Чтение онлайн

— Теперь ты понял, — сказала девочка. — Билл тоже может подражать людям.

— Да. — Его буквально трясло. — Я понял.

— И подражать очень здорово. — Темные глаза Эди сверкали.

— Очень, очень здорово, — пробормотал Хоппи. «Не хуже меня, — подумал он. — А может и лучше, чем я. Нужно быть поосторожнее с этим ее братцем Биллом, — прикинул Хоппи — Да и вообще разумнее держаться в стороне. Он преподал мне хороший урок.

В принципе, — вдруг осознал он, — это вполне мог быть и настоящий Фергюсон. Перевоплощенный, это еще называют реинкарнацией, ведь бомба могла вызвать подобный эффект, хоть я и не понимаю как. В таком случае, это никакая не имитация, и первое мое впечатление было совершенно правильным, но откуда же мне знать правду. Сам он мне нипочем не скажет — ведь он ненавидит меня, думаю из-за того, что я насмехался над его сестрицей Эди. Вот тут я допустил ошибку — не следовало мне смеяться над ней.

— Так, так, так… — начал он, и кое-кто начал оборачиваться к нему. Часть людей снова была готова слушать его. — С вами снова ваш старый приятель, — продолжал Хоппи. Но на сей раз он не вкладывал душу в то, что говорил, голос его дрожал. Он улыбнулся слушателям, но не заметил ни одной ответной улыбки. — Может, еще немножко почитаем, а? — спросил он. — А то братишка Эди тоже хочет послушать. — С этими словами он протянул манипулятор и подкрутил ручку громкости радио, потом подстроил его.

«Ты получишь все, что угодно, — думал он. — Хоть чтение, хоть что. Сколько ты пробыл здесь? Всего семь лет? А впечатление такое, будто целую вечность. Кажется, что ты… существовал всегда. С ним говорило какое-то невероятно древнее морщинистое седое существо. Что-то маленькое и костлявое, плавающее в жидкости. Обросшее пушистыми волосами, которые струились длинными космами. Зуб даю, это был сам Фергюсон, — сказал себе Хоппи. — Я просто чувствовал , что это он. Да, наверняка он там, внутри этой девчонки.

А интересно, может он выбраться наружу?»

Эди Келлер сказала брату:

— Как ты сумел так напугать его? Он перепугался до смерти.

Откуда-то изнутри послышался знакомый голос:

— Я раньше был кем-то, с кем он давным-давно был знаком. Кем-то, кто потом умер.

— А-а! — протянула Эди. — Вот оно что. Впрочем, так я и думала. — Девочка явно была довольна. — А еще ты его собираешься пугать?

— Если он будет вести себя плохо, — ответил Билл, — я еще и не такое ему покажу.

— А откуда ты узнал о мертвом человеке?

— Ну, — ответил Билл, — …ты же сама знаешь откуда. Потому что я и сам мертвый. — Он усмехнулся где-то в недрах тела Эди; она почувствовала подрагивание изнутри.

— Ну какой же ты мертвый, — возразила она. — Ты такой же живой, как и я. Не смей больше так говорить, это плохо. — Слова брата напугали ее.

Билл сказал:

— Да ладно, я пошутил, больше не буду. Жаль, не видел его лица. Как он выглядел?

— Ужасно, — сказала Эди. — Когда ты заговорил с ним, физтономия у него стала как у лягушки. Хотя ты все равно не знаешь, как выглядит лягушка, да и вообще ты не знаешь что и как выглядит, поэтому бесполезно объяснять.

— Как бы мне хотелось выйти наружу, — жалобно сказал Билл. Ну почему я не родился как все обычные дети! Может, я рожусь попозже?

— Доктор Стокстилл сказал, что это невозможно.

— А он не может помочь? Ты вроде бы сказала…

— Я ошиблась, — ответила Эди. — Я думала он может вырезать небольшую круглую дырочку, и все будет в порядке, но он сказал, что это невозможно.

Где-то в глубине ее тела Билли замолк.

— Да ладно, не расстраивайся, — сказала Эди. — Я и дальше буду рассказывать тебе обо всем. — Ей очень хотелось утешить его, и она продолжала: — Я больше никогда не поступлю как в тот раз, когда рассердилась на тебя и перестала рассказывать о том, что делается снаружи, обещаю.

