Чтение онлайн

— А что ты тут делаешь? — спросила я Мэллори, разглаживая рукой рубашку Этана, чтобы убедиться, что никакие особенные части не стали достоянием общественности.

— Я здесь, чтобы практиковаться, — ответила Мэллори.

Частью реабилитации Мэл было выяснить, как она могла использовать магию продуктивно. Побольше Люка [11] , поменьше Энакина [12] . Она добилась успеха во время нашей команды анти-МакКетрика, и, похоже, Стая дала ей второй шанс попытать счастье.

— Она расширяет свое понимание магии, — добавил Габриэль. — Какая она есть, какой не является, какой может быть.

Мэллори мило улыбнулась и подняла две бутылки «Крови для Вас», бутилированной крови, которую большинство вампиров пили для удобства, и пакет из Дирижабля с Пончиками, одного из моих любимых видов пищи в Чикаго. (Справедливости ради, это был длинный и выдающийся список.)

— У меня есть утешительный приз за твое унизительное положение.

Она осмотрела меня с ног до головы.

— Я бы сказала, что пара-тройка пончиков с малиновой начинкой могут исправить это.

Какое-то мгновение я стояла там, с пылающими от смущения щеками, пальцы ног мерзли от холода, мои друзья были уверены, что меня может успокоить всего лишь пакет пончиков с желе.

— Просто дай мне эту хрень, — выпалила я, сгибаясь от их ожидаемого результата и выхватывая завтрак. Но я наградила их всех убийственным взглядом, прежде чем поплестись обратно в спальню.

— И теперь, когда мы удовлетворили твоего телохранителя, — сказал Гейб Этану позади меня, — Мы просто войдем и устроимся поудобнее.

***

Как оказалось, пончики с малиновой начинкой были исключительным способом сгладить унижение.

Я выпила бутылку крови и умяла два пончика, прежде чем вернулся Этан, со свертком красной ткани в руке.

— Я правильно понимаю, что этот ты оставила не для меня?

— Уж лучше бы я так и сделала, — ответила я. — Она купила дюжину.

— Я стою на том, что сказал.

— Ты ничего не получишь с таким поведением. Что это? — спросила я, указывая на ткань.

— Видимо, кто-то из Стаи решил, что им нужны сувениры, — ответил Этан, разворачивая две футболки, красного цвета с тем, что было похоже на ретро-рекламу бара под названием Луперкалии, название старинной прописью над двумя волками, чокающихся пивными кружками за барным столом.

— Они даже футболки сделали, — пробормотала я. — Габриэль одобрил это? Это кажется очень... публично.

Общественность знала о существовании оборотней, но Стаи все еще старались держаться особняком.

— Я думаю это было по плану сначала-сделай-а-потом-извинись, — ответил Этан. — Эти для нас. Подарок от Стаи.

— Легковаты для Февраля.

— Я уверен, что они позволят тебе одеться потеплее, Страж.

Он протянул руку за пакетом с пончиками, но я не сдвинулась с места.

— Ты собирался рассказать мне, что мы должны были заплатить Брексам?

Его глаза сузились.

— Я способен прекрасно управлять финансовыми делами Дома, Страж.

— Я и не говорила, что это не так. Но я также не люблю быть огорошенной.

— Это была деловая сделка.

— Это были деньги за защиту, — настояла я, и судя по блеску в глазах, он это тоже знал.

— И я не хочу делать акцент на этом факте, Страж. Но я бы сказал тебе.

Должно быть, он увидел сомнение в моих глазах, потому что шагнул вперед.

— Я бы сказал тебе, — повторил он. — Когда бы у нас появился шанс обсудить это. Как ты помнишь, — он легонько потянул первую пуговицу одетой на мне рубашки, — Ты очень отвлеклась прошлой ночью.

Этан все еще был без рубашки, и стоял с краю кровати, рельефный живот и тропинка светлых волосков выглядывали из-под верхней пуговицы его джинсов. Меня охватил жар, когда он приблизился для поцелуя, и мои глаза сомкнулись.

Но он обошел меня, схватил пакет и достал пончик.

— Отвлекающий маневр? — спросила я его, пытаясь изобразить подозрительный взгляд.

— В любви и кондитерских изделиях все средства хороши, — заявил он, стирая каплю малинового джема с уголка своего рта. Порыв слизать ее почти посеребрил мои глаза.

Он закатал верхушку пакета и положил его на столик, затем надел футболку Луперкалии. Кубики на его рельефном животе зашевелились, когда он двигался, и я даже не потрудилась притвориться, что не пялюсь.

Когда закончил одеваться, он приподнял на меня бровь.

— О, не обращай на меня внимания. Я просто наслаждаюсь шоу.

Он фыркнул, схватил вторую футболку и шлепнул меня ею.

— Одевайся, а то Катчер, Джефф, Мэллори и Гейб заподозрят здесь что-то большее, нежели переодевание. Снова.

Он положил руки на кровать по обе стороны от моего тела и наклонился.

— И хотя у меня есть на тебя определенные планы, Страж, они не включают в себя похотливые фантазии колдунов и оборотней, которые сейчас находятся за этой дверью.

Он коснулся своими губами моих — нежно и многообещающе, его губы были сладкими, как ягода.

***

Десять минут спустя, я была одета в футболку Луперкалии, и поверх нее в кофту с длинными рукавами, чтобы не замерзнуть. Я надела две пары носков во избежании холода, сапоги и джинсы, и завязала свои длинные, темные волосы в высокий хвост. Я надела кожаную куртку, подарок Этана взамен старой, которая сгорела при пожаре, в котором пострадал мой дедушка, и засунула маленький и гладкий кинжал в сапог. Стая, вероятно, не оценила бы наличие катаны на празднестве оборотней, так что я должна была полагаться на кинжал, если что-то пойдет не так. И поскольку я должна была идти с вампиром-беженцем, двумя колдунами-изгоями и семьей оборотней, которые ненавидели вампиров, я предположила, что «что-то не так» было весьма вероятным.