Чтение онлайн

— Да брось ядом-то плеваться. Чего разошелся? — примирительно похлопал его по плечу Орел. — Мы и тебя пристроим, если хорошо себя вести будешь. Правда, Альбертик? — Он оглянулся на Лукашевича, который сидел в кресле и хмуро смотрел на эту душещипательную сцену встречи двух фронтовых товарищей.

— Посмотрим, — процедил Лукашевич и отвернулся.

— Прости, Артем, но мы теперь по разные стороны фронта, — хмуро ответил Джамбул.

— Да брось, говорю! И, кстати, меня теперь официально зовут Григорий Григорьевич Орлов, — усаживаясь на диван, с гордостью сообщил Артем.

Джамбул замер: так вот тот самый Гриша!

И вдруг рассмеялся:

— Ха-ха-ха! Неплохой псевдоним. Типа, князь Орлов? Григорий Григорьевич? Фаворит императрицы? Вернее, императора. — Он брезгливо посмотрел в сторону Лукашевича и сплюнул.

— А ты все так же неплохо знаешь историю, — удивился Орел. — Помню, всю дорогу травил байки про царей да про генералов. Знаешь, Альберт, какой он умный. Не только воин, но и знаток истории.

— Замолчи, — скривился Джамбул, ему было невыносимо смотреть на кривляния некогда верного боевого товарища, и он никак не хотел верить, что он стал таким негодяем. — Лучше бы ты тогда погиб.

Орел на секунду замер и снова расхохотался.

— Ты огорчен, я понимаю, а потому прощаю все колкости.

Неожиданно в гостиную вошла Соня — прелестная, свежая, в белом кружевном платье — и, мазнув равнодушным взглядом по Егору, подошла к Артему, чмокнула в щеку и, взяв его за руку, села рядом.

— Что смотришь? Понравилась? — улыбнулся Орел и обнял Софью за талию. — Удивительно, как тесен мир. Это ведь она по странному стечению обстоятельств сопровождала тебя в казино?

Джамбул глянул с прищуром и промолчал.

— Хороша, не правда ли? Га-га-га! — загоготал Артем и поцеловал ее в висок. — Вижу, понравилась. Она всем нравится, правда, Альберт?

Альберт только фыркнул.

А Джамбул замер, в замешательстве глядя на эту несуразную парочку. Значит, Соня тоже в их клане?! Он глубоко вздохнул, пытаясь снять внезапно образовавшийся спазм в легких. Меньше всего он ожидал такого от нее. Интересно, а Артем знает, что они хорошо знакомы? Очень близко знакомы…

В голове образовалась полная сумятица. А ведь у него поначалу была мысль, что она ведет свою игру. Значит, так и есть, и она не случайно оказалась возле его дома. А потом пыталась отговорить лезть в это дело, даже изобразила любовь…

Идиот! Она обманывала, а он попался, доверился ей, потому что… Потому что, как последний дурак, влюбился.

Было стойкое ощущение, что внутри что-то умирает. Его предал самый верный друг, и его предала любимая. Больше никогда в жизни он никому не поверит, если у него еще будет жизнь…

Джамбул старался не смотреть на своих недругов и, отвернувшись к окну, обдумывал пути отступления. Нет, ничего не получится, тут же осознал он. Орел во сто крат превосходит его в боевом искусстве. Кроме того, это, кажется, резиденция Лукашевича, а значит, плотность охраны на один квадратный метр во много раз превышает плотность населения Китая.

— Дорогая, пойди распорядись насчет ужина, — отправил Артем Соню. — Очень есть хочется. Мы скоро подойдем.

Софья послушно встала и снова прошла мимо Егора, даже не удостоив его взглядом.

— И чего вы от меня хотите? — угрюмо спросил тот, прекрасно понимая: раз ее отослали, значит, дальше будет мужской разговор.

— Для начала расскажи, что ты делал в моем кабинете, — подскочил к нему Альбертик и заходил желваками.

— Нет, — перебил его Гриша, закуривая сигару, — в первую очередь пусть скажет, где деньги, которые они с дружком своим умыкнули. А еще пусть поведает, где дружок его прячется. Миша Микоян, кажется, так зовут твоего друга? А? Джамбул, надо бы поделиться информацией и деньги вернуть, если не хочешь неприятностей.

— Погоди, Орел, — встрял Лукашевич. — Главное — понять, что они с мальчишкой в кабинете делали.

— С каким мальчишкой? — вдруг вскинулся Орел.

— Так Рубик сказал, что с ним пацан был какой-то, Женькой зовут, что ли. Только эти бестолочи его упустили. Сбежал он.

— Ясно, — задумался Орел.

Егор пристально следил за его лицом. Не хватало, чтобы они Женьку вычислили, тогда и ее, и Мишку найдут. И это будет полный провал, расстроился он.

— Ну-у-у, — протянул Гриша, — с мальчишкой мы потом разберемся, это ерунда. Куда он от нас денется? А вот этого парня надо колоть сейчас. — Он ткнул в Джамбула и подошел поближе. — Так что, может, по-хорошему договоримся?

К ним подскочил Альберт:

— Скажи, что тебе известно? И что вы там нашли, в кабинете? — Он прищурился и снизу вверх посмотрел на здоровенного детину. — И мы тебе ничего не сделаем.

Джамбул искренне расхохотался и коротко ответил:

— Мне ничего не известно.

— Слушай, Орел, а у него есть родня? — недовольно засопел олигарх и с издевкой сказал: — Человека делают сговорчивым страдания родных людей. Давай кого-нибудь найдем и сюда притащим.

Егор снова усмехнулся: хорошо, что они не знают, что единственный человек, чьи страдания заставили бы его рассказать правду, совсем рядом. А остальные, слава Богу, вне досягаемости. Он очень надеялся, что Женя с Мишкой догадаются где-нибудь спрятаться.

— Откуда я знаю? Столько лет прошло, — недовольно буркнул Орел. — Но разведка донесла, что он одинокий. Надо же, а я и не знал, что речь о тебе, Джамбул!

Егор напрягся, разведка — это Старков или Соня?

Он все еще не мог понять, как их застукали в кабинете Лукашевича? Версий было много. Сигнализация все-таки сработала? Или там была камера, которую они не заметили? Еще вариант, что за ними следила Софья, только она знала, где прячется Мишка. Но почему она их сразу не сдала? Еще не время? Или какие-то другие соображения заставляют ее молчать?

Тогда остается Старков. Может, он вчера не случайно пришел и будто невзначай сообщил, что Лукашевич уезжает? Нет, нет, он не мог, отмахнулся от этой мысли Егор. Ромка не раз им помогал, с чего бы ему вдруг предавать?

Гадать не было смысла, в любом случае они попались.

— Слушай, Альберт, — решился он поговорить по-хорошему. — Мишка деньги не брал. Он случайно попал на твой сервер, но денег не брал. Это кто-то другой. Так что ты зря к нам вяжешься.

Альберт оживился и снова подошел к Егору: