Чтение онлайн

— Дело не в этом, а в том, что не вы устанавливаете правила. Ни здесь, ни где-либо еще в ордене. Если бы отцу де Гильбу понадобилось ваше мнение, то он спросил бы вас. Но епископ этого не сделал.

— Вы все еще слушаетесь его беспрекословно? — отозвался Кормик, и Джавно зло сощурился.

— Живой? — прогремел голос отца де Гильба, а вслед за этим на вершине горы появился и он сам, окруженный охраной. — Ты совсем выжил из ума, решив прийти сюда?

— Не могу знать, — съязвил Кормик. — После побоев, полученных по вашей милости, я мало что помню.

— Не пытайся играть со мной, предатель, — предостерег де Гильб.

В отличие от Джавно, в его тоне не было и намека на сочувствие или милость.

— Взять его, — приказал он охране.

— Не стоит, — вмешался спутник Кормика.

— А ты кто? — спросил отец де Гильб и бросил испепеляющий взгляд на наглеца, но тот ничуть не смутился.

— Меня зовут Брансен, хотя это вам ни о чем не говорит, — ответил тот. — Я здесь не по своей воле, а в силу обстоятельств, только потому, что обязан этому человеку и его друзьям с соседних островов.

Отец де Гильб потряс головой, словно не поняв ни слова, но человек в черном спокойно продолжал:

— Я здесь, чтобы предупредить вас. Скоро ваш мир погребет под собой огромная волна. Считаю своим долгом сказать это, а уж что вы решите делать, мне совершенно безразлично.

Некоторые монахи ощетинились, зацепившись за последние слова Брансена, а не за главное.

Из двадцати человек только несколько в тревоге подняли брови, и то через миг уже забыли об этом, потому что один брат из свиты отца де Гильба указал на Гарибонда и воскликнул:

— У него самоцвет!

Кормик взволнованно посмотрел на спутника, однако человек из Прайда абсолютно не выглядел обеспокоенным.

— Это правда? — спросил отец де Гильб.

— Даже если и так, то вас это не касается.

— Вы идете опасной…

— Я иду, где хочу и как хочу, — перебил его Брансен. — Не пытайтесь управлять мной, старый лицемерный болван. Мой отец, выдающийся человек, принадлежал к вашему ордену. Но вам никогда не понять и не оценить его достижений, — добавил он в ответ на любопытный взгляд де Гильба. — К вашему же стыду.

— Не из Энтла ли вы? — спросил де Гильб. — Ваша смуглая кожа выдает южное происхождение.

Брансен усмехнулся, поняв уловку.

— Впрочем, неважно, — заключил де Гильб. — Вы пришли сюда с преступником и несете контрабанду.

— Неужели? — насмешливо спросил Брансен. — Думаете, что вам известно, откуда у меня самоцвет, если он вообще есть. Вы не понимаете философии Джеста Ту и все же притворяетесь, будто знаете, на что я способен. Проверьте! Прикажите своим охранникам напасть и увидите, что я могу с ними сделать. Я без труда преодолею любые укрепления и проникну к вам среди ночи, чтобы мы могли без церемоний пообщаться, сидя на вашей кровати.

Повисло тягостное молчание.

— Что привело вас сюда? — наконец прервал его Джавно, обращаясь к Кормику.

— Этот человек хочет сказать вам что-то важное. Потом мы уйдем.

— Ледник на севере озера — прибежище самхаистов, — начал Брансен. — Там обосновался сам старец Бедден, который воюет с вангардской правительницей Гвидрой.

— Откуда вам это известно?

— Я был там еще вчера, — ответил Брансен. — Бедден хочет завладеть всем озером и трудится над тем, чтобы всех, а вас — в особенности, смыло гигантской смертоносной волной его гнева. Ему известно, что на самой главной самхаистской святыне поселились абелийцы. Если его не остановить, то вы не спасетесь. Этот остров, который вы называете островом Часовни, превратится в голую скалу посреди необитаемого озера.

— Какая нелепость! — воскликнул Джавно.

Монахи начали взволнованно перешептываться и оглядываться по сторонам, словно в поисках кого-то, кто мог бы их успокоить.

Брансен безразлично пожал плечами.

— Почему мы должны вам верить? — скептическим тоном спросил отец де Гильб. — Вас привел сюда предатель…

— Человек, которого я едва знаю. Судя по всему, он разумнее вас. Я согласился предупредить вас лишь потому, что обязан этому человеку. Вы называете его предателем, а он по-прежнему о вас беспокоится. Как вы поступите, уже не мое дело. Любви к вашему ордену я не питаю. Из того, что мне пришлось наблюдать, могу заключить, что вы вполне заслуживаете презрения. Но я — Джеста Ту. Презрению нет места в моем мире.

Брансен повернулся к Кормику, но не успел ничего сказать, потому что вмешался Джавно.

— Джеста Ту? Что это такое? — вскричал он.

— То, чего вам никогда не понять, — ответил Брансен, едва удостоив взглядом разгоряченного монаха.

— Взять их! — закричал Джавно.

На незваных гостей тут же набросились двое охранников, размахивая короткими мечами, но им не удалось даже близко подойти. Брансен ожидал атаки, если не сказать — радовался ей. Он замахнулся на первого монаха правой ногой, чтобы отвлечь его этим не представлявшим угрозы маневром, затем со всей силой врезал противнику кулаком в грудь так, что тот не мог вздохнуть, отскочил назад и мягко приземлился. Монах сделал неуклюжую попытку достать наглеца мечом, но тот наклонился вперед и влево, и клинок прошел мимо. В тот же миг Брансен одной рукой схватил охранника за запястье, другой давил ему на локоть до тех пор, пока тот не выронил меч. Разбойник подхватил его на лету, развернулся, лягнул напоследок раненого противника и занялся вторым.

Два коротких меча неоднократно сталкивались со звоном, потом Брансен захватил руку монаха в петлю. Поворот, рывок — и клинок упал на землю, а обезоруженный враг ощутил холод острия у самого горла. Все это произошло за считаные мгновения.

Брансен выпрямился, смеясь, убрал меч от шеи перепуганного монаха, подцепил им второй клинок, лежавший на песке, подбросил его и поймал левой рукой. Затем повернулся к Джавно и швырнул оба меча так, что они вонзились в землю всего в нескольких дюймах от монаха.

— Вы получили предупреждение, — объявил Брансен. — Старец Бедден уничтожит вас.

С этими словами он повернулся и ушел.

Кормик еще какое-то время стоял, глядя главным образом на отца де Гильба с извиняющимся, даже умоляющим выражением на лице. Но больше сказать было нечего, и он направился к лодке следом за Брансеном.

Кормик с Милкейлой отправились на лесистый остров Йоссунфир вместе с Брансеном. Не успела троица причалить, как на берег высыпало почти все племя. Люди прикрывали глаза от утреннего солнца и перешептывались между собой. Они недоумевали, что привело гостей к ним на остров.