Чтение онлайн

– Списать у кого-нибудь знание этикета, – понял Дарк. – Мысль неплохая, если это можно сделать, не записывая в голову годы чужой жизни. Изучай, только тщательно и со всеми подробностями, а я потом посмотрю. Не хочется, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

– Граф не приходил?

– Вряд ли он подойдёт в трактире. Такой разговор удобней вести в дороге.

Дарк ошибся, и объяснение с графом состоялось сразу же после ужина. В трапезной не было никого, кроме их компании и Фара с супругой, поэтому не пришлось никуда идти. Дождавшись, когда юноша закончит есть, граф пригласил его поговорить за свой стол. Разговаривали так, чтобы не слышал сидевший в другом конце зала трактирщик.

– Я понял из рассказа графини Сарк, что вы маги, – начал Фар. – Тогда для чего вам повязки? В чём причина такой скрытности?

– Наверное, она плохо рассказывала, – ответил Дарк. – Если бы граф Тагор знал о нашей силе, мы не отделались бы так легко.

– Значит, маскировка? И в повязках нет камней?

– Ничего в них нет. – Юноша снял повязку и потряс ею над столом. – У нас малочисленная охрана и благородные дамы, поэтому приходится хитрить.

– И какая у вас сила?

– Нам трудно её оценить, потому что ещё не закончили обучения, но не маленькая. Наверняка графиня Сарк рассказала вам о подчинённых мною разбойниках, а их было больше десятка. Мой друг слабее, но не намного. Только попрошу ни с кем не делиться тем, что вы узнали, даже с сыном. Для нас это может быть опасным.

– Не буду, – согласился граф. – Я надеюсь, что наше знакомство не оборвётся после приезда в столицу. Возможно, мне понадобятся от вас магические услуги, да и я могу быть вам полезным.

– Можете на нас рассчитывать, – обнадёжил его Дарк. – Мы пока не имеем права на практику, но скоро станем полноправными магами.

– Есть у вас в деревне охотники? – спросил герцог.

– Так все охотятся, – почесав затылок, ответил мужик. – У меня самого есть лук. Только этим занимаемся зимой. Мало дел по хозяйству, и мех у зверей не сравнить с летним...

– Нам нужен тот, кто живёт охотой и хорошо знает окрестные леса, – оборвал его Даргус, – а не любители от безделья бить белок.

– Это вам нужно идти к соседям, в Узятницу, – сказал хозяин. – У нас таких нет, а у них аж двое. Как вы и сказали, живут этим делом и не вылазят из леса.

– К трём золотым добавим два, – пообещал герцог, – а ты сходишь в соседнюю деревню. Уговори прийти хоть одного. Скажи, что мы нуждаемся в помощи и хорошо за неё заплатим!

– Давайте золото! Сам не пойду, пошлю старшего сына. Если они не в лесу, прибегут.

Этот разговор состоялся утром, а охотник появился после полудня. Перед ним вернулся посланный в Узятницу мальчонка и передал, что Марон второй день на охоте, а Устим обещался прийти. Беглецы не ходили по двору, и почти весь день сидели на сеновале. Туда же поднялся и пришедший от соседей мужик.

– Нам нужен проводник, – не стал темнить Даргус. – Сможешь провести лесом в Лебарию? Мы припозднились с бегством, и торийцы успели перекрыть дороги. Отдадим всё золото, какое у нас есть!

– Я не ходил лесом до Лебарии, – предупредил Устим. – Сколько у вас золота?

– Дадим полсотни золотых, – пообещал Барк.

– Пойду, – решил охотник. – Только учтите, что идти нужно пешком. Ваших лошадок придётся оставить. Будет много таких мест, где они не пройдут или падут от бескормицы. Купите у кого-нибудь лошадь, на которой повезём еду, а когда станет мешать, сама отправится в котёл.

– Как не хочется расставаться с Дагуром! – в сердцах сказал капитан после ухода Устима. – Мы с ним вместе больше пяти лет! Если бы не он, я не смог бы выйти из битвы. Но убивать хуже, у меня не поднимется рука!

– Мне тоже не хочется бросать своего жеребца, – отозвался герцог, – но я верю нашему проводнику и не вижу другого выхода. Мы не пройдём по дорогам, Дар! Иди договариваться с хозяином.

В поход вышли на следующий день, ближе к вечеру. Задержал Устим, у которого были какие-то неотложные дела. Он двигался первым, ведя в поводу обмененную на жеребцов лошадь. Она была немолодой, но сильной, и без труда везла мешки с овсом и продовольствием. Проводник был вооружён луком и висевшим на поясе кинжалом. Два своих колчана со стрелами и топор он погрузил на кобылу. Шли без разговоров, так же молча готовились к ночлегу и варили ужин. Утром позавтракали оставшейся с вечера кашей и накормили кобылу овсом. Вчера встречались ручьи, поэтому пока не было сложностей с водой. Устима стали расспрашивать о здешних лесах и сами обмолвились о капище дикарей.

– Эк куда вас занесло! – удивился охотник. – Вам очень повезло! Лесовики никого не щадят, а уж тех, кто осквернил их святилище...

– Мы только прошли мимо, – возразил Барк.

– Вы видели запретное! Одного этого достаточно, чтобы с живых сняли кожу. Это и страх для других чужаков, и развлечение. Но в наших лесах таких, слава богам, нет. Могут попасться небольшие деревеньки, но в них не лесовики, а правильный народ.

– И долго нам идти? – спросил герцог. – Успеем до дождей?

– Две декады, – для чего-то посмотрев в небо, ответил проводник. – Дожди начнутся раньше, но в лесу не бывает грязи. Как-нибудь дойдём.

– Есть здесь опасные места? – задал вопрос капитан.

– Есть топи, но мы их обойдём, – сказал Устим. – В самом лесу опасных мест нет, есть трудные, в которых слишком густой подлесок или отсутствует вода. Болтали, что где-то на востоке обосновались жрецы разрушенных храмов Ольмера, но я в это не верю. Что им делать в лесах?

Больше пятидесяти лет назад бывший тогда королём ещё молодой Яр запретил в Доршаге культ бога смерти и выгнал жрецов из его храмов. Их нужно было не изгонять, а укоротить на голову, но венценосный юноша слишком поздно понял свою ошибку. Когда он попытался её исправить, ни одного из жрецов-убийц так и не удалось найти. Кое-кто из них обосновался в Лебарии, остальные исчезли.

– Я тоже в это не верю, – согласился с мужиком Даргус.

– Ты не верил и в дикарей, – возразил Барк. – Из всех королевств жрецов Ольмера не преследовали только в Лебарии, но и там жрецы других богов не пустили бы в свои земли этих убийц. В Заре их быстро вырезали бы. И что остаётся? Если хочешь знать моё мнение, я лучше прибегу безоружный к лесовикам, чем встречусь с этими изгоями. В них и раньше не было жалости и милосердия, а теперь не останется ничего, кроме злобы!

Когда говоришь, дорога кажется короче, а в тот день говорили много. Обедали всухомятку взятой из деревни едой, а вечером встали на ночлег и разожгли костёр. Ночами было тепло, поэтому не стали тратить время на установку шатра и легли спать, укрывшись от комаров под тонкими одеялами.