Чтение онлайн

— Б. Кельвария, «Литерология: перспективы развития и использования».

Эпизод первый

Российская Империя: Тардиградск

Чернозорьский Санкторий им. Каиры Леоне

11-17/994

— Это вы ещё не видели карпейские образцы: титановые сплавы и, в лучшем случае, щепотка кевлара. После того, как мы заключили контракт с «Линией Иллюзий», всю амуницию удалось модернизировать и… — Михаил с напором восхвалял все достижения Санктория, не обращая внимания на скучающее лицо камнеградского гостя. Замолчать координатора заставил только прикреплённый к шатлену протофон — агрегат завибрировал. — Ах, прошу меня извинить.

Корвин Рейст — вызванный из Камнеграда посредник — удивлённо посмотрел на координатора. Вскинув бровь, некрочтец проговорил:

— Э… Да, конечно.

Впрочем, его уже не слушали. Монтгомери поднёс протофон к самым глазам и не поверил им, когда прочитал пришедшее ему сообщение. Несмотря на то, что написали его на нова эспере, понял его юноша не с первого раза:

Vetta Jelazo [11.17, в 8:02]: Мертвый снегирь живой. Мы приковали его полу. Пожалуйста, приди в ангар № 3.

Отправительницей сообщения была Лизаветта Желазо — прогнозистка исчезнувшей в Грустине исследовательской группы «Хронос». После потери связи с ней мойру отстранили от выполнения должностных обязанностей до выяснения судьбы участников операции.

— Прошу прощения, — взволнованно начал Монтгомери, глядя на горящий экран протофона, — но я вынужден вас покинуть, господин Рейст. Если хотите, я могу вызвать свою ассистентку — она проводит вас до ангара.

— В этом нет необходимости, — с вежливой улыбкой отказался некрочтец. Координатор рассеянно кивнул. — Думаю, я сам найду дорогу. Благодарю за беспокойство.

Ему уже был безразличен ответ приглашённого специалиста — Михаил спешно скрылся в служебных помещениях, напоминающих сеть потайных ходов. По ним юноша добрался до ангара № 3: именно там, как правило, размещали неисправные машины — те, что ещё можно было разобрать на запчасти.

— Почему так долго? — Лизаветта перехватила координатора у самого входа. Выглядела она встревоженной.

Это настроение сразу передалось Михаилу. Когда он заглянул в непроницаемо тёмные глаза, его взяла оторопь. Не нашёлся, что сказать. Только обратил внимание, что встроенный дозиметр затрещал.

Желазо, бесцеремонно схватив Монтгомери за локоть, потянула его прямо к собравшейся в центре помещения толпе. Юница, что прежде казалась невероятно хрупкой, резво растолкала работников и буквально толкнула Михаила вперёд.

Когда он оказался в первом ряду, то увидел обугленный двигатель — «Снегиря», вестимо. Признать в этой искорёженной груде металлолома бомбардировщик казалось непросто. Координатор не сразу различил среди поражённых элегией сплавов раскуроченный вентилятор.

— И что? — оглянувшись на подчинённую, спросил Монтгомери. — Я ничего не вижу. Что с ним?

Едва несколько ртов открылись с готовностью ответить, как необходимость в этом отпала. Несмотря на разорванный топливный бак и иные повреждения, турбина пришла в движение. Только крепления удерживали конструкцию на земле.

— Вот деми! — Михаил отшатнулся. — Это что ещё за напасть?

— Я продиагностировала его, — робко отчиталась Лизаветта и стушевалась, когда почувствовала на себе косые взгляды. — Литеры говорят, что это нечто родственное доказательствам посмертия.

— Доказательствам посмертия! — передразнил её мужской голос из толпы. — Вы её только послушайте! А не из-за твоих ли литер «Хронос» оказался в беде?!

— Литеры не дают точного прогноза, — оправдывалась Лизаветта. — Только вероятность.

— Тогда зачем вы нам вообще нужны?! — поддержала первого стоящая рядом волчица. — Мы и без вас в силах оценить ситуацию!

Интерес собравшихся в ангаре сместился с разбитого самолёта на испуганную девушку. Та не выдержала людского напора да критики и пары минут и начала пятиться. Не успел Михаил опомниться, как кто-то из присутствующих обратил Слово против Желазо.

Шею её рассёк горизонтальный порез.

Несмотря на то, что рана почти сразу запеклась, кровь щедро залила пол. Лизаветта, отчаянно зажимая горло, упала.

— Кто это сделал?! — ошеломлённо спросил Михаил.

Панике никто не поддался. Девушке оперативно оказали первую помощь — найти того, кто принимал непозволительную в стенах Санктория силу, не удалось даже при просмотре материалов с камер наблюдения. Дело так и осталось нераскрытым, а Лизаветту первым самолётом отправили подальше от Западной Сибири. Как и всякого, кто пал её жертвой.

— Господин, — за гвалтом послышался вкрадчивый голос обходчика. Пожилого мужчины, что служил здесь с момента основания Санктория самой Каирой Леоне, — что прикажете делать с двигателем?

— Уничтожить, — принял решение Михаил и обосновал вслух — скорее, для самого себя, так как обходчика рядом уже не было: — Его содержание, как и перевозка, слишком опасны… Он выделяет слишком много элегии, слишком…

Эпизод второй

Российская Империя: Тардиградск

Чернозорьский Санкторий им. Каиры Леоне

2-17/995

Падение «Астарты» изменило Санкторий навсегда. В декабре 994-го года было урезано финансирование программы АДАМ — многочисленные ресурсы и вложения перенаправили на разработку титанов третьего поколения, которое прогнозировалось беспилотным. Планировалось, что управление будет осуществляться не искусственным интеллектом, но дистанционно. В связи с этим новых пилотов на объекте не появлялось, и отныне тардиградские ангары полнились бесхозными титанами. Без эксплуатации большинство моделей второго поколения стремительно приходили в негодность, и вблизи раздавались горький запах химикатов и отторгаемого демиургическими костями топлива.

По независимым от финансов причин сократилась и общая численность штаба. Многих сибирских оперативников отозвали из региона; в Санктории остались преимущественно учёные и исследователи Нулевой Высоты. За исключением роботариев, ныне на территории Тардиградска находились полторы сотни человек. О том, что прежде здесь было многолюдно, напоминали только мультиязычные указатели.

Местоположение Живамиж по-прежнему отслеживалось со спутников — ныне деми находилась на Каменной косе, близ базы «Асператус».