Чтение онлайн

Рёвом нескольких боевых труб противник приглашал к переговорам нынешних хозяев замка Блейвенов.

Глава двадцать вторая

Кажется, кроме самого Хакона, никто не подозревал о связи трубного вызова на переговоры с уничтожением неудавшегося магического лазутчика. Хотя понять эту связь легко: враг наверняка следил за передвижениями своего потайного посланца, а с его исчезновением сразу сообразил, что хитроумная разведка не удалась, и активно перешёл к следующим действиям.

Привратницкая сбоку от проёма, в котором бы поднят замковый мост, оказалась настолько тесной, что в ней чудом поместились лишь четверо. Драконы и их Открывающие. Осторожно выглядывая из узкого окошечка, убрав перед тем с него ставню, старший Дракон бесстрастно рассматривал тех, кто явился в качестве парламентария. И как явился.

Поначалу, пока зрение привыкало к вечернему сумраку (а воин-маг не хотел сразу переходить на магическое), первое, что он увидел, - это зловещий браслет, будто упавший вокруг замка. Яркими камнями в нём блистали факельные огни - по два рядом с осадными метательными машинами. Стояли смутно видимые во тьме фигуры, между которыми мелькали гибкие тела. Дракон не сразу узнал в них лесных демонов.

Затем Хакон перешёл на магическое зрение.

В двух шагах от края обрыва, над пропастью рва вокруг крепости, напротив моста, стоял на уродливо толстых ножищах, широкоплечий, высокий рыцарь в полном боевом облачении. В сумерках позднего вечера его чёрные доспехи, пестрящие мелким узором из заклинательной вязи, мягко тлели странным отсветом - холодным, синевато-мертвенным. Будто луна поделилась со слоноподобным существом, выглядящим, как рыцарь, невиданным на земле металлом. Несмотря на привычный Хакону рёв сигнальных труб, в котором он немедленно различил военный призыв к переговорам, рыцарь держал в руках громадный двуручный фламберг - меч с волнистой поверхностью клинка. Причём и края его были не просто волнообразны, а явно специально заточены небрежно - для причинения сильнейшей боли в момент убийства. Рыцарь неуклонно, хоть и замедленно пробирался сквозь магическую защиту вокруг замка. Он делал шаг натужно, еле-еле продавливаясь через плотный, невидимый другим, не имеющим магического взгляда туман. Но продирался… И Хакон в очередной раз стиснул зубы, вспоминая о слабости последних Драконов.

Позади прорывающегося к крепостным стенам замка рыцаря, на земле, широко расставив ноги, стояли четыре трубача, обеими руками держа длинные трубы, которые и исторгали тот зычный звук, из-за которого мелко дрожали постройки. А между ними замер ещё один неизвестный, который крепко сжимал в руках древко дьявольского стяга, увенчанный, вместо обычного наконечника человеческой головой. У Хакона мороз по спине пробежал, когда он, перешедший на магическое зрение, увидел вокруг этой головы признаки, что она живая.

Судорожно вздохнул, понимая, что это зрелище, произведёт на обитателей замка тягостное впечатление, если они сумеют разглядеть его в темноте.

Разглядеть голову в подробностях он не сумел. Снова взревели трубы, и рыцарь поставил ногу, закончив третий шаг.

Не совсем понимая, зачем повелителю войска нечисти вызывать на переговоры хозяев замка и при этом стремиться самостоятельно дойти до замка, Хакон обернулся к младшему Дракону и Открывающим, жёстко велев:

– Стеин идёт за мной. Вы - остаётесь здесь и следите за нами.

Антия тут же подняла руки обнять младшего Дракона - Стеин чуть не одновременно стиснул руки на её талии. Карина, как всегда, чуть помешкала, прежде чем обнять старшего Дракона. Но, когда её ладони коснулись его затылка, он, даже и привычный к прорыву силы, со вздохом чуть откинулся назад, инстинктивно стремясь, чтобы её тёплые ладони полностью облегли его голову. А потом всё так же инстинктивно ткнулся лицом - щека к её щеке - и застыл, впитывая ощутимые колебания магической силы.

И, кроме собственного нежелания покинуть её, свою Открывающую, чисто физические силы понадобились, чтобы самому снять её руки со своего затылка, потому что хотелось стоять вот так, спокойно (почти спокойно!), и чувствовать, как наполняется мощью, давно не бывавшей в таком объёме вокруг него… Хакон легонько поцеловал Карину и, глядя в её глаза, осторожно отодвинулся к стене, где его, чуть разочарованно улыбаясь Антии, ожидал Стеин.

Первым вышел Хакон. Перед тем как открыть дверь и сильно натянул латную перчатку, чтобы она плотно обтягивала кисть, и вытащил из ножен меч… Правой ногой он шагнул с края оврага, на котором высилась стена, примыкающая к подвесному мосту, в пустоту и оперся на поверхность, невидимую не вооружённому магией глазу. Она была упруга, но сильна. Не глядя вниз, старший Дракон неторопливо прошагал необходимые двадцать шагов - то количество, что оставляло его на расстоянии от противника в другие десять шагов. Их было достаточно, чтобы переговаривающимся услышать друг друга. Если смолкнут трубы.

Трубы замолкли.

Хакон твёрдо стоял в своей защите, невозмутимо глядя на врага и одновременно следя, как эта самая защита пытается уничтожить противника, но натыкается на его собственную защиту в двух пальцах от его лат.

– Я услышал зов, - размеренно сказал Хакон, едва в притихшем пространстве остались лишь звуки потрескивающего факельного огня.
– Я пришёл и слушаю.

Слоноподобный рыцарь, оцепеневший, едва он вышел из привратницкой, так и не шевельнулся. Из-под опущенного забрала раздался низкий, давящий на горло голос - вроде и человеческий, но впечатление оставалось таким, будто этот человек не говорил так долго, что ему приходилось вспоминать, как это делается.

– Мы уйдём и больше не появимся!

Поскольку после этих слов рыцарь замолк надолго, Хакон взглянул через его плечо на знаменосца. Его взгляд притягивала голова на наконечнике вражеского стяга.

Именно поэтому, когда рыцарь снова заговорил, старший Дракон почувствовал, как по коже побежали мурашки: может, говорил и рыцарь, но рот открывала отрубленная голова, насаженная на древко!

– Есть условие, при котором мы уйдём. Отдайте нам мальчишку. Я соберу войско от крепости, и мы покинем этот край навсегда!

– Мальчик - Дракон, - напоминающим тоном отозвался Хакон.
– Его судьбу решает Чёрный Дракон. И он решил её. Мальчик остаётся в крепости!

– Мы сотрём вашу крепость с лица земли!
– равнодушно сказал рыцарь - отрубленная голова.
– Мы убьём всех живых. Не пощадим никого. Отдайте мальчишку - и спасёте жизни всех.

Хакон только было хотел спросить: “А что будет тогда, когда мальчик вырастет и станет таким же уродом, как ты? Вы не сдержите слова. Вы снова пойдёте войной на живых, но на этот раз войско нечисти поведёт Андре?” Но напомнил себе, что вопроса: отдать мальчика высшим силам нечисти или нет, - просто не должно существовать.