Чтение онлайн

— Мммм… — стонет девочка, извиваясь в моих руках. — Бессонов, я тебя сейчас… Оооочень хочу… Ну пожаааалуйста…

Слышать эти слова — кайф для души и тела. Меня хотят, ждут, любят и заботятся. Счастье — это просто. Теперь я люблю новый год, каждый день люблю.

Мы возвращаемся в Москву, когда каникулы подходят к концу. Я предлагаю продлить отдых, договориться с ее начальницей, но Иза хмурится и заявляет, что всему свое время.

— Тебе тоже нужно поработать, так ведь? — заглядывает в глаза, хочет убедиться, что я не обиделся на отказ. — Бизнес наверняка требует внимания, а я не могу подвести Лилиану.

Денег у меня больше, чем достаточно, но жена упорно отказывается становиться домохозяйкой, рвется на работу. Уважаю ее выбор, но все — таки не могу не удивляться: у большинства партнеров супруги разъезжают по курортам, занимаются шоппингом в Европе, вылетая туда на частных самолетах, проводят время в салонах. Моя Иза — другая.

Она спелась с Баграмян, и теперь эти двое активно занимаются благотворительными аукционами, доход от которых уходит в реабилитационный центр для особенных детей.

— Денис, мне нужна твоя помощь…

Обожаю эти слова. Иза не стесняется обращаться за советом или подсказкой, и это делает нас еще ближе. Душой, телом, в работе — мы рядом. На рабочем столе в офисе стоит наша фотография, сделанная во время новогодних каникул. Когда устаю — смотрю на свою семью и выдыхаю, заряжаюсь силами. Любимая шипит, что так много работать — вредно для здоровья, и я подключаю Пашку Соколова. Постепенно он становится не только бизнес — помощником, но переходит в совет директоров. Жизнь налаживается, бизнес слегка двигается, уступая место семье. Я счастлив.

— Иза, может нам дом купить? Тебе не тесно в квартире? — после каникул переношу свои вещи в ванную комнату жены. Давно хотел обсудить эту тему, время пришло.

— У нас две квартиры, этого разве мало? Может их объединить? Прорубить дополнительную дверь?

— Она уже есть.

— Вот сейчас не поняла, — Иза появляется в ванной, наблюдает, как я убираю в шкафчик бритвенные принадлежности. — Объясни подробнее.

Идем в гостиную и останавливается напротив шкафа.

— Дверь тут.

— Нарния какая — то, — фыркает любимая. — Не помню, чтобы за стенкой шкафа была дыра.

Молча сдвигаю шкаф в сторону, наслаждаюсь изумлением жены и восхищенным взглядом сына.

— Мда… Однако… Почти Нарния…

— Я надеялся, Иза… — пытаюсь оправдать поступок, но меня прерывают поцелуем. Не могу возражать, не хочу и не буду.

Теперь у нас вдвое больше простора. Сын осваивает новые территории, а я продолжаю думать о доме. Может не сейчас, позже…

Изольда.

Так много всего навалилось. Я сменила фамилию. Была Михайловой, стала Бессоновой. Новый год мы встретили в горах. Никакого пафоса, длинных речей, каблуков и вечерних платьев, только горы, солнце, смех и любовь.

Денис прихватил с собой наручники. Сказать, что удивил — ничего не сказать. Видеть сильного мужчину обездвиженным, податливым — сама картинка щекочет нервы, а уж что он позволяет вытворять со своим телом… Мммм… Всякий раз, как вспоминаю — покрываюсь мурашками, а внизу живота рождается желание, которое кровь моментально разносит по всему телу.

— Иза, — он протягивает мне открытые наручники, незаметно прикусывает нижнюю губу. Я уже знаю, что это — признак волнения. — Ты не хочешь попробовать?

Хочу. Сейчас я не боюсь отдаться в любимые руки, потому что знаю точно — будет только любовь и нежность, а страсть мой муж держит под контролем, внимательно наблюдает за моей реакцией. Все, кроме боли — наш принцип по жизни и в постели.

— Ты просто расцвела, — взгляд Лилианы Баграмян сканирует меня от макушки до пяток. — Судя по всему, отдых пошел тебе на пользу, Иза.

Я постепенно отдаляюсь от бухгалтерии, все больше работаю с посетителями галереи, провожу индивидуальные экскурсии для важных персон и англоязычных делегаций. Мне нравится быть на виду, общаться с людьми. Было страшно, неловко и непривычно, но потом все прошло. Поначалу Денис нервничал, ревновал. Каждый вечер расспрашивал, как прошел мой рабочий день, с кем я общалась.

— Лучше тебя никого нет, — шепчу, уткнувшись носом в его макушку. Обожаю подходить сзади, обнимать за шею и прижиматься к широкой горячей спине мужа. Вдыхаю его запах, кайфую. — У тебя фора перед любым мужчиной, любимый.

— Почему это? — он перетягивает меня на колени и замыкает в кольцо сильных рук. — Расскажи мне, Иза.

— Ты мой любимый — это раз, муж — это два, отец моего ребенка — это три. Кто сможет с тобой тягаться, ммм?

Я знаю, что Денису нравится. Нравится знать и получать подтверждение того, что он — особенный в нашей с Тёмой жизни, и мне не сложно напоминать об этом.

— Изольда Юрьевна, к вам пришли.

Иду по залам галереи, ищу посетителя.

«На выставке Ван Гога я — главный экспонат» приходит на ум строчка из песенки, когда вижу, кто меня ждет. Отец и сын Бессоновы привлекают внимание посетителей не меньше, чем картины. В руках Артема — букет нежных фиолетово — белых эустом, гордый папа стоит рядом, ищет меня в толпе.

— Мама! — сын бросается ко мне, но затем переходит на степенный шаг и торжественно вручает цветы. — Это тебе.

— О Боже, какие мужчины, — шепчет проходящая мимо Лилиана. — Завидую тебе, Иза, а Дэну крупно повезло с женой.

— Сама себе завидую, — откликаюсь с удовольствием, прощаюсь с начальницей. Рабочий день подошел к концу, пора уделить время семье.

Моя жизнь — калейдоскоп событий. Радостных и грустных, наполненных эмоциями и тишиной. Из Пензы приехала Рита. Она закончила учебу, рассталась со своим парнем и решила поискать счастья в столице.