Чтение онлайн

– Доберешься сам до второго этажа? – интересуюсь я.

Друг кивает, а затем начинает рыскать по карманам.

– Твою мать, – стонет он.

– Что такое? – Останавливаюсь в дверях, вскидываю бровь и хмурюсь.

– Я, кажется, забыл телефон. Может, он у тебя в машине?

Если он у меня в машине, то его айфон станет первым ароматизированным айфоном в мире. И он не будет пахнуть персиками. Как и моя машина.

– Сейчас посмотрю, – выдыхаю я, а затем возвращаюсь к Халкмобилю.

Открываю заднюю дверь и, сморщившись, осматриваю сиденье в поисках признаков телефона. Но тщетно.

Достаю свой айфон и включаю фонарик. Тут же выключаю, потому что от вида ковриков хочется плакать. Затем набираю номер Рида в надежде, что вот-вот где-то здесь завибрирует его айфон. Но в салоне стоит идеальная тишина.

Вероятно, он оставил телефон в баре. И еще более вероятно, именно мне придется возвращаться туда, чтобы забрать его.

И почему я такой везучий парень?

Хлопаю дверью и подхожу к переднему сиденью, чтобы вытащить Тиджея. Здоровяк опирается о меня рукой, повиснув на моем плече, и мы мучительно медленным шагом доходим до дома. Когда мы оказываемся в холле, Рид уже спит, прямо на кушетке. И поверьте, я даже не собираюсь его перекладывать, потому что этот амбал весит целую тонну. Пусть скажет спасибо, что я вообще затащил его в дом.

Пересекаю холл и заношу Тиджея в гостиную, освещенную только светом фонарей у бассейна за большим панорамным окном. Опускаю его на диван и тут же сваливаю из дома, предусмотрительно погасив свет.

Спустя минут двадцать я возвращаюсь к «Оклахоме» и вспоминаю, что так и не отыскал пропуск, ведь меня отвлекла драка у входа, а значит, попасть в бар я не смогу. Выругавшись, открываю бардачок в надежде, что после того, как О’Донован вручил мне карточку, я бросил ее туда. Наконец нахожу заветный черный конверт с красным ромбом. Разорвав его, достаю пропуск в бар, ликуя, и выхожу из автомобиля. Оказавшись на улице, удивляюсь оглушительной тишине вокруг. Из бара не доносится ни звука.

Быстрым шагом преодолеваю расстояние до главного входа и подношу карточку к считывателю на двери. Та с громким писком открывается, и я оказываюсь в темном душном коридоре, ведущем к совершенно пустынному бару.

За барной стойкой, столешница которой блестит в свете белых светильников, низко свисающих с потолка, никого. Столики напротив тоже пустуют. И только в глубине помещения, утопающего в тусклом освещении, виднеется какое-то движение.

Прохожу дальше и слышу крики девушки, а рядом с ней – какого-то парня, держащего ее за волосы. Поражает то, что она даже не пытается вырваться из его хватки и просто закрыла глаза, принимая происходящее как неизбежное. Кретин матерится, а затем просто дает девушке пощечину, отчего она отшатывается назад и, потеряв равновесие на огромных каблуках, валится на пол.

Мои глаза расширяются. И я рычу:

– Какого хрена?

Парень поворачивается на мой голос, и я встречаюсь с взглядом его карих глаз. В них я отчетливо вижу лишь дерьмо.

На придурке черный костюм в мелкую клетку. Дорогой, очевидно. На рукавах рубашки блестят золотые запонки. Он переступает своими лакированными оксфордами через хрупкую ногу девушки и, сложив свои руки в карманы, вскидывает голову.

– Бар закрыт, – выплевывает он. – Уходи, пока я не позвал охрану.

Слово «охрана» звучит для меня, как команда «фас» для собаки. В два шага сокращаю расстояние между нами и, даже не задумываясь о том, что делаю, бью кретина головой о барную стойку. От силы удара он теряет сознание и стекает лужицей на пол.

Не мешкая, подлетаю к девушке. Она ошарашенно смотрит на меня, пока я аккуратно поднимаю ее с плитки и подхватываю на руки, чтобы покинуть бар.

– Какого черта ты делаешь? – вдруг спрашивает она. – Ты вообще понимаешь, во что ввязался? Поставь меня на землю. Сейчас же!

Ее командный тон удивляет меня, но кто я такой, чтобы навязывать ей свою помощь. Я ведь не супергерой.

Послушно опускаю ее на асфальт, когда мы оказываемся на улице. И с ее губ тут же срывается стон. Она хватается за мое плечо, стараясь сохранить равновесие, и обхватывает свою голень.

– Болит? – тут же интересуюсь.

Брюнетка резко отдергивает от меня руку и прислоняется плечом к стене.

– Не твоего ума дело.

– Тебе бы показаться врачу. Возможно, это вывих.

– Спасибо, папочка.

– А обязательно ерничать? Я всего лишь хочу тебе помочь.

– Разве я просила тебя мне помогать?

Вопрос резонный. Пожимаю плечами.

– Мне уйти?

Она кивает, и я просто молча удаляюсь от нее в сторону своей машины. Вот только не надо делать из меня мудилу. Я не собираюсь навязывать ей свою помощь, если она ей не нужна.

– Постой, – вдруг доносится ее голос.

Я оборачиваюсь на звук.

– Ты не мог бы открыть мне дверь? Моя сумка осталась внутри.

Засовываю руку в задний карман, чтобы достать карту, и понимаю, что, скорее всего, она выпала, когда я наклонялся, чтобы поднять девушку с пола.

– Моя карта, по ходу, тоже осталась внутри.

Она запрокидывает голову к темному небу и издает отчаянный стон.

– Твою мать, – выдыхает она. – Можешь дать мне свой телефон?

– Зачем?

– Я позвоню в охрану.

– Знаешь номер? – Я вскидываю бровь.

С ее губ снова срывается стон.

– Нет. Боже, и зачем ты только полез меня спасать?

– О, извини. Нужно было оставить тебя там? Может, он бы еще пару раз втащил тебе в живот или разбил бы нос. Ты мазохистка?

– Да пошел ты, – выплевывает она, вызывая у меня усмешку.

– Я ведь практически пошел, но ты сама попросила меня остановиться.

Девушка прислоняется спиной к стене бара и, скинув босоножки, спускается на землю. Запрокинув голову назад, она шумно выдыхает. И я в очередной раз решаю побыть джентльменом.

Идиот.

– Давай я отвезу тебя в больницу, – предлагаю я, когда она снова потирает больную ногу.

– Мне нужно в бар.

– И что, собираешься здесь сидеть, пока кто-нибудь тебя не заметит?

– Звучит как план.

Шумно выдыхаю.

– Кто этот парень?

– Ты задаешь слишком много вопросов, которые тебя не касаются.

– А ты воспринимаешь мои вопросы в штыки, хотя могла бы просто взять и ответить.

Она набирает полные легкие воздуха, а затем на выдохе отвечает: