Чтение онлайн

– Какие выводы? О том, что мне нельзя пользоваться результатами чужого труда?

Отец быстро вышел, дверь закрылась.

Володя лег, завернулся в одеяло. В окно светила луна, мешала. Надо бы встать, задернуть шторы, равнодушно подумал он, поворачиваясь на бок и подкладывая ладонь под щеку.

Ну и пусть, шепотом сказал он. Ну и пусть завтра что угодно, и в гимназии он скажет правду – что не знает, что писать про родину и чужую сторону, что никакого сочинения он не написал. С этими мыслями он уснул.

***

Наутро все казалось другим. Вспоминая прошедший день, Володя удивлялся – и отчего плакал у Нины, и с чего так разговаривал с отцом, и почему не мог написать сам простейшее сочинение?

Переписанное сочинение он сдавать не стал – попросил, чтобы дали еще два дня, не успел подготовиться. Учитель пожал плечами, но возражать не стал – гимназист Альберг учился отлично, если что-то не успел, то уж всяко не по причине лени.

После уроков Володя пошел встречать Нину.

Из ворот гимназии выходил Арсений Васильевич. Увидев Володю, он рассеянно поздоровался и пошел дальше. Володя догнал его:

– Арсений Васильевич, извините меня, что я вчера так…

Смирнов остановился:

– Да, некрасиво.

– Нина сердится?

– Конечно.

– Она мне вчера сочинение принесла. Я сам не знаю, что вчера был за день. Я не могу объяснить…

– И не надо уже. С Ниной, наверное, помиритесь, а ты уж на будущее старайся как-то сдерживаться, Володя. Мы ведь в твоих настроениях не виноваты, так?

– Так. Простите меня!

– Хорошо, забыли. Ну, я забыл, а Нина сама тебе все скажет.

– Что вам в гимназии сказали?

– Да что в таких случаях говорят, то и сказали, наверное. Я, сказать по правде, не больно слушал.

– У меня папу пока ни разу не вызывали.

– Я тоже пока не бывал. Вот – с почином…

– Вы совсем не сердитесь?

– На что?

– На кого, на Нину.

– Нет, конечно. А что сделалось? Правильно она все сказала, да если б и неправильно? Она моя дочка, я всегда на ее стороне буду, на то я ей и отец.

– А если она что-то совсем не то сделает?

– Все равно, какая мне разница?

– А если вот – человек преступник?

– Это горе для родителей, но все равно они родители и они все равно на стороне своего ребенка. В любом случае.

Володя задумчиво кивнул.

– Ты ждать ее будешь или домой пойдешь?

– Я ждать. Мириться.

– Ну жди. Сразу домой идите потом, а то она голодная.

Арсений Васильевич ушел. Володя стал медленно бродить туда-сюда мимо ворот.

Как он хорошо сказал – все равно на стороне ребенка…

Нина вышла через полчаса. Увидев Володю, она нахмурилась.

– Я прошу прощения, – поспешно сказал он, – Нина, не знаю, что на меня вчера нашло…

Нина пожала плечами:

– Мне не хочется тебя прощать. Мне не хочется с тобой разговаривать…

– Как? – опешил Володя, – но…

– А что такого? – спросил Нина ровно, – вчера ты делал что хотел, ты плакал и не объяснял, что случилось, ты сказал, что я ничего не знаю… что один город выучила…

– Нина!

– Молчи и слушай! Ты что так удивился, что я с тобой разговаривать не хочу? Ты вчера – хотел? Ты вчера взял и домой ушел, и сочинение – которое я тебе писала – на стол бросил!

– Я не бросил! Я положил.

– Какая разница? Я для тебя старалась! Я тебе писала. А ты? Ты что хочешь делаешь – и я что хочу! Не хочу тебя слышать! Не хочу видеть! Иди домой и злись дальше!

И она быстро пошла по улице.

Володя бросился за ней:

– Погоди, Нина!

– Ну что?

– Что мне делать? – тихо спросил он.

– Ждать, пока я захочу с тобой разговаривать! Если вообще захочу! Я ведь жду! Ты обижаешься и убегаешь, я тебя догоняю, мирюсь, утешаю! Надоел! Надоел, слышишь?

– Слышу! Нина, я слышу, я понимаю. Правда. Что мне теперь делать? Домой идти? И вечером прийти, да? Или ты ко мне придешь? Хотя… вечером.. я папе вчера сказал, что сочинение ты писала, он сегодня со мной разговаривать будет… так что я, наверное, не приду.

– Зачем ты про сочинение сказал? – удивилась Нина.

– Да… день вообще какой-то был. Не знаю, Нина! Ну… мне даже сказать нечего.

– Какой ты глупый… – вздохнула Нина, – правда глупый, Володя, ну как с тобой быть? Ты давно тут болтаешься?

– Как уроки кончились – сразу сюда пришел. Я и Арсения Васильевича видел.

– Вот ты натворил! – сердито сказала Нина, – папа сегодня пирожных купит – меня утешать, что после уроков оставляют. А ты? Неужели твой отец тебя к нам не отпустит?

– Нет, наверное. Он вчера очень сердился.

– Ты сам виноват! Ладно, пойдем. Ты замерз, наверное?

– Нет, совсем нет.

Они дошли до дома. По дороге Нина рассказывала, что за эти полчаса в пустом классе она успела прочитать половину книги:

– Про такую героическую девочку!

Володя отвлеченно кивал.

Около дома Нина взяла его за пуговицу:

– Володя, иди домой, веди себя прилично. Поговори с папой, объясни… Ну, что не знал, что писать, что обычно ты мне помогаешь…

– А я не стал сочинение сдавать. Я потом сам напишу.

– Ну вот и это папе скажи. Я тебя все-таки буду ждать вечером.

– Нет, папа же поздно приходит, так что я сегодня точно не приду.

– Хорошо. Завтра увидимся. Ох, я за тебя переживаю!