Чтение онлайн

Так, набалдашник к трупу (или притворяющемуся), другой конец к земле, якобы заземляю. Правильнее сказать, что я посох уронил, а не прикладывал, боязно же. Хрясь-мрясь-ширкс и разряд ушёл в пол (не знаю, как это в пещерах обзывается, ни разу не литератор). Народ позади меня аж вздрогнул от неожиданности, причём вместе со мной. Мляха, немного потряхивает от адреналиновой самоиньекции. Теперь проверить бы надо или ну его нафиг? Дотрагиваюсь перчаткой до тела, даже похлопываю, вроде не бьёт током или чем там оно дерётся.

В конце концов, снял варежку, раззявил свою (тоже варежку) и прикоснулся пальцами к шее, чтобы пульс прощупать. Хрен ему, а не биение сердца, готов искатель приключений на свою задницу.

— Жаль, Тельфанда нет, — расстроился Лерганд, — сейчас подсказал бы, что и как делать нужно.

— Я сам подскажу. Кладите тело на носилки и отнесите в лагерь, а я пока с фонариком и парой бойцов попытаюсь разобраться чего тут страшного находится и к чему он прикоснулся.

В стене имелось нечто вроде тёмного гладкого шестиугольника (а круглый сделать не могли?), похожего на фотоэлемент. С другой стороны нашёлся, как раз-таки, круглый. Если умник пересекал невидимую черту, то его могло шандарахнуть разрядом. Я помахал посохом, пересекая осевую туда-сюда, но никакой реакции не последовало. Потом рукой в перчатке, потом без перчатки.

А затем снова раскомандовался.

— Лерганд, организуем один пост на дороге рядом со стройкой, а второй возле входа в пещеру. Отправляйся лично к учёному и ни с кем не толкуй о найденном. Попытайся привезти самого Гарана, иначе можем напортачить так, что мало не покажется. Да, и распорядись, чтобы наши бойцы принесли сюда палатки и шатёр, а также продукты. Ну и всё, что может понадобиться.

Двигаться дальше рискованно, да и мои бойцы чего-то напряжены, хотя стараются не показывать виду.

— Всё, отправляйтесь к выходу, на свежий воздух.

Защитных перстней у них нет, да и физиология существ этого мира, а не моего. Давно уже понял, что дети времён массовых испытаний ядерного оружия на Земле крепче и крупнее. Массовая акселерация началась с нас, бэбиков 50-х, а здесь до этого счастья ещё не доросли. И пусть остаются нормальными подольше, чтобы количество планетных гендеров не увеличилось до 52, как по телику сообщали. Блевать радугой не умеют, а значит и не исчезнут с лица планеты, как Содом и Гоморра.

Дальше потихоньку я крался один, с боевым шестом наперевес, хотя умнее было бы волочить его по земле. Впрочем ничего меня не беспокоило пока не дочапал до конца своеобразного тоннеля, героически преодолев шагов двадцать семь. Перстень кольнул и как бы «сжал» палец, пришлось остановиться и сделать шаг назад. Ничего страшного, отпустило, рисковать расхотелось. Дальше, в свете фонаря, виднелось явное расширение свободного пространства, но уж слишком почему-то свет рассеивался. Да и в голове завертелись мысли о неразумности дальнейшего риска, явно какие-то системы наваждений работают.

— Пропустите, микровороты недотёпанные, жалко вам что ли? — накричал я на нечто неведомое, угрожающее непонятками.

Удивительно, но никакой реакции, даже не обматерили и не обхихикали.

— Теребеньки вы после этого, — сделал ещё одну бесплодную попытку, — ещё тысячи лет будете неизведанными.

Неведомые оглоеды меня не испугались и пришлось гордо разворачиваться и несолоно хлебавши тащиться назад. Хоть бы какую-нибудь минифиглю на полу оставили, чтобы не позорить. Нет, чисто, как в компьютерной гермозоне на ВЦ в СССР 80-х. Ну и ладно, нет трофеев, так и хрен вам, Древние. Я тогда вас всем объектом затрофею, а потом продам, куплю и снова продам местным «паниковским». Килиманджары, блин, хотя бы пару пушек для фортресса подарили. Я бы их списал, снял и поставил на свой корабль, если в будущем доберусь до него. Никакие пираты близко не подойдут, поверьте на слово.

Ладно, дождусь приезда Гарана, может он знает, как такие квесты проходить на раз. Всё-таки потомственный маг, а не дикарь с планеты прожжёных материалистов, скептиков и нигилистов. Ну жаба давит продавать потенциальное сокровище трилагарским хренопотамам, понимаю, что гробница из невскрытых, поэтому не разграблена. Вдруг там склады для прежнего фортресса, всё именно так выглядит по расположению. Или какой-нибудь подземный ход с рельсами и конской тягой в самое средце Ливарии, чтобы диверсионным воровством заниматься. И почему не разбросали что попало и где попало лично для меня, пришедшего через тысячи лет?

Глава четырнадцатая

— Ваша милость, у вас всё в порядке? — это я показался народу, — вы так грозно кричали на кого-то.

Зашибись, твою пельмень, отныне разговоры наверняка пойдут, что их Дикарь сцепился с Древними и живой вернулся. После чего меня заберёт для исследований какая-нибудь местная инквизиция. Хотя этот мир не имеет религий с особыми преференциями, какой-то политеизм с атеизмом вокруг. Местные всё равно в различные церкви ходят и точно так же попрошайничают, просто у разных Вожаков Прошлого.

— Избавь от болезни…

— Дай коровёнку…

— Выткни глаз соседу…

— Помоги сдохнуть конкуренту…

— Обеспечь мир во всём мире пока я готовлюсь к войне…

Монастыри организованы возле каких-нибудь особо редких артефактов Древних и спокойно действуют тысячелетиями. Интересно, а вокруг «Вальтера» тоже какую-нибудь святыню создадут, если признают меня святым? Хотя, честно говоря, не хочу такой судьбы. Умудрялись же верующие варить тела святых бедолаг, чтобы их кости растащить на сувениры, обрамить в злато-серебро и изукрасить драгоценными каменьями. А потом из поколения в поколение хвалиться «мощами старцев». Нет уж, пусть лучше кремируют подчистую, а то сами кости воспринимают мир ещё сотни тысяч или миллионы лет, как бы учёные не возражали мне.

Мы слишком мало знаем о генах, ДНК и прочих фиглях микромира, как и об их возможностях. Причём чувствуем даже спиной чей-нибудь взгляд, но упорно ссылаемся на законы физики, хотя не знаем, как они действует. Был один знакомый доктор наук, который с пеной у рта убеждал меня, что такого феномена не существует, потому что его не может быть. Пришлось как-то по запаре ему нос разбить, хотя он всё равно остался при своём «высоком научном мнении». И других учит научной хрени, преподавая в университете.