Друзья
Шрифт:
– Как-нибудь проверим и с зеркалом, – мужским голосом отозвалась Оля, – но я уже сейчас верю всему, что написал учитель. А теперь мы это уберём! – Графиня исчезла, а вместо неё на кровати возник смеющийся Дарк.
– Плохо, что заклинание не меняет голос, – сказал он, – но всё равно получилось здорово! Хотя... Кажется, насчёт голоса было что-то в заклинаниях иллюзий. Голосу не страшны зеркала, а маги пусть смотрят. Там используется так мало силы, что её следы трудно заметить. Где эта книга?
– Вон в той сумке. Я не помню такого заклинания, но учитель так подгонял, когда читали, что мог и пропустить. Он считал этот раздел магии ненужной нам ерундой.
Их занятия прервал стук в дверь. Когда Дарк открыл, увидел Мара вместе с молодым, богато одетым мужчиной.
– Мы можем войти? – спросил барон. – Со мной благородный Гел Барус. Он представляет графа Тагора. Граф хочет вместе с семьёй выехать в Орт и предлагает нам присоединиться. У него три десятка дружинников, так что можно будет не бояться разбойников.
– Входите, господа! – пригласил Дарк и посторонился, пропуская гостей в комнату. – Можете сесть на эти стулья, а я, чтобы не стоять, сяду на кровать. Значит, нас пригласил граф. Не скажете, чем вызвано это приглашение? Из города уезжают многие, поэтому он мог найти попутчиков понадёжнее. Наша охрана – это крестьяне.
– Это так важно? – спросил Барус. – Впрочем, если вам интересно, могу ответить. Управитель графа увидел в городе графиню Сарк и поспешил об этом доложить. Граф Тагор расположен к Ольгеру Сарку и решил оказать услугу его жене. Вы находите в этом что-то предосудительное?
– Передайте графу мою благодарность за предложение, но мы не можем его принять, – ответил Дарк. – Есть необходимость задержаться в вашем городе.
– Как хотите, – разочарованно сказал Барус. – Если передумаете, вам будет нетрудно найти графа. Мы выезжаем завтра до полудня.
Коротко поклонившись, он вышел из комнаты. Следом выбежал недовольный Варкус.
– Не скажешь, почему ты ему отказал? – спросил Борис. – Задержка – это только предлог?
– Чаще смотри на людей магическим взглядом, – посоветовал друг. – С твоей новой силой это нетрудно и не будут мешать повязки. Мне сильно не понравился этот Барус, а от его предложения стало холодно в груди. Думаю, что у нас не только прибавилось сил, увеличились и другие способности, в том числе и предвидение. Во всяком случае, раньше я учил бы заклинание учителя дня два, а сегодня справился за несколько свечей. Не знаю, что задумал граф Тагор, но для нас будет безопасней ехать со своей охраной. И выедем, как только рассветёт. Нужно будет предупредить трактирщика, чтобы рано приготовили завтрак и еду в дорогу. Завтра будем ехать без остановок.
Видимо, никто из лесных дикарей пока не посетил капище и они не нашли тело убитого Барком соплеменника, потому что не было погони. Беглецам повезло найти ручей, а потом барон застрелил косулю, поэтому единственным, чего им не хватало, был овёс. Кони подъедали чахлую траву на полянах, но не могли долго держаться на такой пище.
– Как бы не заблудиться, – сказал герцог, пытаясь рассмотреть солнце.
Уже несколько свечей не встречали ни одной поляны, а ставшие огромными деревья полностью закрыли небо, и было трудно увидеть солнце в царившем под их кронами полумраке.
– Не заблудимся, – отозвался Барк. – Меня в детстве учили, как чувствовать север. Я был самым сильным в семье, но без дыры в голове не дотянул до мага. Ехать нужно туда. Если не будет корма, завтра придётся идти пешком. Нужно беречь лошадей, иначе их лишимся.
Деревья начали мельчать только к вечеру. Стали попадаться поляны, на одной из которых заночевали. Коней не стреножили, и они до утра съели всю траву. Завтракали зажаренным впрок мясом косули, не трогая своих запасов. Когда двинулись в путь, почти сразу вышли к реке. Тёмная, покрытая ряской вода едва двигалась и пахла не речной свежестью, а болотом.
– Не хочется мне в неё лезть, – проворчал барон. – Жаль, что нет топора. Срубили бы дерево... Здесь только три десятка шагов, его хватило бы.
– Ты по нему пройдёшь, а кони? – возразил Даргус. – Мне от этой реки тоже как-то не по себе... Давай пойдём вверх по течению, может, найдём место поуже.
Узкого места не нашли, зато натолкнулись на мост. Через реку были переброшены уложенные в ряд деревья. К мосту подходила хорошо утоптанная тропа, которая продолжалась на другой стороне реки. Перила отсутствовали, но пяти деревьев было достаточно, чтобы обойтись без них. Беглецы поспешили перебраться через реку и воспользовались тропой, благо её проложили в нужную сторону. Первым ехал Барк, который держал наготове лук. К счастью, им никто не встретился, а тропа вывела на поляну и исчезла. Продолжения не нашли и двигались, ориентируясь по солнцу, которое было уже хорошо видно. Обедать остановились у небольшого ручья с очень чистой водой. Поблизости увидели поросшую густой травой поляну, так что подкрепились и кони.
– Нам только не натолкнуться бы на дикарей, – говорил барон, доедая свою порцию мяса. – Тогда дня через два должны выйти к Торгу. Косуля закончилась, но остались крупа и лепёшки. Других рек здесь нет, а та, через которую перебрались, наверное, впадает в какое-нибудь болото. Не знаю почему, но от неё тянуло такой жутью... Хорошо, что не пришлось переправляться вплавь.
– Дикарей не должно быть много, – отозвался уже поевший герцог. – Большие селения не прокормятся охотой, а рыбы здесь нет. Будем осторожней и помолимся богам. Ты кого славишь, Дар?
– Эхтая, – ответил капитан. – Его славят многие воины. Все мы после смерти попадём в его чертоги. Если верить жрецам, боги ничем не отличаются от смертных, кроме силы, поэтому могут отыграться на недостаточно почтительных. Лучше лишний раз помолиться, язык от этого не отвалится.
– В Торге уже могут быть торийцы. Нужно найти деревню и узнать у мужиков, чья сейчас власть. Если город занят, поедем просёлками. Долго, но по большаку уже не проедешь, а лесом я сыт по горло!
– Впереди застава, – доложил вернувшийся Даль. – Пять солдат сидят у костра и ещё один охраняет лошадей. Лес слишком густой, поэтому нужно возвращаться.
– Я придумал, как нам ехать днём, – сказал Ольгер. – Сейчас вернёмся в деревню, купим у мужиков их одёжу и обменяем коней на такую клячу, которая не вызовет у торийцев ничего, кроме жалости. Если понадобится, доплатим за воз и какую-нибудь еду. Крестьян не трогают и не мешают им продавать продукты.
– У нас бритые лица, – осмелился возразить солдат, – а крестьяне бородатые.
– Обрежем у какого-нибудь деда и приклеим. Если будем одеты в дерюгу, грязными и с бородёнкой, кто станет рассматривать! А если вымазаться в навозе...