Доплыть до Каталины
Шрифт:
"Я вижу, куда ты клонишь, и ты достаточно умен, если так мыслишь".
"Вот что еще меня беспокоит. Он утверждает, что имеет какой-то, не очень большой, бизнес в Нью-Йорке - что-то из недвижимости, пару ресторанов - но при этом говорит, что адвокаты, раньше представлявшие его интересы, выставляли ему счета на сумму свыше миллиона долларов в качестве ежегодных гонораров. Не кажется ли тебе это странным, а"?
"Нет, не кажется. Если он тратит на юристов миллион в год, значит у него либо большой бизнес в городе, либо там у него большие неприятности. На твоем месте, я бы поставил вопрос именно так".
"Я задам этот вопрос. Кроме того, он говорил, что у меня появится возможность инвестировать средства в его проекты".
"Я бы поостерегся это делать, молодой человек. Поскольку ты - представитель органов правосудия, то должен быть на сто процентов уверен, что это абсолютно чистое капиталовложение".
"Ну, я еще не знаю, стоит ли мне связываться с ним. В любом случае, что стоит за именем - Стармак"?
"Он - шведский еврей, если ты можешь в это поверить".
"Думаю, что евреи живут всюду. Почему бы ему не быть родом из Швеции"?
"В самом деле, почему бы и нет? Как я слышал, дед Стармака был дилером -оптовиком по продаже рыбы в Стокгольме, а его сын, Мо, попал в большую беду, может, даже убил кого-то, и должен был бежать из страны. Он объявился в Нью-Йорке и через семейные связи встретился с Мейером Ланским. Очевидно, это была любовь с первого взгляда".
"Кстати, на вечере у Вэнса был еще один человек, который показался мне несколько странным. Его имя - Онофрио Ипполито. Оно тебе о чем-то говорит"?
"Он - банкир, вот все, что мне известно. Мне говорили, он прямой, как стрела".
"Смешно, но он выглядел, как мафиози".
"Стоун, ты слишком долго был полицейским. Не каждый с итальянским именем, непременно мафиози".
"Я знаю".
"А теперь расскажи мне, что ты делаешь в Лос Анжелесе"?
"О, у меня роль в фильме".
"У тебя, что"?
"Вчера я прошел кинопробу, и меня взяли на роль. Я, оказывается, самое сенсационное открытие в этом городе".
"Ну, ладно, ты, очевидно, просто не хочешь рассказать мне, так что я лучше пойду".
"Билл, я тебя не разыгрываю", сказал Стоун, но Эггерс уже положил трубку.
Стоун принял душ и заказал завтрак, а когда пришел официант, заметил толстый конверт на кофейном столике в гостиной. Он вскрыл его и обнаружил там сценарий. "Что ж", подумал он, "есть над чем поработать".
Следующий час он посвятил работе над ролью, потом зазвонил телефон.
"Хэлло"?
"Стоун Баррингтон"?
"Да".
"Меня зовут Бобби Рутон. Я занимаюсь костюмами для фильма "Из суда".
"Понятно. Чем могу помочь"?
"Слушай, гардеробный отдел Центуриона не был готов к тому, чтобы одевать адвоката, которого ты играешь - слишком малые сроки, но, в любом случае, надо тебя как-то приодеть".
"Окей".
"Какие костюмы и рубашки ты обычно носишь"?
"Костюмы от Ральфа Лорена, с фиолетовыми ярлычками, когда могу себе это позволить, и рубашки от Торнбулла и Ассера".
"Так, у них есть рубашки от Неймана. Какой размер"?
"Наиболее подходит костюм сорок два дюйма длиной. И придется подшить немного брюки".
"Размер рубашки"?
"16".
"Размер обуви"?
"10 D".
"Ясно. Когда к одиннадцати приедешь в студию, у меня что-то уже будет готово для примерки. Нижнее белье - твое собственное и помни, что ты можешь попасть на улице под машину. Не заставляй краснеть свою мамашу".
Стоун рассмеялся. "Увидимся в одиннадцать". Он повесил трубку. "Господи"! воскликнул он, "Кажется, я больше не в Канзасе".
10
Стоун приехал на студию Центурион и назвал свое имя. Ему выдали пропуск на стоянку с отметкой VIP*, и указали, где Двенадцатая сцена. Вспомнив свой вчерашний маршрут, он доехал до огромного здания и поставил открытый Мерседес на резервную стоянку для VIP. Молодой человек лет двадцати с небольшим стоял у входа.
"Стоун Баррингтон"?
"Это я".
"Я - Тим Корбин, ассистент режиссера. Я покажу Вам, где что, а затем отведу Вас в гардеробную и гримерную. Следуйте за мной". Он повел его за угол на улицу между двумя сценами, вынул из кармана ключ и отворил среднего размера дверцу автофургона. "Это двадцать первый номер. На период съемок он Ваш".
Стоун последовал внутрь за ассистентом. Там была гостиная, спальня, небольшая кухонька, туалет и маленькая комната с письменным столом, телефоном и факс машиной. Холодильник был забит минералкой, соками и фруктами. "Очень мило", сказал он.
"Это высший класс сервиса для актера второй роли", сказал Корбин. "Вы спите с директором"?
"Он не в моем вкусе".
"Здесь вы будете в перерывах между съемками. Если не будет других указаний, Вы должны находиться на съемках с восьми утра до шести вечера, и, если не будете заняты на сцене, тут они всегда смогут Вас найти. У Вас здесь свой телефонный номер и линия факсимильной связи. Кстати, этот ключ одновременно является ключом зажигания, но, убедительная просьба, не трогать его. Это работа Тимстеров, и мы не хотим неприятностей с Тимстерами, ведь правда"?