Чтение онлайн

– Она не хотела тебя знать! И на Лилю ей всегда было наплевать.

– Значит, передумала. Я чувствую, знаю. Она, это ее рук дело.

– Но это же чудовищно! – качала головой мама.

– А она и есть – чудовище.

– Деточка! – Мама сжалась от сочувствия. Но «деточка» ничего не хотела больше слушать. Она пришла к Марку поздно вечером, попросила раздобыть ей телефон Анны Викторовны – это было несложно, он знал его. И городской, и мобильный, и телефон ее офиса в Москве. В свое время он звонил ей по поручениям Саши. Сам Саша не желал разговаривать со своей матерью, так что бизнес шел через посредника.

Ирина позвонила ей сразу же, прямо от Марка. Не смогла продержаться до утра. Шел первый час, но Ирине было плевать. Трубку взяли с седьмого гудка, сонный голос Сашиной мамы звучал неодобрительно.

– Вы видели, который час? – спросила она вместо приветствия. Ира помолчала, прислушиваясь. На что она надеялась? Что услышит голосок дочки в трубке? – Алло! Говорите, или я кладу трубку.

– Она у вас? – простонала Ирина. Анна Викторовна не сразу поняла, кто говорит. Или поняла, но делала вид, что не узнала. Ирине во всем мерещился обман.

– Ирина? Ты спятила?

– Скажите мне.

– Что сказать?

– Где она?

– Кто – она? – несостоявшаяся свекровь окончательно проснулась.

– Лиля. Где моя дочь? – Ирина разрыдалась. Это было слишком тяжело. Сашина мама долго молчала, ожидая, когда Ира успокоится. Затем она задала только один вопрос:

– С чего ты взяла, что мне нужна твоя дочь?

– Вы не приезжали в Санкт-Петербург?

– Ты что, в чем-то меня подозреваешь? Ты? Меня? – И она расхохоталась как сумасшедшая. – Я сижу в Москве, занимаюсь своими делами, и ты меня не волнуешь. И вообще, я уезжаю в отпуск. Не смей мне больше звонить. Ты и твоя дочь для меня – пустое место.

И все. Разговор был окончен, трубки брошены, каждый вернулся к своему собственному кошмару. Ирина не остановилась. Она пошла в полицию, сказала им, что ее бывшая свекровь – она способна на все. Полиция пообещала проверить данные, и, вопреки ожиданиям, они выполнили обещанное. Запросили распечатку с мобильного и домашнего телефона Анны Викторовны. Результаты были неутешительными.

– Она никуда не уезжала, была в Москве все последние две недели.

– Вы уверены? – заламывала руки Ирина.

– Да, Ирина Станиславовна, мы уверены. Мы понимаем ваши чувства. Когда пропадают дети, мы хватаемся за любую соломинку. Но вы же сами сказали, что мать вашего мужа никогда не хотела этого ребенка, не желала иметь с вами ничего общего. С чего бы ей менять свою позицию?

– Я не знаю. Не знаю, – качала головой девушка. Чем более разумными казались аргументы полиции, тем меньше она верила им. На следующий день Ира попросила Марка продать ее машину, а сама купила билет на поезд до Москвы. Деньги от машины должны были покрыть большую часть расходов.

Конечно, это было до того, как Ира встретилась с московским адвокатом в его загородном особняке. Связи и незаконный сбор информации стоят дорого, совсем других денег.

Ничего, она что-нибудь придумает.

Пустое место. Анна Викторовна считает ее пустым местом. Ирина закрывала глаза и представляла, каким холодом окатит ее несостоявшаяся свекровь, когда обнаружит на пороге своей квартиры в Пожарском переулке. Ну и пусть. Ирина была готова подвергнуться новым оскорблениям со стороны кого угодно, лишь бы найти дочь. Все, что ей было нужно, – это хоть какой-то план действий, какое-то подозрение, за которым могло скрываться что угодно. Ей просто нужно было что-то делать, она не могла сидеть без дела.

Она сходила с ума.

Но, конечно, она не ожидала добиться таких результатов. В квартире Анны Викторовны живут квартиранты. Жили уже тогда, когда состоялся пресловутый телефонный разговор. Анна Викторовна якобы отвечала Ирине из своей квартиры, но телефон-то был мобильный. Возможно, свекровь и не покидала Москву. Может, и хотела уехать в отпуск. Но она соврала Ирине – и это факт. Теперь девушка не могла уехать, не узнав почему. Не посмотрев этой ужасной женщине в ее голубые глаза.

Больше всего Ира мечтала о том, чтобы она оказалась права. Только бы, только бы Сашина мама по каким-то причинам пришла в себя и захотела увидеть внучку! Пусть выйдет так, что Лиля у нее. Пусть так, Господи.

– Ты плачешь! – воскликнул Иван, и Ирина вздрогнула, огляделась так, словно забыла, где она находится и почему тут оказалась. – Ты плачешь, милая.

– Это ерунда. Не обращай внимания. – Ирина всхлипнула, а когда Иван подошел и обнял ее, зарыдала навзрыд, уткнувшись носом в его широкую грудь.

– Ну что, что с тобой, Василиса ты моя? Не скажешь? Конечно, не скажешь. Ничего, ничего. Все пройдет. Иди ко мне. – И он вытер слезы с ее щек поцелуем.

Ирина закрыла глаза и досчитала до десяти. Она не станет думать. Запретит себе думать о том, что будет, если окажется, что все не так и Анна Викторовна ни при чем. Нельзя даже думать о том, что будет, если Ира окажется не права.

Сережа слушал Наталью и беспокоился с каждой минутой все больше. До открытия выставки оставалась пара недель. Каталоги уже были готовы, отпечатаны на плотной глянцевой бумаге и теперь лежали, уложенные стопками, в углу Сережиного кабинета. Пресса уже разместила анонсы, журналисты были вполне щедры, и в этот раз удалось попасть во все газеты, почти во все журналы, на сайты афиш, в престижные рубрики «что нового» и «куда пойти». Уже согласовали интервью и несколько видеорепортажей о выставке.

Если бы только сам Иван интересовался своими собственными делами.

– Он таскает ее повсюду. Я не знаю, как можно устроить встречу, чтобы эта женщина не маячила перед глазами, – покачал головой Сергей, глядя на Наталью. Та молча курила, сбрасывая пепел в его цветок на окне. Нервничала?

– Что мы вообще о ней знаем? – спросила она, развернувшись. – Где он ее откопал?

– Не в том вопрос, где он ее откопал, а в том, что она изначально знала, с кем имеет дело.

– Ты думаешь? Ты действительно считаешь, она все продумала заранее? Ванька говорил, что познакомился с ней на улице.