Чтение онлайн

Иногда удается достать с берега дальний свал ямы (или какую-то другую «позднеосеннюю» точку стоянки хищника) — для этого утяжеляют головку и переходят на более тонкую леску, но ловля с лодки все равно остается более результативной. Причина понятна: увеличение дальности заброса идет в ущерб качеству проводки. Хотя место действия — это глубокий участок реки, есть разумный предел веса головки. Добавьте к этому некоторую вялость рыбы, обычную для поздней осени и холодной воды вообще, — как следствие, получается, что замедленное при ловле с лодки падение джига вызывает больше поклевок, чем его быстрые скачки на дальних забросах с берега.

Здесь мне бы хотелось заметить, что проводка в одном и том же месте с лодки и с берега ощущается совершенно по-разному. Если вы до сих пор ловили на данном участке реки только с берега, а потом в вашем распоряжении оказывается лодка, то все прежние представления о рельефе дна нуждаются в корректировке.

Допустим, в поперечном направлении по дну реки проходит резкий излом рельефа. Стоя на берегу, мы замечаем момент прохождения этой бровки, как некоторое увеличение времени падения приманки. Например, перед бровкой от остановки подмотки до касания дна проходило полторы секунды, а как только приманка пересекла линию свала, она зависла секунды на четыре. Но уже на следующем шаге длительность паузы вновь уменьшается до пары секунд.

На лодке проводка в том же месте выглядит так. После заброса под углом к течению (но выше свала) сначала все идет примерно также. Но, когда приманка пересекает линию свала, вы надолго (секунд на десять) «теряете» дно — джиг, поддерживаемый потоком воды, зависает и никак не хочет опускаться. Поначалу кажется, что приманка провалилась в очень глубокую яму, но реальный перепад может не превышать одного метра, в чем легко убедиться при помощи эхолота или хотя бы по тому, как в этом месте ощущается проводка с берега.

Поздней осенью хищная рыба особенно часто обнаруживает себя на таких местах. И если вы ловите с лодки, вставая выше поперечной бровки, всегда имейте с собой, помимо обычных, особо тяжелые головки (весом 32 г и выше). Хищник в активном состоянии держится ближе к верхнему краю бровки, а когда он пребывает в нейтральном состоянии, то стоит ниже (см. рис. 39). Недостаточно тяжелый джиг протягивается течением над полупассивной рыбой, и она не реагирует. С увеличением веса головки приманка опускается раньше, что заметно увеличивает число поклевок.

Можно добиться того же результата не утяжелением головки, а особой позицией лодки: вы встаете на самой бровке, бросая якорь в нескольких метрах выше и отпуская довольно длинную якорную веревку. Теперь последовательно забрасываете (с каждым разом все дальше) немного выше, всякий раз ожидая поклевку в момент «провала».

Вообще, такие поперечные свалы удобнее облавливать с берега, но, повторим, речь сейчас идет о позднеосенней ловле, когда береговой вариант часто не проходит в силу удаленности стоянок хищника. Теперь рассмотрим случай, когда однозначно предпочтительнее ловить с лодки, даже если место легко «простреливается» с берега.

Есть мнение, что хищник-засадчик обязательно должен найти на дне коряжку, бугорок, уступчик, встав за которым ниже по течению, он может, не напрягаясь, караулить потенциальную жертву. Собственно, поперечная бровка, о которой мы только что говорили, это одно из таких удобных для хищной рыбы укрытий. Однако чаще линии излома донного рельефа проходят не поперек реки, а вдоль. Это и прибрежная бровка (а иногда и несколько параллельных бровок), и удаленные от берега ложбины и гряды.

Если на прибрежных бровках течение слабое или даже никакое, то ближе к фарватеру скорость потока воды весьма внушительная. Поэтому только для того, чтобы удержаться на месте, рыба должна прилагать определенные усилия. Однако хищник, а это обычно судак и берш, вовсе не избегает таких места, а наоборот — зачастую предпочитает их другим. Только модель его поведения в этом случае уже иная. Хищник перемещается вдоль ложбины или гряды, по ходу атакуя мелкую рыбешку.

Успех ловли в таком месте сильно зависит от правильного выбора позиции спиннингиста. Смещение на десяток метров в сторону способно увеличить или уменьшить число поклевок раза в три-четыре. Я расскажу об одном из дней Кубка Москвы по спиннингу, проходившего в сентябре 1998 года на Ахтубе, как о реальном примере ловли на продольных донных ложбинах.

Соревнования проходили три дня. Первый и третий день — на реке с лодки. Одни из участников знали акваторию, другие нет. В первый день очень высокий результат показала команда с символичным названием Jig Special, в которой оказался Валерий Киселев, досконально знавший место, причем не вообще, а конкретно — где лучше всего берет судак в сентябре. Пока другие команды с переменным успехом рыбу искали, трое участников Jig Special ее ловили.

В третий день все повторилось, с той лишь разницей, что там, где в первый день ловили три человека, теперь оказалось двенадцать. Первые трое встали на «свои» точки, остальные — где-то поблизости, насколько позволяли Правила и здравый смысл.

Хотя участок, на котором ловили все двенадцать спиннингистов, имел протяженность метров четыреста и в первом приближении был однороден (то есть везде на дне имелись интересные перепады глубины), рыба, как это быстро выяснилось, у всех брала отнюдь не одинаково.

Я, после очень приличного результата в первый день и посредственного — во второй, в последний день соревнований оказался среди тех двенадцати, но мне относительно повезло — я довольно удачно встал на «правильную» точку. Два других члена нашей команды — Владимир Андрюничев и Сергей Савин — как ни старались, не могли занять «клевую» позицию. Будь на участке меньше народа, то, если не с первой, так с пятой попытки, удалось бы встать оптимальным образом. В результате Владимир и Сергей довольствовались нерегулярными поклевками, в то время как многие другие, словно на конвейере, вытаскивали то берша, то судака. В итоге наша команда откатилась со второго на четвертое место из восьми…

Кстати, особенности рельефа дна в том месте первым прочувствовал Владимир Андрюничев. Это вообще для него очень характерно — несколько пробных забросов, и Владимир уже способен нарисовать картинку не хуже той, что получается на экране «навороченного» эхолота. Так вот, самой важной особенностью дна там оказалась протяженная ложбина. На ее фоне прослеживались еще какие-то впадины и возвышения меньшего масштаба, но общая ориентация всех этих донных образований направлена вдоль потока воды.