Джиг-спиннинг
Шрифт:
Интересный случай произошел лет шесть или семь назад, когда все такое и вовсе было для нас в диковинку. Кто-то привез из-за океана маленький пластмассовый пузыречек с бесцветной маслянистой жидкостью. На этикетке была изображена рыба, напоминающая окуня. Флакончик принесли на «экспертизу» на Птичий рынок, нашли там большого корифея по этой части и попросили вынести свой авторитетный вердикт. Тот сначала понюхал колпачок, потом выдавил несколько капель на ладонь и снова поднес к носу, а после этого даже отважился лизнуть. Все было, как в памятной рекламе — без цвета, без вкуса, без запаха. А потому заключение эксперта было коротким и категоричным: "Выкинь его на…!" Затем знаток аттрактантов пошел сполоснуть руки, так как после ароматизатора ладони стали неприятно липкими. И вот тут-то началось самое в этой истории веселое: едва струя воды коснулась рук, от них пошло такое амбре, какое бывает разве что в разделочном цехе рыбоперерабатывающего комбината. Ладони продолжали благоухать даже после того, как их дважды тщательно вымыли с хозяйственным мылом. Стойкости аромата позавидовали бы французские парфюмеры…
Никакой точной информации о том аттрактанте не сохранилось, и ничего подобного (нет запаха до контакта с водой и — затыкай нос после) я с тех пор «живьем» не видел. Но, что достаточно очевидно, его основу составлял все тот же банальный рыбий жир — может быть, особым образом законсервированный, но при смачивании уж больно смахивающий на ту самую гадость из аптеки, которую нам в детстве со скандалом вливали десертными ложками в рот.
С тех пор прошло несколько лет, и я, уже имея негативный опыт применения готовых аттрактантов (эффект оказался меньше ожидаемого), решил состряпать что-то свое — без особых наворотов и "секретных формул". Испробовав ряд комбинаций, я в итоге вернулся к рыбьему жиру — правда, не ко всем нам привычному — аптечному, а к тому, что каждый может сам получить из купленной в магазине морской рыбы. Аптечный рыбий жир я тоже пробовал — он, как я понял, не годится по той причине, что рафинирован, и в нем, вероятно, не хватает чего-то самого пикантного.
В гастрономе я взял свежемороженую скумбрию, заставив себя забыть о том, что покупка рыбы считается делом недостойным рыболова. Соскоблив подкожный и внутрибрюшной жир, я слил его в пластмассовый флакон, который на следующий день прихватил на рыбалку.
Возможно, все это отчасти субъективно, но в это простое средство я сразу поверил: поймал в тот раз не больше, чем обычно, но поймал, при том, что клева на реке в тот день фактически не было.
Вкус рыбьего жира полезно дополнить вкусом ракообразных. Соответствующие аттрактанты очень широко используются многими фирмами. Свой интерес к ракам я реализовал следующим образом.
В реках Подмосковья водится маленький рачок-бокоплав, очень похожий на сибирского мормыша. Его вы легко найдете на вынутых из воды водорослях. Я набрал с полстакана рачков и, по сибирскому рецепту, сварил их и высушил. Затем я смолол их в кофемолке — получился порошок розовато-оранжевого цвета со специфическим запахом.
Молотый бокоплав добавляется во флакончик с рыбьим жиром, и небольшим количеством этой смеси пропитывается поролоновая рыбка. Из наших хищных рыб, которым раковый привкус не безразличен, на первое место следовало бы поставить окуня. Я не удивлюсь, если окажется, что интерес к пахнущей «лобстерами» поролонке проявит голавль, поскольку сам когда-то ловил его на раковую шейку, и клев был просто бешеный.
Полноценная ловля на джиг предполагает надежную фиксацию лодки. Эту очевидную истину, как все само собою разумеющееся, очень непросто подвергнуть сомнению. К ловле с дрейфующей лодки почти всегда приходят случайно и не без удивления убеждаются, что она способна принести вполне достойный результат, а также массу новых приятных впечатлений. В начале я приведу три очень похожих, но никак не связанных между собой примера.
Первая история приключилась лет пять назад с Игорем Д., большим любителем зимней рыбалки — имеется в виду рыбалка не со спиннингом, а со льда. Страсть Игоря — отвесное блеснение. Он много лет ловил судака на Можайке и Озерне, но тут, заинтересованный моими рассказами об Оке, решил попробовать, как у него будет получаться то же самое, но на течении.
Блеснильщики-судачатники представляют, что значит появиться впервые на совершенно незнакомом водоеме, к тому же если это река, а ты всю жизнь блеснил только на водохранилищах. Чтобы ваши шансы с самого начала не были совсем уж ничтожными, нужна предварительная рекогносцировка. Вот и ей-то и решил Игорь посвятить один из дней в середине октября — он отправился под Серпухов. При нем была резиновая лодка и спиннинг.
Свои успехи в этом незимнем виде ловли Игорь всегда оценивал очень скромно. В данном случае спиннинг был лишь удобным инструментом, который давал возможность оценить ход глубин на выбранном участке реки, сплавляясь вниз по течению. Свой путь Игорь начал от железнодорожного моста, а закончил километрах в восьми ниже — в районе д. Присады, и к тому моменту у него в рюкзаке лежало пять судаков! Действовал он очень однообразно: заброс влево — заброс вправо и проводка ступенькой. Там, где случались поклевки, он даже не останавливался, продолжая сплавляться вниз. Судак брал на джиг в разных местах — и ближе к Серпухову, и неподалеку от Пущина.
Когда через полтора месяца на реке встал лед, Игорь прошелся по осеннему маршруту со своей «коронной» блесной и не увидел ни единой поклевки! Потом приезжал на Оку еще несколько раз и максимум, чего сумел добиться — поймал пару полукилограммовых судачков. Вот и говори после этого, что ловить на джиг с дрейфующей лодки — полнейшая глупость…
Другой случай также был связан с поиском места, перспективных для зимней рыбалки. Но не сей раз и сама разведка, и дальнейшая ловля были чисто спиннинговыми.
В начале ноября на Москве-реке, как это обычно бывает, сбросили воду. Один мужичок, пристрастившийся прошлой зимой ловить здесь спиннингом, решил пройти по реке на лодке с эхолотом, чтобы приметить на наступающую зиму несколько новых места. Кроме эхолота, дабы не сидеть без дела, он прихватил коротенький спиннинг.
Схема его действий была такова. Как только эхолот начинал попискивать и рисовал у дна приличного размера рыбу, назад забрасывалась поролонка с тяжелой головкой, которая достигала дна чуть выше того места, где эта рыба должна была стоять. Два-три шага ступенчатой проводки — и поклевка! Как только на дальнейшем пути лодки оказывалось еще что-то примечательное, очередной заброс назад — и опять обоснованное ожидание поклевки.
Всего таким образом удалось поймать шесть судаков и две щуки. Если учесть, что это было не несколькими годами ранее, а в ноябре 1998 года, когда непуганое до поры до времени москворецкое щучье-судачье «стадо» уже успело изрядно поредеть, такой улов очень впечатляет.
В этой истории я могу усомниться только в роли эхолота — забрасывать по конкретной рыбе, которую ты видишь на экране, это свойственно тем, кто не имеет достаточного опыта работы с этим прибором. Во всем остальном я не усматриваю преувеличений.
Наконец, третий случай произошел со мною самим. На одной из нижневолжских проток я капитально «засадил» якорь — он зацепился за корень коряги, выдернуть его вручную я не сумел, и ситуацию могла спасти только моторная лодка.
Привязав к якорной веревке буек, я решил сплавляться на базу, до которой было около трех километров. Вместо того чтобы пойти на веслах, я доверился течению, и стал швырять по сторонам блесну, дабы поймать жереха или чехонь. Дело было в апреле, и верховая рыба еще не успела отойти от зимы. Когда я понял, что бросать «железку» нет никакого смысла, я произвел обратную замену и привязал вместо блесны твистер, на который ловил до того, как лишился якоря.