Чтение онлайн

– А тебе какая?

– Да в общем никакой, – и они с Сапогом потащили ее дальше.

На Сапога жалко было смотреть, на лице его была маска перепуганного шизофреника, который вот-вот расплачется.

Я встал и пошел к воротам, ХБшка, стояла колом от пота, солнце палило во всю силу, а лицо обдувал горячий ветер. Сушняк давил со страшной силой, я отцепил флягу с водой и глотнул, запрокинув голову, перед глазами открылась бездонная голубизна неба, и не было видно ни одной тучки, только сплошная бескрайняя голубизна, и палящий фонарь под названием солнце.

Вдруг со стороны гор появилась вертушка, а за ней еще одна, обе были с красными крестами. Интересно, откуда это они? С нашего полка вроде нигде не воюют, соседний полк тоже никуда не выезжал. Неужели разведроту накрыли где-то?

Подойдя к воротам, я увидел там ротного, который что-то показывал водиле с тягача.

– Что, не влазит в ворота? – спросил я ротного.

– А, это ты Бережной? Да, подкрылками цепляет.

– Ну так пусть протаранит одну сторону, лопата у него вон какая, можно горы таранить.

– Да, наверное, придется так и сделать.

– Что за санитарные вертушки мелькают, товарищ старший лейтенант? – спросил я ротного.

– Десантура в горах, сегодня утром их туда забросили.

– Достается, наверное, ребятам в голубых беретах?

– Да уж, несладко им сейчас. Нас наверно на блок поставят с той стороны гор. Если ДШБ духов из ущелья выбьет, нам придется их встречать внизу.

– Черт, там десантуру молотят, а мы тут говно хороним, – я сплюнул загустевшую как кисель слюну.

– И это тоже кому-то делать надо, и ни чего с этим не поделаешь, – ответил ротный.

К нам подошел водила с тягача, это был парнишка литовец, звали его Витаутас.

– Ну, что будем делать, командир? – спросил он.

– Таранить какую-нибудь из сторон, выбирай любую.

– Нет проблем, таранить, так таранить, – ответил спокойно Витаутас и пошел в тягач.

Мы отошли в сторону и приготовились наблюдать за тягачом.

– Как думаешь, с первого раза протаранит? – спросил ротный.

– Да запросто, – ответил я, и добавил, – тягач это тот же танк, только без башни.

Тягач развернулся, опустил лопату, отъехал назад метров сто, и с разгона шарахнул по краю стены. Поднялась пыль, посыпались глиняные кирпичи, и ворота стали на пару метров шире. Тягач въехал во двор кишлака и поехал к колодцу.

Я посмотрел на ротного и спросил:

– Товарищ старший лейтенант, а может, не будем жечь трупы? Закопаем их поглубже, и все, чего зря соляру палить, а то этот запах жареного мяса опять, я когда-нибудь сойду с ума от этого запаха.

– Ты думаешь, для меня это удовольствие? Я и так уже шашлыки до конца жизни жрать не смогу. Ладно, пойду скажу, чтоб не жгли. А замполиту надо доложить, что сожгли. Это же его идея, лично мне все это, как серпом по яйцам.

Ротный пошел к тягачу, а я побрел на свой БТР, там народу и так хватает и без меня управятся, я лучше с Туркменом посижу.

Запрыгнув в люк БТРа, я увидел там Хасана.

– Хасан, а ты чего здесь делаешь?

– Сижу вот, косяк забиваю. Жду, когда ты придешь, и мы курнем с тобой.

Туркмен вот, тоже захотел раскумариться.

– А как же виноград, а, Туркмен? Ты ж с виноградом хотел, – сказал я глядя на Туркмена.

– Да какой там виноград. Я ходил в кишлак и насмотрелся там винограда.

– А ты что, ходил к колодцу?

– Да, сидеть надоело, и решил сходить посмотреть.

– Ну и как тебе пейзаж?

– Уж лучше б я здесь сидел.

Хасан прикурил косяк и подсел к нам.

– Слушай, Хасан, как тебе лезет этот чарс? – спросил я Хасана.

– А тебе?

– Дак ты же постоянно рядом, и постоянно с косяком, куда ж тут денешься.

– А ты не кури, – сказал Хасан и передал косяк Туркмену.

– Я б не курил, да вот неохота смотреть трезвыми глазами на твою обдолбленную рожу.

– Ну, тогда кури и молчи.

– Там еще что-нибудь осталось из того, что Серега нам дал?

– Есть, на три косяка где-то.

– Хасан, если б у тебя был мешок чарса, ты бы сел, и за пять минут выкурил бы весь мешок?

– А ты дай мне мешок чарса, и увидишь.

– А что толку? Ты его один хрен за раз весь скуришь, а что не скуришь, сожрешь.

Пока мы болтали, Туркмен сидел и курил, слушая нас.

– Туркмен, ты что там прибился? Давай сюда косяк, – я забрал у него косяк и докурил его сам.

– Э, вы что это ребята, а где косяк? – очнулся Хасан.

– Туркмен скурил, мне только пятка досталась, – сказал я Хасану.

– Что, еще забивать, что ли?!

– Мне хватит, – сказал я.

– Мне тоже, –сказал Туркмен.

– Да пошли вы-, я тогда сам себе забью, –Хасан достал сигарету и стал потрошить.

– Хасан, ты когда план начал курить? –Спросил я.

– Еще до того как родился.

– А ты Туркмен?

– После того как родился.

– Ну а я тогда во время родов.

– Мужики! – воскликнул Хасан. – Приезжайте ко мне после дембеля, я вам мешок плана дам, там, где я живу, его растет навалом.