Джаг
Шрифт:
Подгоняемый временем, ужасно довольный тем, что нашел, чем очистить город от семьи Малонов, включая ближних и дальних родственников, Джаг совсем не задумывался над анахронизмом этого боевого снаряжения.
Он взял "мини-узи", много запасных рожков, которые рассовал за пояс, повесил связку гранат на предплечье и пошел вверх по лестнице, готовый открыть огонь по любому, кто появится на пути.
Номер, если он не был еще кем-нибудь занят, представлял собой великолепный стратегический пункт. С балкона он мог бы легко уничтожить все племя Малона.
Открыв дверь резким ударом ноги, с оружием, выставленным перед собой, Джаг приготовился к любой неожиданности.
Но от ожидавшей его картины, он чуть не упал навзничь.
В кресле-качалке мирно раскачивался Кавендиш. У него на коленях лежал карабин "аншутц-сэвидж".
Глава 6
Ничего не понимающий Джаг замер на пороге комнаты, превратившись от испуга в безмолвную каменную статую.
На улице продолжалась яростная стрельба. Выстрелы слились в один сплошной грохот.
— Сдается, внизу жарковато, — обыденным тоном сказал Кавендиш, ткнув большим пальцем вниз.
После всего, только что пережитого, Джаг на удивление быстро начал приходить в себя.
Ситуация усложнялась, но, как ни странно, Джага это устраивало. Город кишел Кавендишами, которые щеголяли своей безмятежностью и поражали удивительным сходством с оригиналом. Джаг еще не очень хорошо себе представлял возможные последствия этого явления, но отныне, хотя и без излишнего оптимизма, мог надеяться на то, что настоящий Кавендиш еще жив. И это было самое главное. Оставалось только разыскать его.
В следующий момент Джаг спросил себя, а не размножен ли он сам?
Стрельба не стихала. Знать бы, в кого малоны палили сейчас.
— Куда ты отлучался? — вдруг спросил разведчик.
— Это надо спросить у тебя.
Разведчик сделал удивленное лицо.
— Я только вышел помочиться, — ответил он. — Когда возвратился, тебя уже не было.
Джаг чуть заметно улыбнулся, медленно поднимая ствол "мини-узи".
— Портье видел, как ты вышел из отеля, и я нашел тебя в салуне, где ты угостил меня стаканчиком, — угрожающе прошептал он.
Лицо любителя странствий выразило искреннее изумление.
— Что ты такое несешь?
— Мы даже сняли двух девиц, — монотонным голосом продолжал Джаг. — Потом, когда ты вышел из заведения, тебя прикончили. Я сам видел, как ты умер, изрешеченный пулями.
Ошарашенный, Кавендиш повертел пальцем у виска.
— Э! У тебя поехала "крыша"? — обеспокоенно спросил он. — Не знаю, сколько ты выпил, но явно перебрал. Я прошел только в конец коридора, в писсуар. Отель я не покидал ни на секунду.
Кавендиш вдруг замолчал, не отрывая взгляд от автомата, ствол которого смотрел прямо на него.
— Послушай, тебя не затруднило бы навести эту мерзость на что-нибудь другое?
— Сначала брось свой карабин на кровать.
Разведчик нахохлился.
При этом его реакция была настолько естественной, что Джаг даже засомневался… этот, сидевший перед ним Кавендиш мог, в конце концов, оказаться настоящим…
Он говорил с присущей ему интонацией и мимикой, к тому же у него была седая шевелюра. Но после недавних передряг Джаг был совершенно не расположен ни к малейшему риску.
— Ты отдаешь себе отчет в том, что делаешь? — хриплым голосом спросил любитель странствий. — Так обращаться со мной, твоим верным другом?!
— Не будем ничего преувеличивать, — отрезал Джаг. — Не так уж много времени мы с тобой знакомы.
— Согласен, но не стоит забывать и то, что мы вместе пережили. Разве это не компенсирует непродолжительности знакомства?
— Если тебе так хочется думать…
— Я вижу, что не убедил тебя. Но почему ты веришь какому-то незнакомцу больше, чем мне? Портье — отъявленный лжец. Он не мог меня видеть, потому что я и ногой не ступил за пределы отеля.
— Возможно, ты говоришь правду, — заколебавшись, сказал Джаг, — но избавься все-таки от оружия. С остальным разберемся чуть позже…
Недовольный Кавендиш долго качал головой, прежде чем швырнуть карабин на кровать.
— И что теперь? — сердито спросил он.
Ответом ему был звон разбившегося оконного стекла.
Разведчик мгновенно бросился на пол, в то время как стая пуль вспорола потолок, отколов лепнину и окутав двух мужчин плотным облаком гипса.
Отскочив рикошетом от потолка, одна из пуль сорвала со стены картину, на которой была изображена пухленькая женщина, исполнявшая танец живота, и рама упала прямо на горящую керосиновую лампу, тотчас взорвавшуюся от удара.
Горючее брызнуло во все стороны и следом начали расползаться голубоватые язычки пламени.
Подбежав к разбитому окну, Джаг выдернул предохранитель гранаты и бросил ее вниз. Взрыв сотряс здание, вызвав крики и дождь разбитых стекол.
Джаг толкнул локтем стеклянную дверь и вышел на балкон, где сразу же попал под град пуль, искрошивших деревянные перила в мелкие щепки и заставивших его растянуться на полу.
Продолжая лежать, он выдернул предохранители из двух лимонок и катнул их между стойками, а затем бросил со всего размаха еще три к противоположной стороне улицы.
Пять взрывов последовали один за другим в апокалипсическом грохоте, превращая улицу в настоящий ад, выбивая последние стекла витрин, срезая несущие стойки веранды, которые упали одна за другой, как костяшки домино, выставленные в ряд.
Джаг вскочил на ноги и воспользовался замешательством в стане врага, чтобы закончить "чистку", обильно поливая улицу огнем из "мини-узи", подрагивавшего у его бедра.
Внизу паника достигла своего апогея, началось беспорядочное бегство. Малоны торопливо подбирали убитых и быстро покидали пекло, устроенное Джагом. Ни о каком дальнейшем сопротивлении со стороны малонов не могло быть и речи.