Чтение онлайн

— Да, такое со мной случалось неоднократно.

— Но ведь ты ни разу не дал себя провести, верно?

— Ну, разок, наверное, все же было.

— Когда? Назови хоть один раз.

— О… Думаю, все же был один раз в… гм… ну, в общем, наверное, вспомнил бы, если б постарался.

— Нет, не вспомнишь, даже и стараться не стоит, — заметил Август. — Потому как этого никогда не было, ни разу! Книга, которую ты мне прислал, была самым совершенным клоном «Евангелия от Генриха Льва», который мне только доводилось видеть, но все равно — подделка. Есть что-то такое в прикосновении к бумаге. В оттенке чернил. Не могу точно описать это словами, но всегда есть нечто подсказывающее мне — книга ненастоящая.

Кливленд насмешливо фыркнул:

— Так ты что же, опираешься лишь на чутье? Прости, сын, но на понт меня не взять; нужны более серьезные, материальные, что ли, доказательства.

— Да. Наверное. Но одними подозрениями тут не обойтись. Последнее веское подтверждение я получил на базе Ньюмайера, когда мы только приземлились в Антарктиде. Мы соображали, какая связь существует между книгой и картой, и использовали координаты карты, чтобы расшифровать коды в книге.

— Должен признать, блестящая была идея.

— Спасибо. У меня была сильная команда.

— А знаешь ли, каким образом…

— Послушай, отец…

— Что?

— Не пытайся сбить меня с толку.

— Ладно.

— Итак, как я уже говорил, мы использовали координаты, приведенные в карте. Затем с их помощью выделили ряд букв в книге. И получили первый код: AZJRPQMQKYSYU. Тебе этот код не кажется несколько странным?

— Да нет.

— Нет? — вскинул брови Август. — А как насчет буквы «J»?

— Ну… возможно, это был глиптический вариант. Ты об этом не подумал?

— Ни о каком таком варианте и речи быть не может, — ответил Август. — Это была буква «J», вне всяких сомнений. Сам видел, собственными глазами. Я еще тогда подумал: «Странно. Как это в книгу двенадцатого века затесалась буква времен постренессанса?» И тут вдруг до меня дошло. Книга не двенадцатого века, а двадцатого!

— Какая нелепость!

— Думаю, нацисты создали весьма искусную копию «Евангелия от Генриха Льва». Совершенную, за исключением одного. Они изменили несколько букв специально, чтобы соответствовали ключу карты. И действовали при этом осторожно. Это несоответствие можно было заметить только при ближайшем и самом внимательном рассмотрении.

— Да, наверное, я просто недоглядел. Пропустил, прохлопал.

— Прохлопал? Да все время своего пребывания в Германии ты изучал эту книгу. И чтобы не заметить такую существенную деталь? Ну если бы ты был неопытным антикваром, тогда еще простительно. Но ведь ты у нас профессионал. Возможно, самый лучший в мире. А это, в свою очередь, означает, что тебе известно, где в настоящее время находится оригинал «Евангелия от Генриха Льва».

— Понятия не имею, о чем это ты, — проворчал в ответ Кливленд.

Но от внимания Августа не укрылась искорка, вдруг блеснувшая в глазах отца, беглая, почти неразличимая, свидетельствующая о том, что он лукавит. Врет или же просто притворяется.

— Где книга?

— Если настоящий экземпляр «Евангелия от Генриха Льва» и существует, тогда, полагаю, он спрятан где-нибудь в надежном месте, в каком-нибудь сейфе, вдалеке от загребущих лап «Черных Фем» или какой-либо другой организации, страждущей завладеть этим сокровищем. — Он посмотрел сыну прямо в глаза. — В число этих страждущих входишь и ты, сын мой. А может, уже являешься тем владельцем?..

— Я?

— У тебя тоже далеко не безупречная репутация.

Август кивнул:

— Обо мне не беспокойся. Я усвоил все преподанные мне уроки.

— Разве? Тогда к чему все эти вопросы о книге?

Сын понимал — расспрашивать дальше нет никакого смысла.

— Я когда-нибудь узнаю правду?

Отец лишь улыбнулся:

— Всему свое время.

Три месяца спустя

Нью-Йорк

— С днем рожденья меня! — пропел Чарли, входя в распахнутую дверь и стряхивая опавшую листву с ботинок.

— Чарли! Зачем ты это делаешь?

— Извини, бабушка Роуз.

— Ладно, ерунда, — буркнула она, втянула внука в дом с холода и закрыла за ним дверь. — Так и быть, в день рождения прощается! А теперь давай быстренько на кухню, выпей горячего какао.

— С суфле из кукурузного сиропа, да?

— Прости, сын, но я все слопал дочиста, — входя в кухню, сказал Август.

— Пап! Ты что, правда съел все суфле?

— Да нет, конечно. Просто пошутил.

— Суфле из кукурузного сиропа — вещь настолько серьезная, что любые шутки тут неуместны.

Август скроил огорченную гримасу.

— Да. Очень серьезная штука, это суфле из кукурузного сиропа.

И тут оба они не выдержали, так и покатились со смеху, а бабушка Роуз тем временем налила в кружки густую ароматную жидкость и подала. Они чокнулись и отпили по глотку.

— С днем рождения, малыш.

— Спасибо, пап.

— А сколько, кстати, тебе стукнуло? Пять? Шесть?

— Пап! Ты же знаешь, сколько мне лет!

— Семь? Или, может, целых восемь? Что-то я потерял счет твоим годам.

Чарли лишь удрученно покачал головой. В дверь позвонили.

— Я открою, — сказал Август. Поднялся, отворил дверь и увидел Кливленда, буквально обвешанного коробками и пакетами с подарками.

— Дедушка! — радостно воскликнул Чарли, бросился к Кливленду, крепко обнял его. И тут взгляд его упал на гору разноцветных коробок на полу. — О, вот это да! Это все мне? Что там?