Девушка без недостатков
Шрифт:
Девушка снова улыбнулась и пошла к «скорой». Валдаев проводил ее взглядом каннибала.
– Вам удалось что-то выяснить? – спросила Анн-Мари.
– Да, мы не зря помотались по городу. Но и вы времени не теряли?
Интуиция подсказывала партнерам, что мадам Деманже каким-то образом причастна к разгрому «Орхидеи».
Они были совершенно правы.
На хорошем русском языке, не путая глаголов и уместно употребляя эпитеты, мадам Деманже поведала, что же произошло за время отсутствия «ее прекрасных мужчин».
…Во-первых, стоило парням исчезнуть, в «Орхидею», к безумной радости персонала, повалили клиентки. Анн-Мари была обслужена по высшему разряду. Обработанная, сбрызнутая лаком, она рассматривала журнал в кресле, дожидаясь возвращения «малышей». И вдруг заметила, что даме, возлежащей с головой в раковине… да нет же, нет! Не кричите так, мальчики! Голова лежала в раковине не потому, что ее отрезали, я ведь не фильм ужасов вам пересказываю! Даме мыли голову. И ей в глаза попал шампунь. Так, по крайней мере, показалось Анн-Мари. А парикмахерша отошла за свежим полотенцем. «Сейчас-сейчас!» – подхватилась отзывчивая мадам Деманже. Она усилила напор воды и попыталась помочь женщине. Но шланг душа вырвался, как змея, треснул недомытую даму по носу и окатил водой. «К счастью, на меня не попало ни капли!» – успокоила слушателей Анн-Мари.
Клиентка, ослепленная шампунем и избитая предметом сантехники, от неожиданности вскочила. При этом она с размаху врезалась в передвижную пластмассовую тумбочку-стойку с инструментами. Массивная тумбочка покатилась в сторону и толкнула в поясницу мастера. У той в руках была плошка с пенным раствором, который она кисточкой наносила на голову другой клиентки. Плошка вывалилась из рук парикмахера, и мыльная жидкость растеклась по плиточному полу. Еще одна дама-мастер, поскользнувшись на скользком полу, выронила из рук работающий фен. Фен полетел вниз, на него попала вода из фонтанирующего душа. Розетка, куда был включен фен, заискрила. Вспыхнуло пламя и поползло вверх по обоям. На вопли, грохот и визг в зал побежали мастера из других комнат, и все начали дружно падать…
Результат – ушибы, один вывих, нервное потрясение. Сгорела часть обоев и проводки. Бравые пожарные, залив помещение водой, закончили уничтожение «Орхидеи». Теперь салон надолго закроется на ремонт.
– Не понимаю, как так вышло? – удивленным вопросом подытожила печальный рассказ Анн-Мари.
Илья и Александр хмуро молчали. Их одолевали страшные мысли.
«Если внучек обладает такой же гениальной способностью притягивать неприятности, как и бабуля, то мы ищем труп», – телепатировал Здоровякину Саша.
«Нам бы самим выжить!» – донесся от Ильи безмолвный вопль.
«Ядерная старушка!»
«Стихийное бедствие!»
– Знаете, мне нравится ваш город! У вас очень приветливая публика, – сказала Анн-Мари. Она достала сигарету и пускала дым в открытое окно «лендровера», любуясь проплывающими картинами. Улицы города сияли чистотой и были полны цветов. Разделительная полоса на шоссе представляла собой бесконечно длинную клумбу. Оранжевые островки календулы сменялись пестрыми анютиными глазками, ирисы шевелились от ветра, а затем начиналось царство роз. – Смотрите! Ильюша, тормозите, тормозите!!
– Что еще?! – закричал Валдаев. От резкого торможения он едва не впечатался в бардачок.
– Ресторан «Словакия», – объяснила Анн-Мари. – Нам ведь надо что-нибудь съесть? Обед мы давно пропустили.
– Ладно, зайдем сюда, – мрачно согласился Валдаев.
– Надеюсь, у владельца ресторана есть страховка, – сказал Здоровякин.
На Лизином лбу горела ссадина, на щеке – тоже. Руслан прижимал к боевым ранам подруги пачку сливочного масла, взятую из морозильной камеры. Лиза полулежала на диване и пыталась курить длинную перламутровую сигарету, но только давилась терпким дымом и кхекала. В другой руке она держала бокал с коктейлем, заботливо приготовленным медбратом. За четыре часа, проведенные в Лизиной квартире, Руслан основательно вжился в роль.
За окном сгущались сумерки, комната была освещена мягким светом.
Лиза уже справилась с волнением, чему в немалой степени способствовали три выпитых коктейля. Сейчас она мечтала остаться одна, но прямо сказать об этом спасителю не хватало наглости. А Рудницкий и не думал уходить. Он терпеливо выждал полчаса, пока Лиза висела на зеркале в ванной, изучая полученные повреждения, он не понял намека, когда гостеприимная хозяйка с банным полотенцем в руках отправилась на полтора часа в душ.
– Впервые у тебя в гостях.
– Жаль, повод неприятный. Но ты не представляешь, Руслан, как здорово, что сегодня ты решил зайти ко мне!
– Да, я подоспел вовремя.
– Спасибо.
– Хватит благодарить.
Лиза помолчала. Ее крыша явно собиралась в поездку, причем дальнюю. Руслан сидел очень близко, придавив пациентку – столь плотное соседство было ему совершенно необходимо для эффективного выполнения медицинских обязанностей. Лиза отвела его руку с пачкой «Крестьянского». Ссадины на лице основательно заморозились.
– Обратишься в милицию?
– Нет! Ни за что!
– Почему?
– Спасибо. И так весь дом будет считать меня изнасилованной. Соседка растрезвонит. А в милиции потребуют пикантных подробностей и будут потеть от сладострастия, когда я начну рассказывать, как этот ублюдок стаскивал с меня брюки. В результате окажется, что я сама во всем виновата. Не так одета, вызывающе накрашена… Нет, не хочу!
– Эх, надо было его догнать! Отмутузил бы, попинал ногами.
– Раскроил бы череп.
– Вырвал печень.
– А ты кровожаден, Руслан!
– Умеренно. Знаешь, Лиза, ты мне дорога.
– Спасибо. Где ты пропадал? Я пыталась дозвониться до тебя.
– Серьезно?
– Да.
– Что-то мне не верится.
– Нет, правда! Хотела поблагодарить за бесчисленные подарки. Но твой телефон не отвечал.
– Занимался делами.
– Насчет подарков, Руслан, мы должны поговорить. Ты…
– Стоп! Молчать! Закрой рот. Тебе вредно разговаривать.
– Ты…
– Я не дарил тебе ничего такого, что ты не могла бы принять.