Дикий Космос
Шрифт:
Турболифт притормозив, плавно остановился и его двери открылись. Архив Джедаев занимал почти треть площади Шпиля Безмятежности. Они добрались на турболифте прямо до главного входа и кабинок для индивидуальной работы, где хранились каталоги информационных кристаллов. Их прибытие не осталось незамеченным со стороны других джедаев, работавших над своими собственными проектами, однако никто не прервал своих занятий, чтобы заговорить с ними.
«Сюда», — сказал Анакин, подводя Асоку к пустующему терминалу. «Я начну вместе с тобой, а затем оставлю тебя на некоторое время.»
Скользнув на сиденье, она состроила гримаску. «Ты все время исчезаешь куда-то, Скайгай. Когда я должна прийти?»
«Ты не должна,» — резко ответил он. «Теперь смотри внимательно.»
Она покорно вздохнула и стала смотреть, как он подключается к основной базе данных архива, затем переходит в безопасный режим использовав личный ключ. В таком режиме лишь полномочия Совета позволили бы узнать к каким архивам был получен доступ... и это было правильно. Они должны были хранить тайну.
После случившегося с отчетами о Камино и сегодняшней террористической атакой, я не собираюсь рисковать.
«Учитель!» — пискнула Асока, когда на экране открылся основной общий справочник по Ботавуи. Она пришла в себя от внезапно охватившего ее мрачного уныния. «Это там Гри...»
«Ни слова,» — оборвал он, предупреждающе сжав ее плечо. «Теперь, мне потребуется все о пункте нашего назначения, что ты сможешь накопать, подготовь, чтобы я просмотрел когда вернусь. Ладно?»
Она вновь стала сверхвнимательна, все ее инстинкты обострились. Вероятно, она могла бы стать одним из лучших джедаев в этом тысячелетии. Конечно, при условии, что ему удалось бы её немного обтесать.
«Да, Учитель,» — пискнула она. «Ты можешь положиться на меня.»
Он раздраженно уставился на нее. Был ли я когда-то таким же ребенком? Неужели я также прежде смотрел на Оби-Вана? Он в этом сомневался. Рабы расстаются со своей наивностью, еще в младенчестве. «Хорошая девочка,» — сказал он и похлопал ее по спине. «Я уйду, но не на долго.» К сожалению. «Если кто-нибудь спросит, что ты делаешь, скажи им обратиться ко мне.»
Она кивнула, «Да, Учитель.»
Успокоенная, она не могла наделать слишком много глупостей, здесь, в Архиве, он же взял аэроспидер от посадочного комплекса Храма и с грехом пополам домчался до дома Падме.
«О, Господин Анакин! Как замечательно видеть вас!» — заголосил C-3PO, выскакивая на балкон квартиры. «Смотри, Ардва-Дэдва! Здесь Господин Анакин!»
Позади него открылась, скользнув в сторону, транспаристиловая дверь квартиры, приземистый синий дроид астромеханик засвистел и завертел своей куполообразной верхней крышкой.
Анакин уставился на них. Трипио мог быть несдержанным, да собственно, и был обычно, он это знал, но... «Хорошо. Что случилось?»
Но прежде, чем дроид успел ответить, из своей спальни появилась Падме. Увидев его на площадке она протянула руки, ее усталое лицо сморщилось. «Анакин!»
Выругавшись, он протиснулся мимо 3PO и чуть не опрокинул R2-D2 стремительно бросившись к ней. «В чем дело? Что случилось?»
Она не ответила, а лишь обхватила его руками, будто один из них умирал. Ее дыхание было прерывистым, а пульс неровным. У своей груди он мог чувствовать биение ее сердца. И теперь, когда она была заключена в его объятия, когда он вдыхал нежный аромат ее духов, он также ощущал глубину ее страдания.
«Прости,» — пробормотал он. Он был так обеспокоен состоянием Оби-Вана, рассержен на Совет ордена, ошеломлен новостями о Ботавуи, боевой группой. Эмоциональная какофония заглушила даже внутренний голос, нашептывающий о Падме всякий раз, когда она была рядом. «Прости, любовь моя. Я должен был знать, что ты расстроена.»
Она покачала головой, затем отстранилась назад, чтобы взглянуть на него. «Нет. Нет. Я в порядке. Как Оби-Ван?»
«Поправляется» — сказал он. «Падме, ты не в порядке. Что случилось? Расскажи мне. Неважно, что это, я с этим разберусь.»
«О, Анакин...» Она прижала свою гладкую ладонь к его щеке, затем поднялась на цыпочки чтобы поцеловать его. «Я так тебя люблю.»
«И я тебя люблю. Но сейчас ты начинаешь меня раздражать. Что произошло?»
Взяв за руку, она подвела его к дивану и усадила рядом с собой. «Ничего не случилось. Не совсем так. Это просто... Палпатин взял меня и Бэйла Органу в поездку по местам взрывов бомб.» Она содрогнулась. «Там было ужасно. И после этого, Бэйл и я навестили в медцентрах некоторых пострадавших. Это было даже еще хуже. Мужчины, женщины, человеческие дети, Тви'леки, Чалактанцы и Сулустанцы, а также еще дюжина других рас. Все они изуродованные и искалеченные, страдающие от боли... и для чего? Ни для чего! Жившие своими жизнями и никому не причинявшие вреда, Анакин. Ни один из них не представлял угрозы для Сепаратистов, но Сепаратисты все равно напали на них. Это было снова, как на Набу.» Ее голос дрогнул, и она уткнулась лицом ему в плечо. «Я не могу этого вынести. И я не вижу этому конца. Иногда мне кажется, что эта война будет продолжаться, пока мы все не утонем в крови.»
«Нет, этого не будет,» — держа ее произнес он. «Джедаи не позволят этому случиться. Я не позволю. Мы остановим убийства, Падме. Я тебе обещаю. Мы остановим это.» Его руки напряглись. «О чем Палпатин думал? Места тех терактов не безопасны. Могли произойти и другие взрывы. Он ни в коем случае не должен был брать тебя туда. Ты не должна была видеть всего этого, ты не должна...»
Она отстранилась. «Прекрати».
«Что?» — он недоуменно уставился на нее. «Прекратить что? Что ты имеешь в виду?»
«Не обращайся со мной как с маленькой, Анакин,» — ответила она, и дрожащей рукой вытерла свои щеки. «Не думай, что из-за того, что я расстроена, из-за того, что я обратилась к тебе за поддержкой, это означает, что я слабая или неспособна выполнять свои обязанности.»
«Вовсе нет! Я так не считаю!»
«Нет?» Теперь ее глаза смотрели испытующе. «Ты уверен?»
Он и не рассчитывал скрыть что-нибудь от нее. «Ладно, так я пытаюсь защитить тебя. Что в этом плохого? Ты моя жена, Падме, я люблю тебя, и я сделаю все, чтобы тебя защитить. Неужели это преступление?»
Она поцеловала его, на мгновение сладко коснувшись его губ своими. «Нет. Конечно, нет. Но я не только твоя жена, Анакин. Я также сенатор Республики. Я не имею права прятаться от правды, независимо от того насколько она страшна и неприятна.»
Он нахмурился. «И какова правда?»
«Такова, что наша единственная надежда победить в этой войне была в первую очередь в том, чтобы не позволить ей начаться.» Она нежно ударила его по груди. «Анакин, я ненавидела каждую секунду этой утренней поездки, и мне невыносимо было видеть, что взрывы тех бомб сделали со своими жертвами. Но я не жалею, что увидела это. Если бы не хотела, я бы не пошла. Я подавлена страданием и утратой. Есть разница. Ты это понимаешь?»