Чтение онлайн

— Да, у всех нас наблюдается то же самое, — протянул доктор Марш и открыл дверь.

— Позже поговорим, — заметила она и, развернувшись, зашагала по коридору. Сердце тревожно и громко билось в груди под паркой. Она старалась отойти как можно дальше, прежде чем он заметит, что произошло с Николя.

— Айви!

Она так и застыла на месте.

— Да?

Обернулась, полезла под парку за пистолетом. Дрожащие пальцы сомкнулись на спусковом крючке.

— Это твое? — Он держал в руке какой-то предмет.

В сумеречном освещении коридора Айви никак не могла разобрать, что это такое. Щелкнула предохранителем.

— Что там у вас? — Она судорожно перебирала в уме все возможности и варианты. Может, она забыла выдернуть нож из трупа? Никак не удавалось вспомнить…

Марш шагнул и оказался в свете лампы. Только тут она увидела, что он держит в руке бокал Николя.

— Вообще-то это довольно невежливо и глупо, вот так разбрасываться хорошим добрым мерло. Следующая поставка морем ожидается только через месяц.

— Постараюсь принять это к сведению, — сказала Айви. Обычно любые замечания она принимала в штыки, но обстоятельства требовали сдержанности.

Путь по коридору показался бесконечным. И вот наконец она добралась до двери в шлюзовую камеру, приблизила лицо к запорному устройству, чтобы то сканировало сетчатку ее глаз. Замок щелкнул, дверь отворилась, она вошла в камеру. Там она натянула перчатки, плотный шлем, надела специальные защитные очки, словом, сделала все, чтобы защитить особо чувствительные участки кожи лица и рук, когда откроется наружная дверь. Тридцать ниже нуля — это, конечно, не самый страшный вариант, бывало и хуже, весь вопрос только в том, сколько времени ей придется пробыть на холоде.

И вот с шипением дверь шлюза отползла в сторону, и взору ее предстал ледяной полярный пейзаж. На миг Сегур засомневалась в успешном исходе дела — что, если шум, который она поднимет, услышат члены команды Ньюмейера? А впрочем, неважно. Все перепились, все равно не успеют среагировать.

В свете ярких ламп, что свисали с потолка над головой, был виден транспорт, на котором собиралась ускользнуть Айви, — специально разработанный для условий Арктики красный гусеничный снегоход фирмы «Пистон Були». Она сбежала к нему по настилу, открыла боковую дверцу, влезла в кабину. Повернула ключ зажигания, который никогда не вынимали из замка, прислушалась к сердитому ворчанию мотора — ну прямо как медведь, которого вывели из спячки.

Айви сдала назад и отъехала от входа в загрузочный отсек по настилу. Затем включила передние фары снегохода и оглядела здание полярной станции, которое раскинулось перед ней во всей своей странной футуристической красоте, — корпус в виде широченной трубы крепился на нескольких высоких изогнутых ножках. Сооружение походило на гигантского белого жука, и вообще все вокруг напоминало кадр из фантастического фильма. Что было близко к истине, поскольку станция изначально предназначалась для работы на окололунной орбите. И нынешнее ее местонахождение было ненамного ближе.

Она сняла перчатки и очки. Вздохнула, глядя, как воздух изо рта моментально превращается в пар. И, вся дрожа от холода, включила в снегоходе отопление. Потом полезла во внутренний карман парки, достала из него устройство, напоминающее маленький переносной радиопередатчик, с той разницей, что у этого вытянулся на передней панели целый ряд кнопок. Надавила на первую и увидела, как в нижней части полярной станции загорелся маленький красный огонек.

Вот оно. Крохотная красная точка вдалеке.

Мысленно Айви представила, что вскоре будет происходить с людьми внутри. В том числе и с Ньюмейером. Ощущение нехватки воздуха. Помутнение в глазах. Тошнота, которая вскоре превратится в просто невыносимую тошноту. Мышечные судороги. Кровотечение из носа. Жжение в легких. А затем — смерть.

Она взглянула на часы. Еще десять минут — и вся станция наполнится ядовитой воздушной смесью. Оставалось только ждать. Почему она не захватила с собой какую-нибудь книжку?..

Снова взглянула на часы. Осталось девять с половиной минут. Время тянулось с удручающей медлительностью. Как такое возможно? Примерно то же самое ощущение испытала она на задании в Гонконге — тогда то было худшее, самое мучительное ожидание из всех в ее жизни. Там она изображала проститутку, вступила в связь с британским дипломатом и отравила его бокалом вина. Первые несколько минут наблюдала за тем, как он судорожно хватает ртом воздух, и едва сдерживалась, чтобы не броситься к телефону и вызвать «Скорую». Но разум возобладал над чувствами, и она заперла его в ванной.

Сегур ждала, когда он наконец умрет, и время показалось ей вечностью. Она до сих пор помнила, как он, задыхаясь, скребся и царапался в дверь. Ужасно… Лишь через час шум в ванной наконец стих. Она вытерла слезы, поправила макияж и вышла на улицу, молясь о том, чтобы больше ей не приходилось выполнять такие задания. И вот вам, пожалуйста, всего через несколько месяцев оказалась примерно в такой же ситуации. Можно было сколько угодно лгать самой себе и оправдываться. Но истина состояла в том, что она обречена на эту работу, как обречены теперь на смерть люди, задыхающиеся на полу полярной станции.

Прошло десять минут. За это время ни одна из дверей станции не открылась, а это означало, что ни один из ее обитателей не избежал своей участи. И вот она нажала на вторую кнопку на панели и активировала тем самым мощную внутреннюю систему вентиляции, встроенную в станцию. Полное очищение воздуха займет всего несколько минут. Возбуждение понемногу прошло, Айви сидела в теплой кабине снегохода, слушала тихое урчание мотора, и ее начало клонить в сон. Она приказала себе: не спать! Затопала ногами, захлопала в ладоши и даже попыталась спеть песенку, слышанную по радио накануне. Веки так и норовили сомкнуться, но она то и дело напоминала себе о важности задания и продолжала бодрствовать.

И вот наконец Айви надавила третью кнопку на приборе, та приводила в действие датчик, способный определить, пригоден ли воздух на станции для дыхания. Ответ должен был высветиться специальным маячком, закрепленным у основания сооружения.

Вот он моргнул желтым. Условия до сих пор неприемлемые.

Айви тяжко вздохнула и уже не в первый раз пожалела, что не захватила с собой книжки.

— Ну давай же! — взмолилась она. — Дай мне зеленый!

И словно по волшебству, в тот же миг загорелся зеленый огонек. Всего-то и надо было, что попросить как следует.