Чтение онлайн

— Она поверила моему человеку в том, что городом правит «некто»! — От торжественности момента Илья Андреевич едва не захлебнулся собственной слюной. — Она в недоумении!

— Как это? — опешил Саша, вновь ввергнув в уныние разговорчивого собеседника. — Как это — «некто»? Она у любого пацана спросит, и он в нашу сторону ей укажет! Это ты, брат, чего-то того… гнешь на холодную…

— Ну не будет она ни у какого пацана спрашивать! — едва не взвизгнул Востриков. — Не того уровня эта дамочка! И ваша сторона — это еще не вершина Казбека! А та, как известно, почти всегда в тумане! И мало кому в городе известно, кто стоит за вашими широкими спинами!

Последние слова не могли не понравиться Александру. Он, конечно, мало понимал, при чем тут какой-то «Казбек». Ну были папиросы такие. Батя его в детстве ими весь дом продымил. Ну а туман тут при чем? Хотя тумана от них тоже до фига было, аж глаза резало.

Вот со спинами у него и его братвы все действительно было в поряде. Каждый день он марш-броски заставляет их совершать. Да вдобавок еще: упал-отжался и все такое…

Да чего там говорить — бригада классная подобралась. С любым из них хоть сейчас в разведку. Босс не дурак, раз таких орлов в кучу собрал и ему под начало отдал. И не дурак, что в тени держится…

— Ладно… — миролюбиво протянул Саша, прерывая обиженное сопение Вострикова. — Молодец… Значит, говоришь, она растерялась? А кто же ей по ушам поездил так ловко?

— Есть у меня бабенка одна, — довольно захихикал Илья Андреевич, мгновенно узрев в тоне собеседника размер вознаграждения. — Я ей гружу по-черному, а она как сорока на хвосте той несет. Умора просто!

— Что втемную используешь, это хорошо. Это правильно. Потому как все бабы — суки и верить им нельзя. Ладно, все… Подъезжай завтра как всегда…

Аккуратно положив трубочку на рычаг, Востриков едва ли не повизгивал от удовольствия. Ведь и информация-то, по большому счету, яйца выеденного не стоила. Так ведь надо было преподать ее правильно. Где необходимо — паузу выдержать. Дыхание сбить неимоверно…

Нет, молодец он все-таки! Молодец!..

— Илья Андреевич, — корябнулась в дверь Нинка и осторожно просунула в щелку аккуратный носик. — К вам можно?

— Заходи, Нинок! — благосклонно улыбнулся Востриков. — Заходи, разговор есть.

Нина зашла. Плотно прикрыла дверь и, следуя безмолвным указаниям шефа, тут же дважды повернула ключ в замке. Плевать ей было на то, что до обеденного перерыва еще больше часа. Заняты они, понятно? Заняты, и все тут! А уж чем — это их проблемы…

Илья Андреевич с сальной улыбкой наблюдал за тем, как Ниночка, по-кошачьи выгибаясь, освобождается от одежды. Пусть он не был молод. Пусть лысина расползлась на большую часть головы, а оставшаяся растительность мало чем напоминала волосы. Но когда перед тобой молодая обнаженная женщина, к тому же весьма недурственной наружности, то волей-неволей моложе себя считаешь. Да он с ней горы готов был свернуть! И дело было не только в сексе. А в том, что имелся у нее еще один талант, очень даже полезный для него, хотя, может, кому-то и показался бы недостатком.

Ниночка была доверчива. Доверчива настолько, что верила всем его обещаниям и посулам. Ей бы, глупышке, пораскинуть умишком да подсчитать, что он реально может для нее сделать. Ну распить с ней бутылочку-другую. Ну коробочку конфет распечатать после оргазма. А она верит в то, что он всесилен и всемогущ.

Ну, верит и верит. Ему-то с этого ничего, кроме выгоды. Как раз наоборот. Чем больше она ему верит, тем больше у него шансов использовать ее в своих интересах.

Вот и сегодня помогла ему сотню-другую баксов сбить. Какой-никакой похвалы все же заслужила.

— Иди ко мне, киска, — призывно шевельнул он толстенькими пальчиками. — Иди к папочке, он что-то хочет дать тебе.

Глазки у Нинки вожделенно загорелись. Может быть, хоть на сей раз этот толстый боров раскошелится на что-нибудь путное. В стол полез. Коробочку какую-то достает.

— Ух ты! — восхищенно выдохнула Нина, узрев на тонкой цепочке турецкого золота небольшой кулончик с вкрапленным стразом. — Милый! Какая прелесть!

Знать бы ей, что сия прелесть была накануне забракована его дочерью как предмет, недостойный для ношения, может, и поубавилось бы восторгов. Но Ниночка, разумеется, об этом не знала. Да и не узнает никогда.

Взяв пальчиками дешевую радость, она повесила ее себе на шею. Поместила фальшиво сверкающий камень между упругих грудей. И менее чем через минуту оседлала приспустившего штаны Вострикова, соревнуясь с порнозвездами в мастерстве имитации оглушительного удовольствия.

Вполне довольный собой, Александр вел машину не торопясь. Куда спешить, раз назначенное для встречи время не наступило. По телефону босс разговаривать отказался. Сразу выслушать его не захотел, отодвинув время его визита к нему едва ли не на полдня, так чего пыжиться-то? У него тоже гордость имеется. Сегодня он на него служит, а завтра к его врагам подастся. Тоже мне оберштурмбаннфюрер…

Тьфу ты, черт! Любят же из себя покорчить! В тени он держится!.. Какая, к черту, тень? Шила в мешке не утаишь. А тут и городишко-то всего тысяч пятьсот-восемьсот. Тут каждая блоха друг друга знает. Об авторитетах и подавно все в курсе. И дело это, из-за которого шеф весь издергался, тоже многим известно. Деньги! Вот что лишало того покоя.

Но его, конечно, дело десятое. Ему сказано, значит, будет пургу гнать на всю катушку. Бабки хорошие. Служба тоже поставлена классно. Менты не напрягают особо. Чего трепыхаться?

Под вялое течение бесхитростных мыслишек Саша остановил машину в излюбленном месте под старым каштаном. Надвинул на глаза бейсболку. Сцепил руки перед грудью и попытался задремать.

Но задремлешь тут, как же! То мобильник не дает покоя, трезвоня по пустякам, то красотки местные перед окном длиннющими ногами выписывают, норовя друг друга перещеголять по степени оголенности.

Александр вконец расстроился. Такие девочки, а он, как пингвин нетронутый, сидит здесь и ворон считает, ожидаючи царственного соизволения. Сейчас бы на скорости да за город. Да так, чтобы телка классная на ухо всякие глупости нашептывала.