Девять минут до взрыва
Шрифт:
– Андрей, я выйду вместе с Дарьей, – после паузы сказал Краснов. – Я должен убедиться, что с ней все будет нормально. Не возражаешь?
– Ты в своем праве. Кстати, я могу обождать тебя. Если, конечно, ты быстро обернешься.
– У меня еще есть пара дел, которые я должен сделать безотлагательно. Я как бы в долгу у… кое-кого. Мне надо будет встретиться еще с одним человеком. А потом… если твое приглашение остается в силе… я приеду к вам, в Балашиху…
Впереди, по правую руку, показалось здание Даниловского рынка, точь в точь такой же конструкции, что и рынок на Басманном, рухнувшие крыша и перекрытия которого полтора года назад привели к большим человеческим жертвам.
Едва они свернули на Серпуховский вал, Дарья попросила остановить машину. Вышли из «десятки» – все трое.
– Дима, ты смотри по ситуации. – сказала девушка. – Я приму любое твое решение. Может, тебе лучше поехать с Андреем Сергеевичем?
– Я остаюсь, – Краснов достал с заднего сидения сумку. – Андрей, я с вами… с тобой – не прощаюсь! Извинись за меня перед Леной. Да я ей и сам прозвоню… чуть попозже! Если ничего не стрясется, я приеду к вам в Балашиху… если не сегодня, так завтра! Адрес у меня есть, Николаич все подробно расписал, как вас там найти! И телефон ваш домашний имеется!
Андрей Сергеевич протянул ему маленький квадратик бумаги, на котором был записан номер мобильного телефона.
– Вот, держи! Если возникнут проблемы – звони, не стесняйся! По этому номеру ты сможешь меня вызвонить в любое время суток!
Краснов благодарно кивнул и спрятал «визитку» в задний карман брюк. Дарья подошла к их новому знакомому, привстала на цыпочки и поцеловала его в щеку.
– Спасибо вам, Андрей Сергеевич! И извините, что так получилось… Что не могу воспользоваться вашим предложением!
– Не за что, Дарья. Рад был познакомиться.
Он протянул ладонь Краснову.
– Ты уверен, что вы справитесь с ситуацией сами?
– Думаю, что все будет нормально теперь, – сказал тот, пожимая руку. – Спасибо, что встретил, что подстраховал. И извини… если что не так.
– Как у вас с наличностью?
– Нормально, – Краснов похлопал себя по заднему карману брюк, где у него лежали те самые пятьсот баксов, которые он получил за участие в «акции». – Деньги у нас есть.
– Ну что ж… удачи!
Мужчина попрощался с ними общим кивком, сел в «десятку»… и уже вскоре его машину поглотил плотный утренний поток транспорта.
Когда они остались вдвоем, Дарья взяла Краснова под руку и потащила за собой.
Они перемахнули через трамвайные рельсы и прошли во двор первой по счету из трех расположенных на северной стороне Серпуховского панельных шестнадцатиэтажек.
Возле ближнего к ним подъезда стоял парень лет двадцати пяти – смуглый, явно выходец из какой-нибудь среднеазиатской республики. На нем надета «спецуха»; на тротуаре, рядом с ним, тележка с лопатой, метлой и заостренным прутом, при помощи которого дворники обычно собирают – накалывая – бумажный мусор…
– Дим, обожди минутку!
– Ты куда, Даш? Я с тобой!
– Постой здесь… я сейчас вернусь!
Дарья, отцепившись от локтя Краснова, двинулась прямиком к этому парню, который, судя по рабочей одежде и инвентарю, трудится здесь в должности дворника.
Тот, увидев спешащую к нему девушку, широко улыбнулся и поприветствовал ее на своем гортанном языке. Дарья тоже что-то ему ответила – Краснов предположил, что они разговаривают на таджикском…
Парень достал из кармана спецовки… мобильный телефон.
Сам осуществил набор, сказал в трубку несколько слов, затем передал «смуглянке». Краснов извлек из бокового кармашка сумки сигареты и зажигалку. Закурил.
Сцена, за которой он сейчас наблюдал, вызвала у него скептическую ухмылку.
«Ну и ну, – подумал он. – Не нашла ничего лучшего, как обратиться к первому же таджикскому дворнику… Похоже, Димон, ты ошибся в этой девушке. Может, она и рождена от русской женщины, кто знает. Но, судя по тому, что ты сейчас наблюдаешь, она плоть от плоти от этих среднеазиатских чурок, что пашут на столичных стройках и подметают московские улицы и дворы…»
Дарья, переговорив накоротке с кем-то по мобильному, который она позаимствовала на время у человека с метлой, вновь подошла к Краснову.
– Это и есть твои московские «крутые знакомые»? – не скрывая иронии, поинтересовался Краснов. – Гм… Я вот думаю, может не следовало нам отказываться от услуг Андрея Сергеевича? Знаешь, я не могу… не имею права говорить, где он служит. Но, поверь мне на слово, это будет покруче, чем клан московских дворников.
Она несколько секунд смотрела на него, словно решая, обидеться ли ей на только что прозвучавшие слова, или пропустить их мимо ушей.
Потом… потом неожиданно рассмеялась: весело, заливисто, от души, так, как может смеяться лишь очень уверенный в себе и очень жизнелюбивый человек.
– Не понял? – Краснов слегка нахмурил брови. – Я разве сказал что-то смешное? Ну? И чего р ж е м?! Скажи мне! Может, я тоже посмеюсь за компанию с тобой?!
– Обернись, Дима… – справившись с приступом смеха, сказала девушка. – Иногда полезно бывает смотреть по сторонам!
Он медленно обернулся. Во двор со стороны Серпуховского как раз въезжал… невероятно длинный, сияющий самодовольной роскошью черный лимузин!
Краснов от неожиданности закашлялся дымом и даже выронил из пальцев сигарету…
– Эт-т чего такое? – пробормотал он. – Ни фига себе… Как прикажешь это понимать, Дарья?!
Лимузин мягко притормозил возле двух молодых людей.
– Дима, меня зовут не Дарья, а Дария, – каким-то совершенно другим голосом сказала «смуглянка». – С ударением на «я». Но это не важно… ты поедешь со мной!
Из лимузина выбрался весьма фактурный мужчина лет тридцати пяти, одетый в темные брюки, белую рубашку и галстук, в начищенных до блеска черных штиблетах.