— А может я сам смог бы заставить доктора Стокстилла выпустить меня наружу? — спросил Билл.

— Думаешь, удастся? Сомневаюсь.

— Смогу, если захочу.

— Нет, ответила она. — Врешь ты все, ты можешь только спать, да разговаривать с мертвыми. Ну, еще, может, имитировать разные голоса. Только это все пустяки — я и сама могу делать и то же самое, и еще целую кучу разных вещей.

Ответа не было.

— Билл, — продолжала она, — а знаешь что? Теперь два человека про тебя знают: Хоппи Харрингтон знает, и доктор Стокстилл тоже. А ты всегда твердил, что никто никогда о тебе не узнает. Получается, не такой уж ты и умный. Да, думаю, ты не больно-то умный.

Билл внутри нее продолжал спать.

— Если ты сделаешь что-нибудь нехорошее, — заявила Эди, — я могу проглотить какой-нибудь яд, и отравить тебя. Скажешь не так? Так что веди себя получше.

Девочка все больше и больше боялась его, и сейчас говорила в основном для храбрости. Может, было бы и не так уж плохо, если бы ты умер, думала Эди. Только тогда мне пришлось бы таскать тебя мертвого, а это… пожалуй, не слишком приятно. Вряд ли мне бы это понравилось.

Она поежилась.

— Не беспокойся обо мне, — неожиданно сказал Билл. То ли он вдруг проснулся, то ли вообще не спал, а просто притворялся. — Я много чего знаю, и могу сам о себе позаботиться. И тебя я тоже буду защищать. Ты лучше радуйся тому, что я есть, ведь я могу… ладно, тебе все равно не понять. Знаешь, я могу взглянуть на любого из мертвых, вроде того человека, которого я имитировал. Так вот, их ужасно много — миллионы, нет даже триллионы мертвецов, и все они очень разные. Когда я сплю, то слышу их бормотание. Они совсем близко.

— Близко где? — спросила она.

— Под нами, — ответил Билл. — Там, внизу — в земле.

— Брр! — поежилась Эди.

Билл рассмеялся.

— Это правда. И мы тоже когда-нибудь окажемся там. И мама с папой, и все остальные люди. Туда попадает вся и все, включая животных. Например, собака уже почти там — ну, помнишь, та, что умеет говорить. Может, еще и не совсем там, но это почти одно и то же. Вот увидишь.

— Не желаю я этого видеть, — сказала девочка. — Я хочу послушать чтение, так что помолчи, и дай послушать. А ты сам-то хочешь послушать? Ты же всегда говорил, что тебе нравится.

— Он тоже скоро будет там, — сказал Билл. — Тот человек на спутнике, который читает.

— Не может быть, — сказала она. — Ты уверен в этом?

— Да, — ответил ее брат. — Совершенно уверен. А еще раньше… ты знаешь кто такой очечник? Не знаешь, но он очень скоро окажется там — через несколько минут. А потом… — Он замолчал. — Нет, не скажу.

— Да, — сказала она. — Прошу тебя, не говори. Я не хочу этого слышать.

Ориентируясь на высокую мачту передатчика Хоппи, Элдон Блейн двигался к дому калеки. «Сейчас, или никогда, — думал он. — Времени в обрез». Никто не пытался остановить его, поскольку все были в Холле, включая и самого калеку. «Я найду радио и унесу его, — сказал себе Элдон. — Если уж я не смог умыкнуть самого калеку, так хоть вернусь в Болинас не с пустыми руками. Передатчик был уже совсем близко — Элдон чувствовал присутствие творения Хоппи… и тут он обо что-то споткнулся. Блейн рухнул навзничь, едва успев раскинуть руки. Остатки низкой ограды.

Теперь стал виден и сам дом, или то, что от него осталось. Фундамент, одна стена, а в центре кубической формы хибара, сооруженная из разного хлама и покрытая сверху рубероидом. Мачта, удерживаемая металлическими тросами-растяжками, стояла прямо позади небольшой дымовой трубы.

Передатчик был включен.

Элдон услышал его гудение еще до того, как заметил голубоватое свечение радиоламп. А из-под двери хижины лился свет. Он нащупал дверную ручку, секунду постоял, потом быстро повернул ее. Дверь поддалась так легко, как будто внутри его что-то поджидало.