Шрифт:
Жила-была девица, жила-была красная.
Только судьба у нее была несчастная.
С одной стороны, несчастная, а с другой – счастливая,
Как и многое в этом мире — противоречивое.
ГЛАВА I
Первый раз я увидел Ефросинью, когда ей было четырнадцать. Между двумя компаниями девчонок затевалась драка. Причиной заварушки стал конфликт Ирины, приятельницы нашей героини, с двумя взрослыми девушками из соседней деревни, жители которой отличались особой жестокостью. Личная неприязнь Ирины быстро переросла в общую и распространилась на всех ее девчонок. Враг друга без разбора стал врагом всей компании. Заносчивый характер и высокий рост наградили Ирину ореолом сильной и авторитетной подруги, умеющей постоять за себя. До драки девушка уверенно говорила, что никого не боится, что с легкостью набьет морду своим соперницам: сначала одной, а потом и второй. По факту же неприятельницы были старше и физически сильнее – это уже не щупленькие подростки женского пола, как наша героиня и ее подруги, а крупные восемнадцатилетние деревенские бабы плотного телосложения.
Своей небольшой компанией из четырех человек Ирина и девчонки договорились стоять друг за друга горой. Если кого-то начнут бить, то задача других: растащить, вмешаться в нужный момент. Главное – не дать врагу вылить весь гнев на одного.
В день Х компания подруг пришла в назначенное место. Начались словесные разборки между Ириной и самой опасной девушкой из соседней деревни. Через пару фраз смелость Ирины куда-то улетучилась; она замолчала; в глазах появился животный страх. Состояние провала передалось всем присутствующим. Ее девчонки стояли молча, не понимая, что происходит… Ирина, их предводитель и инициатор заварушки, и вдруг так быстро сдалась.
– Ваша подруга струсила драться! – сказала главная из соседней деревни. Девчонки молчали. Ефросинье стало не по себе от вида агрессивной и мощной бабы, она никогда по-настоящему ни с кем не дралась.
– Может, кто-то хочет за нее? Или вы все тут такие трусливые? – продолжала неприятельница, ощущая свое превосходство. – Пришли на разборку и сразу же наложили в штаны от страха. Аха-ха-ха, такого я еще не видела! – громко засмеялась она. Наблюдающие подростки подхватили это настроение и начали громко ржать. Ирина молчала.
«Что-о-о-о… что делать в такой ситуации? – крутилось в голове у Ефросиньи. – Неужели придется драться, если никто не осмелится?» Она продолжала молча стоять, надеясь, что две другие подружки, более бойкие, выйдут первыми. Никто так и не вышел.
Будто подстава, злой розыгрыш… если Ирина, их предводитель, сдалась без боя, значит, все они струсили и сдались – так думала наша героиня. В один миг внутреннее несогласие подростка вырвалось наружу:
– Я буду за нее.
– Посмотри на себя, дура! Я уложу тебя с одного удара, – грубым голосом ответила соперница.
Ростом меньше чем Ирина почти на голову, хрупкого телосложения и нежной наружности Ефросинья по физической силе в несколько раз проигрывала более крупной и высокой восемнадцатилетней девушке.
– Я за нее! – повторила наша героиня.
Началась драка. В чем была права неприятельница? В том, что почти с первого удара Ефросинья оказалась на земле. На ней, словно хищник на жертве, сидела объемная и тяжелая туша. Не было возможности встать. Разъяренная баба схватила девочку обеими руками за волосы и словно мячик начала бить ее голову о землю со всей силой. Это продолжалось несколько минут, которые показались нашей героине вечностью. Примерно на третьем ударе перед глазами замелькали звездочки, затем поплыли белые пятна. Все стояли и смотрели.
В эти мгновенья Ефросинья со всей серьезностью готовилась попрощаться с жизнью. Страх исчез, от каждого удара в ушах непривычно звенело. В голове промелькнуло: «Что же будет с родителями, если я вот так умру». Не хотелось расстраивать. Следом пришла мысль о том, как же будет стыдно, если они узнают, во что ввязалась дочь. Резко все отошло на второй план, остро ощущались только боль от ударов и состояние полной беспомощности.
Заметив, что Ефросинья повержена, неприятельница остановилась и спросила:
– Ну что, сдаешься?
Вот-вот готовая при всех разрыдаться, наша героиня тяжелым голосом выдавила из себя короткое:
– Нет.
Удары продолжились. Я обратил внимание, как животная ярость взрослой девушки уступила место поразительному спокойствию, не было бурного гнева и насмешливости. От нее исходили бездушные и как будто бы автоматические действия с целью сломить другого. Окружающие и так поняли, что по физической силе она в несколько раз превосходит бедняжку Ефросинью.
Началась еще партия ударов, а затем последовал тот же вопрос.
– Сдаеш-ш-ш-ься? – уже напряженно прошипела тучная девушка. – Нет, – еле-еле выдавила из себя Ефросинья.
До третьей партии дело не дошло. Вмешался некий человек, взявший на себя роль рефери. Наша героиня встала с земли и в полном непонимании своей дальнейшей судьбы продолжала стоять. Голова гудела. Физическую боль затмевала другая, более пожирающая и обжигающая, которая приходит от унижения и бессилия, от предательства друзей и разочарования. Пытаясь выглядеть стойкой, внутри наша героиня молила лишь о том, чтобы все это поскорее закончилось.
К сожалению, это был еще не конец. На место первой неприятельницы пришла вторая, которая также изначально конфликтовала с Ириной и хотела драться именно с ней. Ситуация повторилась: лежащая на земле Ефросинья и сильная соперница, сидящая сверху. Вторая даже не спрашивала, сдается девочка или нет, ей нужно было просто выплеснуть животную ярость на более слабого, чтобы доказать превосходство.
Еще чуть-чуть и Ефросинья бы потеряла сознание, а компания ее девчонок так и стояла молча, со страхом наблюдая за происходящим. Кто-то из взрослых вмешался со стороны. Драка закончилась.
ГЛАВА II
С детства наша героиня отличалась самостоятельностью, хорошо училась и помогала родителям. Свои первые деньги девочка заработала еще в школьном возрасте, продавая груши из семейного сада. А один раз, во время летних каникул, в одиночку покрасила забор и стены в доме. В свободное время Ефросинья встречалась с подругами, по выходным гуляла в лесу, а вечерами любила читать вдохновляющие истории про мужество и героизм, про любовь, преодолевающую трудности. В маленькой девочке было что-то определенно серьезное с малых лет. Чуткие взрослые, заметив это, старались обходиться с ней как с равной.