Доиграешься, девочка!
Шрифт:
Нервничает. Я его хорошо знаю. Видимо, что-то еще мешает ему смириться с тем, что мы в скором времени породнимся.
— Папа, нам надо… — слышу женский голосок и перевожу взгляд на дверь. — Поговорить, — тише заканчивает Янина, глядя на меня удивленными глазами.
Господи, девочка моя. Бледная, заплаканная, какая-то совсем уж поникшая. Я готов сейчас всех, кто есть в кабинете, разорвать на мелкие кусочки. За то, что довели мою девочку о такого ужасного состояния.
Она должна улыбаться. Радоваться жизни. Быть счастливой. Со мной, конечно же, в главной роли.
А сейчас…
— Привет, — я улыбаюсь в надежде, что девушка сейчас подарит мне улыбку в ответ, но…
По щекам начинают течь слезы, и она, не обращая ни на кого внимания, направляется ко мне, а через пару секунд попадает в мои объятия. Слышу, как она начинает плакать.
Да что ж такое! Разорвать кого-то хочется еще сильнее.
— Тише, малышка, — я шепчу, глажу девушку по голове, а после целую в макушку.
Мне действительно плевать, кто и что обо мне подумает.
Лишь бы Янина успокоилась.
— Глеб, — всхлипывает моя любимая и отстраняется от меня, заглядываем в мои глаза.
— Я все решу, — беру обеими руками ее за лицо. — Не переживай.
— Я так больше не могу…
— Подожди меня в своей комнате. Договорились?
Она кивает, медленно, нехотя разворачивается и выходит из кабинета.
А я перевожу взгляд на ее отца.
Надеюсь, эта сцена его переубедит на все сто процентов в серьезности моих намерений?
Молчаливая пауза затягивается, а я начинаю раздражаться. Спрашивается, чего он молчит? Хоть бы словом обмолвился, но не те же, лишь желваки играют на скулах. Алла смотрит с удивлением то на меня, то на Захарова.
Чувствую, пора брать инициативу в свои руки.
— Свободна, — заявляю я своей бывшей жене, а она тут же вскакивает в места. — Водитель отвезет тебя домой.
— До свидания, — пищит Алла и быстренько испаряется из кабинета, видимо, пока я не передумал насчет нашей договоренности относительно развода.
Пусть забирает квартиру, бабки и валит на все четыре стороны. Я даже номер ее заблокирую, когда все документы о разводе будут на руках.
Но пока моя главная проблема — это Захаров. Все так же молчит, не желая комментировать происходящее.
— Почему вы прятались за моей спиной? — наконец-то произносит Александр Михайлович, а я резко выдыхаю.
— Я предлагал Янине поговорить с вами, — честно признаюсь, так как не вижу смысла врать и изворачиваться. — Она считает, что вы будете против из-за, — я запинаюсь, глядя пристально в глаза своему собеседнику. — Большой разницы в возрасте.
— Правильно считает, — кивает Захаров в ответ. — Я никогда не понимал этих браков, если честно. Покупают себе молодых кукол, чтобы потом…
— Я не собираюсь ее покупать! — твердо произношу, не желая дальше слушать этот бред. — Я люблю ее. Не поверите, но я сам долго время переживал из-за этой чертовой разницы. Старался держаться на расстоянии от вашей дочери, но…
— Честно ответь, — Александр Михайлович смотрит на меня в упор. — Она точно не разбивала вашу семью?
— Скорее, это Алла разбила, — я горько усмехнулся. — Не ту женщину я выбрал шесть лет назад.
— Я был очень зол после слезливого рассказа твоей жены, — Александр Михайлович качает головой из стороны в сторону, а я его поправляю:
— Бывшей!
— Даже подумать не мог, что она мне врет. Так натурально играла…
— Это она может, — я печально вздыхаю, так как голова уже кругом от этих глупых проблем.
Но нужно их решить. Прямо сейчас.
Иначе потом будет поздно.
— Ты…. Правда ее любишь? — в голосе Александра Михайловича слышится неуверенность, а я лишь усмехаюсь в ответ.
— Правда, — и даже киваю довольно уверенно в подтверждение своих слов. — Очень люблю. И сделаю ее счастливой, — намерено запинаюсь, а через несколько секунд заканчиваю: — Если вы позволите, конечно же.
Захаров снова молчит и отводит взгляд. Тарабанит пальцами правой руки по столу, а я жду своего вердикта. Ну же, партнер, решайся. Просто поверь мне, ведь я же никогда тебя не подводил. И ни разу не подставил.
Не подведу и сейчас.
Еще и дедом сделаю! Все, как ты мечтаешь!
Только не ставь палки в колеса, иначе…
— Ладно, — наконец-то вздыхает Александр Михайлович и поднимает на меня взгляд. — Пусть будет, как вы хотите. Но предупреждаю…
— Я никогда ее не обижу! Обещаю!
— Зная свою дочь, — мужчина закатывает глаза. — Боюсь, как бы она тебя не обидела. Эта засранка может, — усмехается и встает с места.
Подходит ко мне и протягивает руку.
— Спасибо, — я пожимаю ее в ответ.
— С внуками не затягивайте, а то, чувствую, не доживу.
— Вы это бросьте, — я отрицательно мотаю головой из стороны в сторону. — Даже не думайте.
— Ой, ладно тебе, — Захаров машет рукой в ответ. — Иди уже, успокой ее. А то со вчерашнего дня на ней лица нет.
Два раза мне повторять не надо. Да и расстояние до комнаты девушки я преодолеваю за считанные секунды. Специально стучу в дверь, слыша громкое:
— Я не хочу никого видеть!
Нажимаю на ручку…
Просовываю голову в дверной проем…
— И даже меня?
Глава 64
Глеб здесь! В моем доме! А я даже не могу с ним толком поговорить, потому что отец съедает меня взглядом. Еще немного, и убьет наповал одними глазами.