колокол.

— Ты даже не представляешь, в какую заварушку влезла.

— Тогда я уйду, — выпалила она и шагнула к своим вещам. Но он снова преградил ей путь.

— Уйти ты перестала иметь возможность в ту секунду, как переступила порог этого дома, — спокойно сказал он.

— Отойди, — потребовала она. — Мне уже достаточно твоего присутствия.

Он хмыкнул:

— Придётся привыкнуть.

— Что ты имеешь в виду? — зло переспросила она. После всех этих переездов, угроз, лисиц и проклятых ягод у неё не осталось ни сил, ни терпения на очередные туманные намёки. Ей нужна была ванна. И еда.

Но он лишь усмехнулся. И сказал:

— Умбра.

И тут она снова увидела их — тени. Они просочились из его тела, словно дым, закрутились, начали обретать форму… и вот уже из клубов темноты выделились лапы. Хвост. Морда.

Лиса.

Женевьева прищурилась, глядя, как пушистое создание виляло хвостом и вилось вокруг ног Роуина. Цвет глаз — золотисто-янтарный. Точно, как у него.

Кто ты такой? — снова подумала она.

— Умбра, не присмотришь ли за нашей гостьей, пока я найду отца? — обратился он к лисе, и слово гостья прозвучало как тонкая, почти издевательская насмешка.

Но прежде, чем кто-либо успел пошевелиться, из пустоты донёсся голос:

— Ровингтон.

Голова Роуина резко повернулась налево. Из вихря фиолетового дыма появился высокий силуэт.

— Ты ведь знаешь, что, если Нокс приедет и зеркала всё ещё будут закрыты, он взбесится, — продолжал голос, пока фиолетовые клубы окончательно не рассеялись в затхлом воздухе.

У Женевьевы отвисла челюсть. Этого мужчину она узнала бы где угодно.

Баррингтон Сильвер.

Глава 6. ЗНАКОМЫЙ

Первое, что заметила Женевьева, когда уставилась на Баррингтона, — кулона, который он носил на фотографии с её матерью, на шее не было.

Второе — несмотря на то, что снимку должно быть не меньше пары десятков лет, мужчина не постарел ни на день.

Бессмертный.

Мать Женевьевы обладала сильной магией, но старела, как обычная женщина. Баррингтон Сильвер — точно не некромант. Он был кем-то другим. Совсем другим.

В животе у Женевьевы сгустился холодный ком страха и разочарования. Она допустила ошибку. Эта семья — определённо не похожа на её собственную. В поместье Гриммов идея отыскать владельца второго кулона казалась ей гениальной. Теперь она видела — это была просто отчаянная надежда.

Баррингтон был чуть выше Роуина, с густыми седыми волосами и яркими фиолетовыми глазами. Их сходство с сыном было очевидным, когда они стояли рядом — но Баррингтон казался… тёплым.

Может, это потому, что я столько лет смотрела на его фото? — подумала Женевьева. — Или потому, что Роуин с самого начала оказался несносным хамом?

— Если вы не против… я бы хотела уйти, — сказала она, переводя взгляд с одного на другого.

Баррингтон резко повернулся к ней — будто впервые заметил её. Лицо побледнело, глаза расширились. Будто он увидел… призрака.

— Отец, — сухо бросил Роуин. — У нас… случай.

— Что ты натворил? — рявкнул Баррингтон, не сводя с него взгляда.

Роуин остался невозмутим:

— Пытался не впустить её. Но она плохо реагирует на угрозы.

— Но я уже ухожу, — вмешалась Женевьева, пока напряжение между ними не взорвалось. — Я хотела только задать пару вопросов. А потом вы снимете чары с ворот, и я…

— Я же сказал тебе: уйти уже нельзя, — резко напомнил Роуин. — Магия на воротах теперь тебя просто сожжёт.