Чтение онлайн

— Вы пытаетесь спасти Ярну? Почему?

— Иль, это война - она давно идет и по всей Галактике. Мы вообще пытаемся выдавить сагонов из Галактики. Квирин и Федерация - единственные, кто способен серьезно противостоять сагонам. Но нас не так много… Однако если мы позволим сагонам захватывать другие планеты, они выйдут и на Квирин… Пока мы защищены, но… так уж сложилось, Иль, что мы воюем против них.

Он взглянул ей в лицо.

— Иль, я буду говорить честно. Перед нами никто не ставил задачу спасти тебя. Задача другая - через тебя выйти на сагона. И убить его.

— Когда он будет… общаться со мной.

— Именно так. Это очень важно. Несколько человек заняты только этим. Выследить и убить одного сагона - это очень большая часть успеха всей операции.

— Господи, - Ильгет прикрыла глаза рукой.

— Иль, я сделаю все возможное, чтобы спасти тебя. Да и не только я… все мы сделаем все возможное… Если… если не будет поздно.

— Арнис, - ее глаза были ясными и спокойными, - понимаешь, в чем дело… ведь для того, чтобы вы могли убить сагона, вам нужно какое-то сопротивление с моей стороны… в смысле, чтобы он не в первую же минуту превратил меня в марионетку… или свел с ума. Но ты знаешь… ты ведь уже меня изучил… я очень слабый человек. Если, например, меня пытать, то я уже через минуту сломаюсь и все выдам. Да и вообще, ну знаешь же… слабый я человек.

— Вообще да. Мы анализировали твой психотип. Да. Ты слабый человек. Но видишь ли… сагон не назвал бы твоего имени, если бы не рассчитывал на длительное и интересное общение с тобой. Сагон не мог ошибиться. Ему интересны в первую очередь люди, которые сопротивляются. Так было всегда. Словом, раз он твое имя назвал…

Он умолк. Во рту пересохло и горело. Господи, ведь это цинизм. Полнейший цинизм. Нельзя так.

— Хорошо, - сказала Ильгет, - раз так, то конечно… пусть.

Мы ведь могли бы спасти тебя. Прямо сейчас. Забрать на Квирин. Там он не достанет тебя никогда.

— Я хочу, чтобы ты знала, Иль… возможность тебе не встречаться с сагоном есть. Увезти тебя отсюда на Квирин, навсегда - можно. А вероятность того, что после встречи с ним ты выживешь… по статистике это 8 процентов.

Ильгет долго молчала, глядя в сторону. Потом сказала.

— Если вам нужно, чтобы я встретилась с сагоном, то пусть так и будет.

Ильгет взбежала по лестнице на четвертый этаж.

Многое изменилось в последнее время, и если подумать - то даже и не к худшему.

Разве сравнить тот кошмар, ту депрессию, в которую я была погружена всего пару недель назад - и теперешнее состояние готовности ко всему, и страшное, огромное желание ЖИТЬ. Выжить. А недавно готова была добровольно уйти из жизни, не понимала, зачем жить дальше.

Да просто чтобы жить. Глупость какая.

Впрочем, и смерть - не такое уж страшное дело.

Страшно все остальное, что связано с предстоящей Встречей, но пока об этом лучше просто не думать.

Ильгет открыла дверь. Громкий жизнерадостный голос свекрови резал слух.

— Главное, посмотри, как это будет хорошо, обивка с такими цветочками! А этот ваш уголок давно пора выбросить! Такому место только на помойке…

Ильгет сделала пару глубоких вдохов и выдохов. Приласкала Ноку, бешено вертящую хвостом.

Она догадывалась, о чем шла речь. Свекровь уже месяц вела планомерное наступление на их мягкую мебель. Уголок, купленный четыре года назад, почти без единого изъяна, был объявлен безнадежным старьем, а взамен мамочка пыталась всучить детям какой-то супердешевый (всего лишь месячный заработок Ильгет) и очень красивый гарнитур с цветочками, который продавала ее знакомая (и никак не могла продать). Пита, как всегда, мычал что-то - да, мама, да… и по обыкновению просто оттягивал момент покупки нового уголка, хотя потом за глаза ворчал на мать. Ильгет никто не спрашивал.

Она скинула куртку, поставила сапожки в гардероб. Туда же аккуратно убрала сумку. Вошла в комнату. Нока почапала за ней.

— А, Ильгет! Ну, доченька, вот посмотри, - свекровь совала ей под нос фотографию гарнитура, призывая ее, как обычно, в союзницы, - ну скажи свое слово: ведь этот уголок вам гораздо больше подходит? Ведь правда?

— Нет, - сказала Ильгет. Глаза свекрови в буквальном смысле слова вылезли на лоб. Она осеклась, не зная, что сказать. Ильгет развила свою мысль.

— Нам этот уголок не нравится. Да и старый еще очень даже ничего, по-моему, он чистый, зачем его менять? Только деньги тратить. Но даже если мы захотим его менять, то сами что-нибудь выберем. Спасибо за заботу, не надо.

— А… - протянула свекровь, вмиг потемнев лицом, - Ну ладно… не надо - значит не надо…

Она вышла в коридор. Пита побежал за ней - подавать пальто и прощаться. Ильгет плюхнулась на охаянный диван, бессильно уронив руки. Нока подошла, положила ей на колени голову.

Из коридора доносилось глухое ворчание.

— У вас еще и собака на диване лежит. Ну разве нормальная женщина, хозяйка допустит, чтобы собака диваны портила?

Пита проводил мать, хлопнула дверь. Вернулся в комнату. Посмотрел на Ильгет недовольно.

— Что, обязательно надо было скандал устраивать?

— Какой скандал?
– удивилась Ильгет, - по-моему, я просто высказала свое мнение. Я не имею права на свое мнение? Даже по поводу нашей же мебели?

— О Господи!
– простонал Пита, - ты что, не понимаешь? Она теперь будет полгода мне этот уголок припоминать!

— Так что - дешевле было бы его поменять, как она хочет? Ты же сам не хотел, ну Пита! Ты же не хотел этот новый уголок!

Пита стоял в любимой позе - уткнувшись головой в стенку, с видом смертельно больного и уставшего человека.

— Пита, давай не будем, - сказала Ильгет спокойно, - ты сам понимаешь, что мы слишком много уступаем. Во всем.

— Вот именно, я постоянно уступаю тебе.

— Но Пита… почему? Ты же сам не хотел этот уголок, разве не так?

— Почему ты надо мной издеваешься?
– риторически вопросил Пита.

— Я? Издеваюсь?
– Ильгет внутренне напряглась. Обычно вслед за этим вопросом следовала жуткая истерика. Иногда сопровождающаяся рукоприкладством. К счастью редко…

— Я больше не могу, - трагические нотки в голосе Питы нарастали, - я работаю, как вол, чтобы удовлетворить вас всех! И маму с ее проектами! И тебя! А ты еще устраиваешь мне такие сцены! Неужели так трудно сохранить с мамой хорошие отношения?